Нападение гитлера на францию. Оккупация франции

Внезапный удар гитлеровцев в Скандинавии, поражения англо-французских войск, ясно выявившееся намерение Германии вести войну всерьез вызвали панику в руководящих кругах Англии и Франции. Нотки истерии и растерянности звучали в голосе Рейно, когда 22 апреля на заседании Верховного военного совета он говорил: «Мы должны противостоять крупным и все возрастающим силам противника, превосходящим нас в соотношении 3:2, которое теперь должно увеличиться до 2:1». Виновники создавшегося положения сидели здесь же - за столом совещания. В британском парламенте страсти накалялись, 7-8 мая состоялись дебаты в связи с поражением в Норвегии. На правительство сыпался град упреков, бурные аплодисменты покрыли выступление консерватора Эмери. Он процитировал слова Кромвеля, обращенные в свое время к «Долгому парламенту»: «Вы сидели здесь слишком долго, как бы хорошо вы не работали. Уходите, говорю я вам. И пусть с вами будет покончено. Во имя господа, прошу вас уходите». 8 мая парламент 281 голосом против 200 выразил доверие правительству, но около 60 членов палаты общин воздержалось. Большинство было явно недостаточным, чтобы управлять страной во время войны. Правительство Чем-берлена подало в отставку. 10 мая Черчилль сформировал правительство национального единства.

Оценивая последствия оккупации Дании и Норвегии, английские начальники штабов пришли к выводу, что следующий удар Германия нанесет Англии, а не Франции. Рассудили, что в пользу этого говорят следующие доводы: в операциях против Британских островов немцы наиболее эффективно использовали бы свое главное преимущество - воздушную мощь, а Франция не сумела бы оказать должную помощь Англии. Наступление на Францию, по мнению лондонских стратегов, было для гитлеровцев мало привлекательным, ибо сулило тяжкие потери. Но если бы Германии удалось предварительно вывести из войны Англию, тогда задача сокрушения Франции упростилась. 9 мая английское правительство согласилось с выводами начальников штабов. Намерения гитлеровцев были, однако, противоположны. План наступления на Западе, принятый германским командованием после долгих споров, предусматривал прорыв союзного фронта в районе Арденн, последующее форсирование Мааса, занятие Седана и дальнейшее наступление в общем направлении на Булонь с целью расколоть противостоящие армии. Германские силы, приготовившиеся к наступлению, насчитывали 134 дивизии.

Гитлеровцы заблаговременно постарались создать у англо-французов впечатление, что наступление во Франции будет развиваться по измененному «плану Шлиффена», т. е. по дороге 1914 г. - через Бельгию. Союзники поверили этому, так как до середины февраля 1940 г., когда Гитлер принял окончательный вариант плана, именно так и должно было развиваться наступление в соответствии с первоначальными наметками. Поэтому основная масса англо-французских сил общей численностью около 130 дивизий (84 французских, 10 английских, 1 польская, 22 бельгийские и 8 голландских) находились на севере. Ни с Бельгией, ни с Голландией, настаивавших на своем нейтралитете, не было договоренности об общем плане действий.

Гитлеровцы располагали неоспоримым превосходством только в авиации - против 3500 самолетов англо-французы могли выставить около полутора тысяч машин. Что касается танков, то союзные армии даже превосходили гитлеровские вооруженные силы, которые ввели в действие около 2600 танков. В основном германские танки были легкими: против союзников было брошено 1062 танка модели «Т-1» (вес - 6 тонн, вооружение-2 пулемета) и 1079 танков «Т-2» (вес-10 тонн, на вооружении 20-мм орудие). Танки «Т-1» были признаны устаревшими уже во время гражданской войны в Испании, они, как и машины марки «Т-2», были эффективны только против вконец деморализованного противника. Лишь несколько сот германских танков полностью отвечали требованиям современной войны. Но ударную силу немцев многие преувеличивали, когда началось германское наступление, один специальный американский журнал так описывал действия гитлеровских танковых колонн: «Появление тяжелого германского танка прорыва явилось полной неожиданностью как для военных, так и для гражданских... 10 мая эти танки, весившие 70 тонн, вооруженные 77-мм и 155-мм орудием и огнеметами, пробили брешь в линии Мажино». Машин, даже отдаленно напоминающих эти чудовища, в германской армии не было и в помине, как не наносилось и удара по «линии Мажино». О панике, охватившей союзное командование, говорит и французская оценка количества германских танков, действовавших на фронте, - до 8 тысяч единиц! Преимущество гитлеровцев заключалось не в количественном или качественном превосходстве танков (ни первого, ни второго не было), а в их использовании: они сосредоточили свои танки в мощный кулак, в то время как англо-французы разбросали собственные танки по всему фронту для поддержки пехоты.

Когда 10 мая 1940 г. германские армии внезапно двинулись на Францию через территорию Голландии, Бельгии и Люксембурга, англо-французское командование немедленно ввело в действие свой план войны. Союзные войска вступили на территорию Бельгии, чтобы продвинуться вперед и занять рубеж реки Диль примерно по линии Антверпен - Лувен - Намюр. В результате этого союзники должны были сократить линию фронта (что высвобождало 12-15 дивизий) и встретить противника на выдвинутых вперед рубежах. Этот маневр проводился, исходя из предположения, что гитлеровцы наносят основной удар на севере. Участок фронта в Арденнах обороняли слабые силы - считалось, что местность там не позволит пройти крупной мотомеханизированной армии. Пока французские и английские войска, пробиваясь через толпы беженцев, запрудивших дороги, двигались к реке Диль, а навстречу им откатывались разбитые части бельгийской и голландской армий, южнее гитлеровские танковые и мотомеханизированные колонны устремились к Маасу. Англо-французские подвижные части бесцельно передвигались по Бельгии, не встретив главные силы врага. Германские танковые и мотомеханизированные дивизии тем временем решали боевые задачи. 14 мая германские танковые и мотомеханизированные дивизии, разметав слабые французские силы форсировали Маас у Седана. Отныне катастрофа за катастрофой обрушивалась на союзников. 15 мая капитулировала Голландия. Отход англо-французских и бельгийских войск в Бельгии превратился в бегство. Южнее танковые колонны немцев уже выходили в глубокий тыл основной группировке союзных сил, устремляясь к Ла-Маншу. 16 мая Черчилль срочно вылетел в Париж. Там во время совещания с французскими руководителями выяснилось, что французское правительство не видит средств остановить немецкое наступление и по существу считает войну проигранной. Совещание происходило в здании министерства иностранных дел Франции на Кэ д"Орсэ и из окна было видно, как поднимались клубы дыма в саду министерства: жгли архивы.

Отчаянное положение побудило английское правительство на крайний шаг: отбросив дипломатические тонкости, оно обращается с просьбой к США о прямой помощи. 18 мая Черчилль телеграфирует Рузвельту: «Если американской помощи суждено сыграть какую-нибудь роль, она должна быть оказана быстро». И 20 мая: «Если Соединенные Штаты предоставят Англию ее судьбе, никто не будет иметь права осуждать тех, на чьи плечи ляжет в тот момент ответственность, если они будут добиваться по возможности лучших условий для оставшегося в живых населения... Я не могу отвечать за своих преемников, которым в состоянии полного отчаяния и беспомощности, может быть, и придется покориться воле немцев». В ответ последовали фразы о единстве англо-американского мира вместе с серьезным предупреждением: английский и французский флоты не должны ни в коем случае попасть в руки победоносной Германии.

Во Франции Рейно вывел на сцену тени былого величия Третьей республики - из Сирии был вызван 73-летний Вейган и назначен главнокомандующим, из Испании - 85-летний маршал Петэн и введен в правительство. Рейно сместил Даладье и взял себе также портфель министра национальной обороны. Пока происходили эти перемещения, гитлеровские дивизии, не встречая серьезного сопротивления, в ночь на 20 мая у Абвиля вышли к Ла-Маншу. Во Фландрии и Артуа оказалась отрезанной значительная группировка французских войск, британский экспедиционный корпус и бельгийская армия. Под натиском врага они отходили к Ла-Маншу в районе Гравлин-Ньюпорт. 23 мая неожиданно, не предупредив своих союзников, бельгийский король Леопольд капитулировал со своей армией. Хотя бельгийское правительство, бежавшее из страны, заявило о решимости продолжать борьбу и объявило акт короля «незаконным и неконституционным», бумажной декларацией нельзя было закрыть образовавшуюся брешь в 28 км на северном участке союзного фронта. Положение ухудшалось с каждым часом. Уже с 23 мая английские войска, прижатые к Ла-Маншу, получали только половину рациона питания, а боеприпасы были на исходе. В суживавшемся плацдарме царило смятение. 24 мая Черчилль раздраженно пишет о британском командующем Горте: «Немцы могут идти куда угодно и делать все, что им заблагорассудится их танки могут действовать по два и по три по всему нашему тылу и их не атакуют даже тогда, когда обнаруживают. Наши танки также отступают перед их полевыми орудиями, в то время как наша полевая артиллерия не любит стрелять по их танкам». В Вестминстерском аббатстве в Лондоне 28 мая отслужен молебен о даровании победы, но прямо из алтаря аббатства Черчилль отправился в парламент и заявил, что страна «должна подготовиться к неприятным и тяжелым известиям». 29 мая Горту было отдано указание единолично решить, когда его силы должны капитулировать.

Английские и французские войска, прижатые к морю у Дюнкерка, спасло германское верховное командование. 24 мая Гитлер побывал в ставке командующего немецкой группой армий «А» Рундштедта. Командующий, основываясь на военной обстановке, доложил, что необходимо сберечь танковые части для второго этапа операций во Франции. Гитлер согласился и приказал танковым дивизиям остаться на месте. В последующие дни в потоке приказов и контрприказов об инициативе Рундштедта забыли, но именно она послужила первопричиной указаний Гитлера - приостановить наступление у Дюнкерка. Через несколько дней, вспоминает Рундштедт, он рекомендовал верховному командованию: чтобы «мои пять танковых дивизий были немедленно брошены на город и полностью уничтожили отступавших англичан. Однако я получил твердый приказ от фюрера, что я ни в коем случае не должен наступать и мне было категорически запрещено подходить ближе, чем на 10 км, к Дюнкерку. Мне было разрешено использовать только орудия средних калибров. На этом расстоянии я и находился, наблюдая бегство англичан, в то время как моим танкам и пехоте было запрещено двинуться вперед».

В данном случае сыграла свою роль стереотипность немецкого военного мышления: хотя предпосылки, приведшие к выводу о необходимости приостановить наступление, скоро оказались опрокинутыми жизнью, это не поколебало решение, принятое на их основе. Не менее важной была и другая причина не военного, а политического характера. Гитлер полагал, что, выпустив англичан у Дюнкерка, он облегчит заключение мира с Англией. «Приказ Гитлера, - отмечает германский генерал Блюментритт, - запретивший атаковать англичан у Дюнкерка, убедил многих среди нас, что фюрер считал возможным договориться с Англией. Я беседовал с некоторыми офицерами военно-воздушных сил, и они также заявили, что Гитлер запретил им наносить сокрушительный удар по британским судам у Дюнкерка». Такова подоплека успешной эвакуации разбитых английских войск из Дюнкерка, что вошло в англо-американские официальные истории войны как «Дюнкеркское чудо»: вместо 20-30 тыс. человек, которые английское правительство надеялось вывезти из Дюнкерка, с 26 мая по 4 июня 1940 г. было эвакуировано 338 тыс. человек, т. е. практически весь британский экспедиционный корпус. Солдаты явились на родину безоружной толпой - тяжелое вооружение и транспортные средства были брошены на том берегу Ла-Манша.

В этот критический момент в истории Франции только французская компартия, правильно оценив размеры опасности, нависшей над страной, призывала к решительной борьбе. 6 июня ЦК КПФ передал правительству следующие предложения: «Коммунистическая партия будет рассматривать сдачу Парижа фашистским захватчикам как измену. Она считает организацию обороны Парижа первостепенным национальным долгом. Для этого необходимо: 1. Изменить характер войны, превратив ее в народную войну за свободу и независимость родины. 2. Освободить депутатов-коммунистов и активных работников коммунистической партии,( В период «странной войны» французские правящие круги готовились не к войне с Германией, а были заняты борьбой с прогрессивными элементами во Франции. Незадолго до начала гитлеровского наступления министр внутренних дел Франции подвел некоторые итоги этой преступной деятельности. «Мандаты коммунистических депутатов аннулированы, - говорил он, - 300 коммунистических муниципалитетов распущены. В общей сложности 2778 коммунистических избранников лишены своих полномочий. Закрыты две ежедневные газеты: «Юманите», выходившая тиражом в 500 тыс. экземпляров, и «Се суар» с тиражом в 250 тыс. экземпляров, а также 159 других изданий. Распущено 620 профсоюзов, произведено 11 тысяч обысков, отдано распоряжение о ликвидации 675 политических организаций коммунистического направления. Организованы облавы на активистов; 7 марта их было арестовано 3400. Большое количество людей интернировано в концентрационных лагерях. Вынесено 8 тысяч приговоров деятелям коммунистической партии». ) а также десятки тысяч рабочих, заключенных в тюрьмы и интернированных в концентрационных лагерях. 3. Немедленно арестовать вражеских агентов, которыми кишат парламент, министерства и даже генеральный штаб, подвергнув их суровому наказанию. 4. Эти первые же мероприятия вызовут всенародный энтузиазм и позволят осуществить поголовное ополчение, которое следует объявить немедленно. 5. Вооружить народ и превратить Париж в неприступную крепость». Но французское правительство, помышлявшее не о борьбе, а о капитуляции, отвергло предложения ЦК КПФ.

Когда 5 июня гитлеровские армии возобновили наступление во Франции, пораженческие настроения среди французского правительства и командования стали быстро нарастать. Страна гибла, а французские правители больше всего боялись, чтобы война не приняла народный характер. Де Голль в мемуарах записывает, что Вейгана больше всего беспокоило, чтобы немцы оставили ему достаточно сил «для поддержания порядка».

13 июня, когда правительство, бежав из Парижа, собралось в Туре, Вейган требует капитуляции, заявляя, что в Париже восстание, и Морис Торез утвердился в Елисейском дворце. Немедленно связываются с Парижем, префект парижской полиции опровергает сказанное Вейганом и т. д. Между тем Франция могла сражаться: даже после Дюнкерка французская армия располагала 1200 исправными танками, на юге страны проходили подготовку несколько сот тысяч новобранцев. Но французское правительство боялось вручить защиту родины в руки собственного народа. Когда речь шла о борьбе против Германии, французские политики думали не о изыскании сил внутри страны, а иностранной помощи. Хотя англичане потерпели сокрушительное поражение у Дюнкерка, французское правительство требует немедленной присылки английских войск и авиации. Французская просьба отклоняется, в Лондоне разъясняют: авиация «фактически является для Великобритании тем же, чем линия Мажино для французов»; Рейно направляет несколько посланий Ф. Рузвельту: сначала он просит о материальной помощи, но 14 июня умоляет объявить войну Германии и помочь Франции американскими вооруженными силами. Из Вашингтона поступает ответ: США разделяют идеалы, за которые сражается Франция. Президент выражает надежду, что французский флот не попадет в руки Германии. В противном случае Франция навсегда утратит «дружбу» США. Ф. Рузвельт настоятельно просит английское правительство послать во Францию самолеты. Черчилль отказался. Американский посол в Париже Буллит 5 июня сообщает в Вашингтон, что «англичане, возможно, сохранят свою авиацию и флот, для того, чтобы использовать их как козыри в переговорах с Гитлером».

14 июня гитлеровские войска вступили в Париж. 16 июня танки Клейста захватили Дижон, а 17 июня передовые подразделения Гудериана достигли швейцарской границы, замкнув кольцо окружения, в котором остались французские войска на линии Мажино в Эльзасе и Лотарингии. На западе Франции германские танки уже хозяйничали в Бретани и Нормандии.

В Лондоне понимали, что капитуляция Франции - дело дней и часов, и страшились остаться в одиночестве перед лицом победоносной Германии. Поэтому было решено спасти то, что еще можно было спасти, - не метрополию, а французскую империю, поставив ее обширные ресурсы на службу войне. С согласия де Голля и некоторых французских деятелей английское правительство поспешно составило «Декларацию о союзе» и 16 июня предложило правительству Рейно принять ее.

Декларация предусматривала создание единого франко-британского союза; будут единое правительство, единые вооруженные силы, введено единое гражданство для обеих наций. Важнейшей предпосылкой осуществления декларации была бы эвакуация французского правительства и остатков вооруженных сил в Алжир, который должен был стать базой дальнейшего ведения войны. Британский флот был готов оказать всю возможную помощь при транспортировке через Средиземное море.( Французские коллаборационисты разработали версию, что отказ пойти на перемирие с Германией в 1940 г. и переезд французского правительства в Северную Африку привели бы к тому, что Гитлер захватил бы Испанию, вторгся в Алжир, а в конечном итоге под контролем держав «оси» оказался бы весь бассейн Средиземного моря. Поэтому они объявили капитуляцию перед Гитлером чуть ли не «благодеянием» для всех противников гитлеровской Германии. Представ после войны перед французским Верховным судом, Петэн даже заявил: «Пока генерал де Голль продолжал борьбу за рубежом, я подготовлял почву для освобождения, поддерживая жизнь Франции, хотя и полную страданий. Какая польза была бы в освобождении развалин и кладбищ?» Это «объяснение» вошло в буржуазную историографию, с ним согласен ряд историков, в том числе известный британский военный историк Фуллер. Руководящие политические деятели Запада периода второй мировой войны отстаивают противоположную точку зрения. Де Голль особенно сожалеет о том, что значительный французский флот не был использован: «Сочетая свою силу с силой их (союзного) флота, он мог бы блокировать и преследовать врага, прикрывать берега Африки или господствовать там, перевозя все необходимое для армии-освободительницы, и в один прекрасный день доставить ее обратно к нашим берегам». Черчилль рассматривает вопрос о плане большой стратегии союзников. «После падения Парижа - пишет он, - когда Гитлер отплясывал свой танец радости, он, естественно, строил весьма широкие планы. Раз Франция была повергнута, ему необходимо было завоевать или уничтожить Великобританию. Кроме этого, он мог выбрать только Россию. Крупная операция по захвату Северо-Западной Африки через Испанию помешала бы обеим этим огромным авантюрам или, по крайней мере, воспрепятствовала бы его нападению на Балканы Я нисколько не сомневаюсь, что для всех союзников было бы лучше, если бы французское правительство переехало в Северную Африку». )

Петэновцы отказались даже рассмотреть английское предложение, обвиняя английское правительство в намерении установить опеку над Францией и захватить ее колонии. Вейган указывал: «В три недели Англии свернут голову как цыпленку». Петэн не скрыл своей уверенности, что основать такой союз для Франции означало бы «слияние с трупом». Мюнхенец Ибарнегарэ восклицал: «Лучше быть нацистской провинцией. По крайней мере мы знаем, что это значит». Классовые мотивы лежали в основе этой позиции. Как отмечал де Голль, после Седана и падения Парижа, по мнению Петэна, следовало кончать войну, заключить перемирие и «в случае необходимости расправиться с Коммуной, как в свое время в подобных же обстоятельствах с ней расправился Тьер».

17 июня, после ухода правительства Рейно в отставку, Петэн сформировал кабинет. В тот же день он обратился к гитлеровцам с просьбой сообщить условия перемирия. Страна по радио была немедленно оповещена об этом. Петэн заявил: «Надо прекратить бой». Известие о том, что новое правительство вступает в переговоры с врагом, окончательно деморализовало французскую армию. Между тем гитлеровцы не торопились с ответом, намереваясь захватить большую территорию. Заявление Петэна облегчило достижение этой цели. Только 21 июня германские представители приняли французскую делегацию в Компьенском лесу, около Ретонда, т. е. на том самом месте, где 11 ноября 1918 г. было подписано перемирие с побежденной Германией. На путях стоял салон-вагон маршала Фоша, извлеченный из музея. В этом вагоне в свое время представители держав Антанты продиктовали тогда Германии условия перемирия. Рядом возвышался памятник, построенный французами после первой мировой войны, с надписью: «Здесь погибла преступная гордость немцев».

Условия перемирия, предъявленные Франции, были следующие: страна делилась на две зоны, две трети Франции оккупировались гитлеровцами, оставшаяся часть составляла неоккупированную зону и оставалась под контролем правительства Петэна. Гитлеровцы захватили самые развитые экономические департаменты и столицу страны. В их руках осталось полтора миллиона французских военнопленных. Французские вооруженные силы подлежали демобилизации, за исключением «войск, необходимых для поддержания порядка» в неоккупированной зоне, в общей сложности 7 дивизий. Все вооружение и военное снаряжение передавалось гитлеровской Германии. Франция должна была платить на содержание немецкой оккупационной армии сначала по 400, затем по 500 млн. франков в день. Однако гитлеровцы не настаивали на передаче французского флота, ограничившись внесением в условия перемирия статьи, предусматривавшей сосредоточение кораблей в «определенных портах», где он должен находиться под контролем держав «оси». Главные силы французского флота были собраны в Тулоне. Половинчатость решения о судьбе французского флота, равно как формальное сохранение суверенитета Франции, преследовала далеко идущие цели: гитлеровская Германия стремилась политическим соглашением нейтрализовать французские заморские владения, поскольку пока не представлялось возможности захватить их, не допустить использования их ресурсов в войне против держав «оси». В тогдашней обстановке, и это понимали в Берлине, требования немедленно передать флот могли привести к тому, что он ушел бы к англичанам. Французская делегация подписала перемирие 22 июня, но военные действия не приостанавливались. Условия перемирия предусматривали, что оно вступит в силу через 6 часов после того, как Италия сообщит Германии о заключении перемирия с Францией.

Фашистская Италия объявила о вступлении в войну против Англии и Франции еще 10 июня 1940 г., мотивировав это тем, что этой войны требуют ее «честь и интересы». Итальянские фашисты полагали, что они используют «шанс, который представляется только раз в пять тысяч лет». Но 32 итальянские дивизии не смогли прорвать французский альпийский фронт, который держали всего шесть дивизий. Двухнедельные бои не принесли итальянской армии решительно никаких успехов. Только угроза немецких танков, спускавшихся по долине реки Роны, сделала положение французов безнадежным. Несмотря на военные неудачи, Италия формально являлась равноправным союзником Германии, и французская делегация была доставлена на самолете в Рим, где под вечер 23 июня было подписано перемирие между Францией и Италией, в общем аналогичное заключенному в Компьенском лесу. В 12.30 дня 24 июня боевые действия прекратились. Франция капитулировала.

Правительство Петэна обосновалось в курортном городке Виши, который привлек предателей своими большими отелями, где можно было жить в комфорте, и отдаленностью от крупных промышленных центров. Они имели серьезные основания опасаться гнева французского пролетариата. Отныне правительство Петэна, положившее к ногам гитлеровцев Францию, получило название «режим Виши». Петэн объявил себя главой государства, слово «республика» употреблялось только с оскорбительными эпитетами; на монетах, почтовых марках и официальных документах слова «французская республика» заменили словами «французское государство», а девиз «Свобода, равенство и братство» словами «Труд, семья, родина». Режим Виши стал верно сотрудничать с оккупантами, в то же время сохранив добрые отношения с Соединенными Штатами. Американский посол остался при правительстве Петэна. Как заметил Буллит летом 1940 г.: «Вопрос о признании правительства Петэна даже не возникал, так как наши отношения с Францией вообще не прерывались».

В начале октября 1939 года, после завоевания Польши, Гитлер предложил Англии и Франции заключить мир с условием, что союзники будут считать захват Польши не результатом агрессии нацистской Германии, а «естественной судьбой» польского государства. Предложения Гитлера были в резкой форме отвергнуты. Вряд ли Гитлер мог ожидать от Англии и Франции другого ответа. Его «мирные» предложения предназначались явно для внутреннего потребления, то есть для немецкого народа, чтобы он увидел, какой «честный и миролюбивый» фюрер им управляет.

Союзники своей, мягко говоря, недальновидной политикой позволили Гитлеру развязать мировую войну. Они объявили Германии войну в момент, когда сами к ней были не готовы. Никакого желания воевать не проявляли ни Англия, ни тем более Франция, которая в Первой мировой войне понесла колоссальные людские потери. Потянулись месяцы «странной войны». Немцы не трогали своих противников, а их противники после нерешительной попытки испытать крепость немецкой «линии Зигфрида» решили переждать тяжёлые времена за железобетонными укреплениями французской «линии Мажино», которую они считали неприступной.

Гитлер сразу после «мирных предложений» союзникам дал Генеральному штабу вермахта свои первые указания относительно подготовки наступления на западе. Он понимал, что длительная война с Францией и Англией привела бы к истощению имевшихся ограниченных ресурсов, а это, по убеждению Гитлера, поставило бы Германию под удар в спину со стороны России, так как Гитлер считал, что его договор со Сталиным не сохранил бы нейтралитет СССР ни на одну минуту дольше, чем это соответствовало бы интересам Сталина. Поэтому Гитлер решил вынудить Францию к заключению мира путём быстрого перехода в наступление. Он надеялся, что если Франция выйдет из войны, то Англия будет вынуждена принять условия Германии. Затягивать с наступлением на Францию Гитлер не хотел и предварительно планировал начать операцию уже в середине ноября 1939 года, резонно считая, что время работало тогда против Германии во всех отношениях. Он был уверен, что в середине ноября германский вермахт обладал достаточными силами для разгрома Франции. Германия обладала превосходством над Францией в новых видах оружия, что имело, по мнению Гитлера, решающее значение. Он говорил: «…Наши танковые войска и военно-воздушные силы не только как средство наступления, но и как средство обороны достигли в настоящее время такого технического совершенства, какого нет ни в одной стране мира. Их стратегический потенциал в боевых действиях обеспечивается должной организацией и опытным руководством, каких не имеет никакая другая страна». Гитлер знал, что Франция имеет превосходство в оружии старого типа, в частности, в тяжёлой артиллерии. Но это его не останавливало. Он считал, что «в маневренной войне это оружие не имеет сколько-нибудь существенного значения». Ошибался фюрер! Через 3-4 года он узнает, что такое артиллерийское наступление и какое значение оно может иметь для исхода боевой операции не только местного, но и стратегического характера.

Германский генералитет считал, что торопиться с наступлением на Францию не следует, так как после боёв в Польше немецкие войска нуждались в отдыхе и пополнении. Кроме того, вермахт не успел ещё получить нужное количество боеприпасов и новой техники. Тем не менее наступление было намечено на вторую неделю ноября 1939 года, но потом было отложено на три дня из-за плохой для полётов авиации погоды и трудностей с автомобильным и железнодорожным транспортом. Подобных отсрочек только до середины января 1940 года было одиннадцать. Потом последовал длительный перерыв до начала мая, когда был отдан приказ, определивший окончательную дату начала наступления – 10 мая. Стратегическая пауза, продлившаяся около полугода, была активно использована Германией для укрепления своих вооружённых сил и подготовки их к предстоящим сражениям. За этот период немецкие войска получили 680 новых танков, 1368 полевых орудий, 1500 самолётов. Численность армии была доведена до 3,3 миллиона человек.

В это же время к западу от Рейна союзники не особенно утруждали себя боевой подготовкой, надеясь на неприступность оборонительной «линии Мажино». Основная часть времени уходила у них на игру в карты и футбол, офицеры имели возможность на некоторое время отлучаться из расположения своих подразделений.

Конечно, объединённое командование союзников планировало не только оборонительные действия, но и нанесение ударов по Германии. Например, планировались удары по Германии через Норвегию, Швецию и Финляндию, через Бельгию, через Балканские страны. Планировался также удар по советским пунктам нефтедобычи на Кавказе с целью лишить Германию возможности их использования. В предыдущей главе мы упоминали об этом. Однако всем этим планам сразу был положен конец, как только 10 мая 1940 года Германия обрушила свой удар на Францию.

Немецкий план наступления на Францию имел два основных варианта. Первый вариант – это фактически повторение старого плана Шлиффена, который предусматривал нанесение главного удара по Франции через Голландию и Бельгию. Примечание: Генерал-фельдмаршал Альфред фон Шлиффен (1833-1913) – начальник Генерального штаба Германии в 1905-1913 гг. был автором плана стратегического развёртывания германской армии для ведения войны на два фронта: против Франции и против России. По его плану, первый удар должен быть нанесён по Франции основной массой войск (до 85% всех сухопутных сил) через нейтральные Бельгию и Люксембург с целью захвата Парижа. После разгрома Франции план предусматривал переброску крупных сил на восток для разгрома русской армии.

С некоторыми изменениями план Шлиффена был принят к исполнению в начале Первой мировой войны генерал-полковником Хельмутом Мольтке Младщим, сменившим фон Шлиффена на посту начальника Генерального штаба. В битве на Марне (сентябрь 1914 г.) во встречном сражении германские войска были разгромлены англо-французскими войсками. За это поражение Мольтке был уволен с военной службы.

Несмотря на такую мало вдохновляющую предысторию, план Шлиффена был принят за основу Генеральным штабом сухопутных войск под руководством генерал-полковника Франца Гальдера при подготовке наступления на Францию в 1940 году.

Второй вариант наступления предложил генерал (с 1942 г. генерал-фельдмаршал) Эрих фон Манштейн. Он считал вариант плана Шлиффена достаточно шаблонным и неэффективным, к действиям по этому плану будут готовы англо-французские войска. Кроме того, и это главное, на территории Бельгии и Голландии, где придётся действовать немецким войскам, имеются оборонительные сооружения, а местность покрыта сотнями рек, речек и каналов, что не позволит успешно использовать ударную силу и маневренность танковых соединений. Манштейн предложил нанести главный удар южнее, через Арденны, где противник меньше всего ожидает нападения. По расчётам Манштейна, для прокладки колонных путей танковых соединений труднопроходимая лесистая местность в Арденнах существенных трудностей не составит. Такого же мнения был и генерал Гудериан, имевший опыт использования танков в различных условиях местности. При прорыве через Арденны фронт противника рассекается на две части с последующим их уничтожением, причём борьба с оборонительными сооружениями «линии Мажино» практически отпадает. Но идеальных планов не бывает, особенно на войне. В случае, если на прорвавшиеся танковые колонны союзники нанесут мощный контрудар с двух сторон, то есть с обоих флангов, тогда возникнет опасность общего провала немецкого наступления. Генштаб сухопутных войск придерживался варианта по типу плана Шлиффена и поначалу план Манштейна отвергли, хотя смелость плана удара через Арденны Гитлеру понравилась. Осторожность и сомнения генерального штаба в выборе варианта наступления разделял и главнокомандующий сухопутными войсками вермахта генерал-фельдмаршал Вальтер фон Браухич. Возможно, шлиффеновский вариант наступления так и остался бы основным, но тут вмешался случай. Да, именно необычный случай. 10 января 1940 года офицер связи вылетел из Мюнстера в Бонн, имея при себе документы, относящиеся к плану наступления на Францию. Из-за плохой погоды он потерял ориентировку и совершил вынужденную посадку на территории Бельгии. Не успел сжечь все документы, и часть документов плана попала в руки бельгийцев, а затем и англо-французских союзников. Но и после этого случая главнокомандующий сухопутных войск и начальник генерального штаба ещё долго не решались изменить план наступления. Только после того, как Манштейну удалось встретиться с Гитлером, вопрос был решён: генеральный штаб немедленно получил указание фюрера о полной переработке плана по варианту, предложенному Манштейном.

К началу мая 1940 года свыше трёх миллионов немецких солдат и офицеров были подтянуты к западным границам Германии. Из них были созданы три группы армий. Самая северная – группа армий «В» (командующий – генерал Фёдор фон Бок) – состояла из двух армий, размещённых на участке от Северного моря до Аахена. Группа армий «А» (командующий – генерал-фельдмаршал Герд фон Рундштедт) состояла из четырёх армий и мощной бронетанковой группы, располагавшихся в сравнительно узкой зоне между Аахеном и Саарбургом. Группа армий «С» (командующий – генерал-фельдмаршал Вильгельм Йозеф фон Лееб) состояла из двух армий, расположенных прямо напротив французских оборонительных сооружений, находящихся в восточной Лотарингии и вдоль Рейна.

Наземные войска поддерживали два воздушных флота с общим числом самолётов – 3824. Общее руководство операцией осуществлял сам Гитлер, а начальником штаба был назначен генерал Вильгельм Кейтель. Непосредственное командование осуществлял генерал-фельдмаршал Вальтер фон Браухич, который до этого руководил вторжением в Польшу.

(Deutsches Bundesarchiv /German Federal Archive)

Войска англо-французских союзников вместе с дивизиями Бельгии и Голландии насчитывали 3,78 миллиона человек. Они составляли также три группы армий. Первая, под командованием генерала Густава Байота, состояла из пяти армий, занимавших участок от Ла-Манша до Монмеди. Вторая группа (командующий генерал Гастон Претелаа) имела три армии, располагавшиеся вдоль линии Мажино. Третья группа состояла всего из одной армии (командующий генерал Безансон) занимала непосредственно укрепления линии Мажино. Общее командование союзными армиями осуществлял генерал Морис Гюстав Гамелен.

Союзное командование, случайно завладевшее шлиффеновским вариантом германского плана, собиралось действовать именно против этого плана, то есть отражать главный удар немецких войск в Голландии и Бельгии. С началом боевых действий союзные армии по плану должны выдвинуться на территорию Бельгии, где совместно с бельгийскими войсками занять оборонительный рубеж на реке Диль. При этом Бельгия придерживалась нейтралитета и позволяла англо-французским войскам вступление на свою территорию только в случае нападения на неё Германии. Перед началом немецкого наступления соотношение сил как по личному составу, так и по боевой технике (за исключением самолётов) в целом было в пользу союзных войск. Однако это не могло предопределять победу союзников по главной причине: французы (и правительство, и народ) не были готовы воевать. Моральное состояние французской армии совершенно не соответствовало требованиям предстоящего противоборства с мощной и мобильной армией противника, настроенного только на победу. Поразительные успехи блицкрига, продемонстрированные вермахтом в Польше и Норвегии, поднимали боевой дух немецких солдат и офицеров. К тому же они имели план действий, о котором союзники не знали, а потому подвергались внезапному удару немецких войск.

Начав с обмана противника, то есть с приёма обычного, общепринятого в стратегии и оперативном искусстве, немецкое командование произвело грамотное развертывание своих войск в соответствии с намеченными целями наступления. На северном участке фронта немцы поставили 29 дивизий против 58 дивизий союзников (включая голландские и бельгийские). Здесь планировалось нанесение первого удара именно по голландским и бельгийским войскам, а пока подойдут англо-французские части, немцы уже смогут значительно продвинуться вглубь Бельгии и Голландии.

На участке фронта, расположенном против Арденн, шириной не более 80 км, немцы сосредоточили 45 дивизий, в том числе семь танковых, которым противостояли 16 французских дивизий. На этом, главном, направлении немецкое командование создало трёхкратное превосходство в силах и, прежде всего, в танковых соединениях. Следует отметить, что немецкие танковые дивизии являлись самостоятельными соединениями, имевшими возможность массированного применения танков в боевых операциях. В то же время французские танки использовались в основном для поддержки пехоты и не имели самостоятельных тактических задач.

В Эльзас-Лотарингии для защиты «линии Мажино» союзники сосредоточили целых 50 дивизий. Им противостояли всего 19 дивизий группы армий фон Лееба.

Указанная расстановка войск англо-французских союзников заранее обрекала их на поражение.

Немецкий блицкриг во Франции начался сразу, как только на рассвете 10 июня 1940 года войска вермахта пересекли границы Голландии и Бельгии. Первыми в дело вступили воздушно-десантные подразделения. Они не просто использовали положительный опыт десантных операций немцев в Норвегии, они превзошли его. На рассвете 10 июня парашютные десанты были выброшены с самолётов в районах Гааги (столицы Голландии), Роттердама, Мурдейка и Дортрехта. Внезапное появление немецких десантников одновременно с мощными атаками немцев с фронта парализовало внутренние районы Голландии и привело голландскую армию в замешательство. Одновременно десанты были выброшены в районе голландских пограничных оборонительных сооружений в 160 км восточнее Роттердама. Высадка десантов сопровождалась мощными бомбовыми ударами немецкой авиации.

Отряд немецких воздушных десантников высаживается на форт Эбен-Эмаэль.

В начале того же дня (10 июня) небольшой отряд немецких десантников (всего 85 человек) бесшумно, используя планеры, высадился в важнейшем пункте бельгийской обороны – в форте Эбен-Эмаэль, который защищался гарнизоном в 1200 человек. Используя внезапность нападения, десантники захватили основные объекты форта и практически без потерь удерживали их до похода основных сил. Эта дерзкая десантная операция существенно ослабила всю бельгийскую оборону. Подошедшие немецкие войска захватили форт, переправились по двум мостам через канал Альберта и вторглись в Бельгию. Эти два важных моста немецкие десантники захватили невзорванными в ночь на 10 июня. Под давлением немецких войск бельгийские части отступили к реке Диль, куда уже начали прибывать французские и английские войска.

Гитлер, придавая большое значение воздушно-десантным войскам, сам намечал десантные операции в Бельгии и Голландии. Непосредственно этими операциями руководил молодой смелый генерал по фамилии Штудент. Немецкие офицеры шутили тогда, что блестящее осуществление десантных операций давало этому генералу право, помимо полученной награды, носить фамилию, по меньшей мере, Доцент.

Сразу после вторжения в Бельгию и Голландию немецкая авиация нанесла мощные бомбовые удары по французским аэродромам. Немцы завоевали господство в воздухе, а авиация союзных войск была парализована. Паника и смятение охватили население и войска обеих стран. Воспользовавшись этим, немецкая танковая дивизия прорвалась через пограничные голландские укрепления в их южной части и на третий день соединилась с воздушно-десантными частями в районе Роттердама.

14 мая командование голландской армии, считая положение безнадёжным, вступило с немцами в переговоры о капитуляции. На следующий день Голландия капитулировала. Военные историки считают, что это было следствием прямого предательства высшего командования голландской армии, так как основной фронт Голландии прорван не был, и возможности сопротивления далеко не были исчерпаны.

В Бельгии англо-французские войска, имея двукратное численное превосходство над немецкими войсками, в первые дни боевых действий оказывали упорное сопротивление противнику. 13-14 мая 1940 года произошли ожесточённые бои между 16 танковым корпусом генерала Гепнера, наступавшим в первом эшелоне 6-й немецкой армии, и передовыми частями французского танкового корпуса генерала Р. Приу. Эти бои считаются первыми крупными танковыми боями Второй мировой войны. Потери с обеих сторон были тяжёлыми: французы потеряли 105 танков, а потери немцев составили 164 танка.

Англо-французские части всё дальше углублялись в Бельгию, растягивая свои коммуникации. Для их тыла всё больше возрастала опасность удара немецких войск из района Арденн. Тем временем на небольшом участке у границы Люксембурга скопилась целая армада немецких танков. Здесь сосредоточились три танковых корпуса, готовых к наступлению через Арденны. Пока немецкие танковые дивизии продвигались через лесистые холмы Арденн, основные силы союзников выдвигались в Бельгию. 12 мая танковый корпус Гудериана подошёл к реке Маас. На участке прорыва немецким войскам было оказано слабое сопротивление небольших франко-бельгийских сил. В течение 13-15 мая немецкие войска под прикрытием своей авиации форсировали Маас и разгромили брошенные против них французские дивизии. Выйдя на оперативный простор, танковые дивизии вермахта устремились на запад, к Ла-Маншу. Следом за ними двигалась моторизованная пехота. Наступавшим сухопутным войскам авиация постоянно осуществляла поддержку с воздуха.

Ударом через Арденны немцы обошли с юга группировку союзников в Бельгии. Для северной группировки союзников в Бельгии создалась угроза быть отрезанной с юга.

Первыми переправились через реку Маас в районе Седана все три дивизии танкового корпуса Гудериана и 14 мая, отразив запоздалый контрудар французов, двинулись в западном направлении. К концу следующих суток танки Гудериана прорвали последний оборонительный рубеж за рекой Маас и вышли на оперативный простор. Перед ними открылись дороги на запад, ведущие к побережью Ла-Манша.

Более осторожный командующий танковой группой генерал-полковник Клейст ночью 15 мая приказал Гудериану приостановить наступление и удерживать захваченный плацдарм до подхода пехоты. После того, как Гудериан изложил свои доводы в пользу продолжения наступления, приказ был несколько изменён и Гудериану разрешили расширить плацдарм. Гудериан до предела использовал это разрешение и продвинулся на следующий день на 80 км в западном направлении, выйдя к реке Уазе. Остальные бронетанковые соединения также приняли участие в наступлении, в результате чего прорыв по фронту расширился до 100 км. Таким образом колонны немецких танков заполнили дороги, проходящие в тылу союзных армий, всё ещё находившихся в Бельгии.

Командование союзных армий оказалось неготовым к быстрым действиям в условиях маневренной войны. Было упущено время на проведение такого манёвра силами, который мог бы парализовать или хотя бы значительно ослабить удар немцев из района Арденн. Командующий союзными войсками генерал Морис Гамелен 19 мая отдал приказ о нанесении удара в южном направлении с целью пробиться через долину реки Сомма, по которой продвигались немецкие танковые части. Выполнение такого манёвра дало бы возможность англо-французским войскам вырваться из надвигавшегося окружения. Но в тот же день Гамелен был отстранён от командования за якобы капитулянтские намерения. Заменивший его генерал Максим Вейган сразу отменил приказ Гамелена и начал искать выход из создавшегося положения. А тем временем немецкие танковые войска стремительно продвигались на запад, к морю. Высшее немецкое командование выражало опасения за столь рискованное глубокое стратегическое вклинение небольших в сущности сил: всего нескольких танковых дивизий. Гитлер, также обеспокоенный этим обстоятельством, приказал приостановить на два дня наступление на реке Уазе для того, чтобы 12-я армия смогла подойти и прикрыть фланг наступающих танковых войск. Французы были настолько парализованы, что не смогли воспользоваться этой приостановкой немецкого наступления для организации сколько-нибудь ощутимого удара по противнику. Поэтому двухдневная остановка наступления практически не привела к изменениям плана немецкой армии. Однако Гудериан, нацеленный только на наступление, выражая свой протест против остановки наступления, потребовал 17 мая отстранить его от командования корпусом. От должности его не отстранили и разрешили продолжать вести «сильную разведку». Это разрешение Гудериан истолковал по-своему и продолжал наступление ещё более стремительное, чем раньше. 20 мая его танки ворвались в Амьен и достигли побережья Ла-Манша выше Абвиля. Коммуникации союзных армий, находящихся в Бельгии, с Францией были перерезаны.

22 мая, после новой однодневной задержки по приказу свыше, Гудериан продолжал наступление на север, в сторону портов на проливе Ла-Манш. Справа от Гудериана действовал танковый корпус Рейнгардта, также входивший в состав группы Клейста. 22 мая Гудериан окружил Булонь, а на следующий день – Кале. Танки Рейнгардта также достигли канала на линии Эр, Сент-Омер, Гравлин и захватили плацдармы на противоположном берегу канала. 23 мая Гудериан вышел к Гравлину, за которым в 16 километрах находился Дюнкерк - последний порт, оставшийся в руках англичан. Однако дальнейшее наступление немецких войск в направлении Дюнкерка было неожиданно остановлено по приказу Гитлера. Этот приказ Гитлер отдал утром 24 мая после совещания с представителями высшего командования. Командующий группой армий «А» фон Рундштедт и командующий 12-й армии фон Клюге высказывали сомнения в целесообразности дальнейшего наступления до полного выяснения обстановки в районе Арраса, хотя Браунич и Гальдер были склонны продолжать танковое наступление. Дело в том, что в районе Арраса, небольшого города на северо-востоке Франции, недалеко от бельгийской границы, 21 мая 1940 года английская танковая часть в составе не более двух танковых батальонов нанесла удар немецким войскам, продвигавшимся к побережью. Хотя удар был отбит с незначительным ущербом для немецких войск, действия англичан произвели сильное психологическое воздействие на немецкое командование. Гитлер опасался больших потерь немецких войск, особенно в танках, которые могли быть потеряны как от боевых повреждений, так и от труднопроходимой заболоченной местности в районе боевых действий. Он считал, что танки ещё потребуются для предстоящих главных сражений в глубине Франции. Гитлер не мог даже предположить, что у французов нет мощных резервов.

Военные историки, однако, считают, что не только эти соображения немецкого высшего командования были причиной остановки наступления немецких войск перед Дюнкерком, на расстоянии одного броска танковых частей. Одной из причин могла быть уверенность, высказанная Герингом в том, что английские войска, попавшие по существу в ловушку в районе Дюнкерка, не смогут эвакуироваться морем, так как немецкие военно-воздушные силы не допустят этого, и поэтому терять людей и танки для штурма Дюнкерка не надо. Некоторые исследователи считают возможной и такую причину, как желание Гитлера проявить гуманность по отношению к попавшим в безвыходное положение и деморализованным английским солдатам, дать им возможность возвратиться на родину и этим своим решением побудить Великобританию к заключению мира.

Но не будем углубляться в предположения, а обратимся к фактам. Немецкая пехота во время остановки танкового наступления штурмовала укрепления в районе Дюнкерка, но, встретив упорное сопротивление союзников, успеха не добилась. 27 мая в наступление вновь пошли немецкие танковые части, но они не смогли с ходу преодолеть укрепления, которые англичане усилили и защищали стойко, сознавая огромную опасность, нависшую над ними. С 27 мая по 4 июня 1940 года проходила полная драматизма операция по спасению союзных войск, и пока эвакуация английских войск не была закончена, защитникам Дюнкерка удавалось сдерживать натиск немецких войск. Сражение развернулось и на земле, и в воздухе. Английские лётчики за период времени с 27 мая по 4 июня совершили около трёх тысяч самолёто-вылетов и в воздушных боях сбили 140 немецких самолётов. Потери английской авиации составили 106 самолётов. Ежедневно из Англии в район Дюнкерка прибывали сотни самых разнообразных плавсредств: катера, яхты, пассажирские пароходы, лихтеры, спасательные лодки и даже парусники. Под огнём противника солдаты и офицеры, проявляя мужество и высокую дисциплинированность, грузились на эти плавсредства и доставлялись на военные корабли разных классов: от торпедных катеров до минных заградителей и эсминцев, которые перевозили измученных людей на английский берег пролива Па-де-Кале. Из числа судов, участвовавших в эвакуации, более двухсот было потоплено и почти столько же повреждено. Англичане потеряли свыше 68 тысяч человек, а также всю боевую технику и вооружение. Но основная масса союзных войск – свыше 338 тысяч человек (из них 112 тысяч – французы и бельгийцы) была эвакуирована из Дюнкерка. 28 мая бельгийская армия капитулировала. 4 июня сдались в плен около 40 тысяч французов, прикрывавших эвакуацию, так как у них кончились боеприпасы.

Солдаты Британского экспедиционного корпуса возвращаются на родину после Дюнкеркской битвы, 6 июня 1940 года.
Во время операции «Дайнемо» были эвакуированы более 330 тысяч солдат.

Осуществив Дюнкеркскую операцию, англичане спасли костяк своей армии. Германский план «Гельб» - окружение и пленение англо-французских войск во Фландрии – не был выполнен. Итоги Дюнкеркской операции считаются единственным успехом союзников в описываемом периоде Второй мировой войны. А в целом за месяц боевых действий союзники потерпели крупное поражение в Бельгии и Голландии: они потеряли там половину всех своих войск. Теперь у французов оставалась всего 71 дивизия, боевой дух которых был предельно низок после испытанных поражений. Им противостояли почти 140 дивизий вермахта, готовых к новым победам.

5 июня, на второй день после того, как немцы вошли в Дюнкерк, начался второй, заключительный этап битвы за Францию. Немцы назвали его «план Рот», и этот план предусматривал окончательный разгром вооружённых сил Франции. Задачи, поставленные в плане «Рот», решали войска группы армий «В» (командующий генерал фон Бок), группы армий «А» (командующий генерал фон Рундштедт) и группы армий «С» (командующий генерал фон Лееб). Немецкие войска расположились вдоль реки Сомма и далее на восток до швейцарской границы. Им противостояли три группы французских армий: 3-я группа армий (командующий генерал Бессон), 4-я группа армий (командующий генерал Шарль Юнцигер) и 2-я группа армий (командующий генерал Претелаа). Эти войска заняли оборону от моря до Реймса, далее до Мааса и Монмеди. 2-я группа армий (генерал Претелаа) расположилась за «линией Мажино». При этом на «линии Мажино» оставили 17 дивизий, 22 дивизии выделили для создания резервов армий и главного командования. Нехватка сил была явной: только 27 дивизий вели непосредственно боевые действия, каждая дивизия оборонялась на фронте от 12 до 14 километров. Создать глубоко эшелонированную оборону французы не имели возможности.

5 июня на западном участке фронта от моря до Лаона началось немецкое наступление. В течение первых дней французы упорно сопротивлялись. Но 7 июня танковые войска вермахта прорвали оборону французов на их левом фланге. Здесь отличилась танковая дивизия генерала Эрвина фон Роммеля. На участке наступления Роммеля французы взорвали все шоссейные мосты через реку Сомму, но два железнодорожных моста оставили нетронутыми. Почему они так поступили? Во-первых, потому, что рассчитывали использовать эти мосты при контрнаступлении, которое они всё ещё надеялись организовать. Во-вторых, они были убеждены, что немцы не смогут наступать через эти мосты по причине непригодности местности для прохождения не только танков, но даже пехоты. Дело в том, что одноколейный железнодорожный путь проходил здесь вдоль двух узких дамб, которые протянулись на полтора километра через заболоченный берег реки. Но Роммель нашёл необычный выход из положения. Он захватил перед рассветом мосты и закрепился на небольшом плацдарме на противоположном берегу реки. По команде Роммеля солдаты быстро сняли рельсы и шпалы, после чего под артиллерийским огнём противника Роммель направил танки и транспортные машины по подготовленным таким способам путям. Танковая дивизия переправилась на противоположный берег Соммы почти без остановок. Через сутки Роммель прорвал оборону противника на глубину 13 километров. Продвигаясь колонными путями и обходя таким образом подразделения французов, обороняющие узлы дорог и населённые пункты, дивизия Роммеля глубоким прорывом рассекла пополам 10-ю французскую армию. Через образовавшуюся брешь вперёд устремились другие немецкие дивизии. 8 июня 1940 года, совершив 65-километровый обходный манёвр и преодолев поспешно организованную французами оборону, Роммель достиг реки Сены южнее Руана. Переправы через эту широкую водную преграду были захвачены до того, как французы успели организовать оборону переправ. 10 июня дивизия Роммеля круто повернула на запад и, совершив 80-километровый бросок, к вечеру того же дня вышла к побережью. В результате пути отступления войск левого крыла 10-й французской армии были отрезаны. Окружённые в районе Сен-Валери, эти войска в составе пяти дивизий 12 июня вынуждены были сдаться в плен.

9 июня началось немецкое наступление в Шампани. Здесь сопротивление французов было быстро сломлено, и танковые дивизии Гудериана двинулись к Шалону-на-Марне и затем на восток. 11 июня немецкие войска форсировали реку Марна в районе Шато-Тьерри. Отбивая французские контратаки, Гудериан с возрастающей скоростью продолжал наступление в направлении к плато Лонгр, находящееся в тылу «линии Мажино». Перед наступлением Гудериан был назначен командующим танковой группой Рундштедта (два танковых корпуса). Преодолев в высоком темпе плато Лангр, дивизии Гудериана устремились на юго-восток, к швейцарской границе и обошли с запада французские войска, занимавшие оборону на «линии Мажино». 17 июня головная дивизия Гудериана ворвалась в Потарлье, расположенный на швейцарской границе. Коммуникации крупных французских сил, всё ещё находившихся на «линии Мажино», были перерезаны. Таким образом, мощь дорогостоящих укреплений «линии Мажино» оказалась фактически невостребованной в этой войне. А ведь линия французских оборонительных укреплений на границе с Германией, Люксембургом и частично с Бельгией, носившая название по имени предложившего её создание военного министра Франции Андре Мажино (1877-1932), была достаточно мощным оборонительным рубежом. «Линия Мажино» была построена в 1929-1934 годах и усовершенствовалась до 1940 года. Её протяжённость была около 400 км, глубина – 6-8 км. «Линия Мажино» имела около 5600 долговременных огневых сооружений. В её состав входили крепости, казармы, госпитали и подземная железная дорога. В 1936-1940 годах для продолжения «линии Мажино» до Северного моря началось строительство «линии Даладье» протяжённостью 620 км, но в связи с нападением Германии эта линия обороны не была закончена. После капитуляции Франции гарнизон «линии Мажино» был вынужден сдаться. После войны большинство сооружений «линии Мажино» было передано под склады военного имущества и для других целей.

Оборона французских войск фактически распалась 9 июня, после прорыва немцев в районе Руана. Уже 8 июня командующий союзными войсками Максим Вейган заявил, что битва за Сомму проиграна. Французская армия практически прекратила организованное сопротивление и беспорядочно отступала на юг вместе с потоками беженцев. 10 июня в войну против Франции вступила Италия. Но Франция к этому моменту фактически была разгромлена, поэтому «помощь», которую Муссолини хотел оказать своему другу и союзнику Гитлеру, не потребовалась. Слово «помощь» мы взяли в кавычки потому, что реальной помощи немецким войскам итальянские войска не оказали, да немцы во Франции в 1940 году не нуждались ни в какой помощи. Наступление итальянских войск было без особого труда остановлено небольшими силами французов.

12 июня 1940 года генерал Вейган в своём докладе правительству заявил, что война проиграна. Правительство Франции переехало в Бордо, а 14 июня немецкие войска триумфально вошли в Париж. Боясь ответственности за надвигающиеся события, премьер-министр Франции Рейно подал в отставку. 17 июня премьер-министром Франции был назначен маршал Анри Петен (1856-1951), который сразу предложил немцам перемирие. Условия перемирия обсуждались и 22 июня 1940 года были приняты немецкой стороной в том же Компьенском лесу и в том же железнодорожном вагоне, где в ноябре 1918 года было подписано перемирие между побеждённой в Первой мировой войне Германией и государствами антигерманской коалиции, заменённое Версальским мирным договором в 1919 году. Любители афоризмов, вероятно, сказали бы, что в данном случае история повторилась в виде трагедии…

Условия перемирия предусматривали прекращение военных действий Франции против Германии и оккупацию примерно 66% территории Франции. В оккупированных районах находились крупные промышленные предприятия, где до войны выплавлялось более 90% чугуна и стали от их общего объёма во Франции. В оккупированных районах вся власть передавалась немецкому командованию.

Адольф Гитлер позирует для фото на фоне Эйфелевой башни на следующий день после официальной капитуляции Франции, 23 июня 1940 года.
Слева стоит Альберт Шпеер, рейхсминистр вооружений и военной промышленности и личный архитектор Гитлера,
справа - Арно Брекер, любимый скульптор Гитлера. (AP Photo/German War Department)

В южных районах Франции власть принадлежала правительству Анри Петена, который избрал местом пребывания правительства город Виши (так называли его по месту пребывания) полностью зависело от Германии. За правительством Виши Германия оставила власть над французскими заморскими колониями с таким расчётом, чтобы их сохранить на будущее для себя. Франция лишалась районов Эльзаса и Лотарингии, которые присоединялись к Германскому рейху.

Правительство Петена было марионеточным и коллаборационистским, оно активно сотрудничало с немецкими нацистами. По приказу Петена в Германию на принудительные работы отправлялись миллионы французов, шли эшелоны с евреями – гражданами Франции – прямо в немецкие лагеря смерти. Судьбу миллионов евреев, ни в чём не повинных людей, мы знаем. А судьба Петена такова: в 1944 году он сбежал в Германию, а в апреле 1945 года перебрался в Швейцарию, но вскоре был арестован на франко-швейцарской границе. Ему было предъявлено обвинение в добровольном сотрудничестве с врагом. 15 августа 1945 года маршал Петен был признан виновным и приговорён к смертной казни. С учётом престарелого возраста осуждённого, приговор был заменён пожизненным заключением. Петен находился в тюрьме до своей смерти 23 июля 1951 года.

По условиям перемирия французская армия была демобилизована и разоружена. Правительство Петена получило право иметь армию для поддержания внутреннего порядка в размере не более семи дивизий. Французские военнопленные должны были оставаться в Германии до подписания мирного договора. Военно-морской флот Франции должен быть сосредоточен во французских портах и разоружён под контролем военных специалистов Германии и Италии. Расходы по содержанию германских оккупационных войск возлагались на французское правительство.

Итак, всего за 44 дня Франция потерпела полное поражение. За это время немецкие войска разгромили вооружённые силы Франции, Бельгии и Голландии. Французская армия потеряла 84 тыс. человек убитыми, свыше полутора миллионов человек попало в плен. Немцы потеряли 27 тыс. человек убитыми, 18 тыс. человек пропали без вести. За победу над Францией все командующие немецкими группами армий получили звание фельдмаршалов. Сокрушительное поражение Франции означало, что из войны была выведена одна из крупнейших военных держав, способных противостоять нацизму в Европе.

© А.И. Каланов, В.А. Каланов,
"Знания-сила"

Германская группа армий «А» прошла Люксембург и Юго-Восточную Бельгию и 13 мая захватила плацдармы на западном берегу р. Маас, севернее Дианы. Южнее, создав огромное численное превосходство над обороняющимися французскими войсками, гитлеровцы прорвали фронт у Седана. Форсировав здесь Маас, германские танковые дивизии 18 мая 1940 г. начали наступление и через два дня вышли к побережью Ла-Манша. Группировка французских, бельгийских и английских войск в составе 28 дивизий оказалась отрезанной от главных сил союзников. Гитлер поставил новую задачу: уничтожить оказавшиеся в изоляции войска противника и начать подготовку к наступлению в Центральную Францию.
С 26 мая по 4 июня под прикрытием огня военных кораблей и авиации союзные войска, ведя ожесточенные арьергардные бои, проводили эвакуацию. На Британские острова было вывезено из Дюнкерка 338 тыс. солдат и офицеров англо-французских войск. 40 тыс. французских солдат и офицеров попали в плен. Вся материальная часть британских экспедиционных сил досталась врагу.
5 июня германское командование приступило к реализации плана наступления на центральные районы Франции под кодовым названием «Рот» («Красный»).
13 июня войска вермахта после форсирования Сены к западу от Парижа продолжали преследовать французскую армию. В это время некоторые французские дивизии имели в своем составе не более нескольких сотен людей. Связь с ними была нарушена. Движение колонн войск по-прежнему было затруднено потоками беженцев, следовавших из Парижа, Северной Франции и Бельгии.
14 июня немецкие войска вошли в Париж (в котором оставались 4 года). В этот же день немецкое командование распорядилось продолжать преследование отступающих французов в трех направлениях.
В ночь с 16 на 17 июня правительственный кабинет Рейне пал и был замещен правительством Петена, первым шагом которого была просьба о перемирии. 17 июня Петен обратился по радио к французскому народу с призывом прекратить сопротивление. Это обращение вконец сломило волю французской армии к борьбе. На следующий день две танковые дивизии генерала Гота легко заняли гг. Шербург и Брест на Западном побережье и затем продолжил и движение на юг.
С 10 июня французы были в состоянии войны с Италией, и другое сражение, франко-итальянское, уже шло на Юго-Восточном фронте. Там французская Альпийская армия, несмотря на свою малочисленность, вписала в историю выдающуюся главу. Объявляя о начале войны, Муссолини заявил, что намерен «освободить» Савойю, Ниццу, Корсику и другие территории. Однако итальянские армии, развернутые вдоль границы Альп, задержались с наступлением до тех пор, пока немцы не достигли долины р. Рона. 11 июня французский генерал Орли привел в действие весьма эффектный план уничтожения проходов в горных перевалах, что чрезвычайно затруднило наступление итальянцев в пограничной зоне и снабжение их войск.

К 21 июня в приграничной зоне итальянцы добились некоторых частных успехов. На достигнутых рубежах итальянская армия дождалась перемирия. Все оборонительные позиции французов - от Швейцарии до моря - остались нетронутыми до конца боевых действий.
Военная отсталость, убежденность руководства в неприступности «линии Мажино», пренебрежение современными достижениями военной науки были важными причинами, приведшими Францию к поражению.
Полковник французской армии А. Гутар утверждал: «В 1940 г. французские солдаты, недостаточно вооруженные, плохо используемые тактически в соответствии с устаревшими наставлениями 1918 г., неудачно развернутые стратегически и ведомые командирами, не верившими в победу, были разгромлены в самом начале сражения».
В разгар боевых действий некоторые руководители готовы были пойти на капитуляцию, несмотря на то что возможности к сопротивлению гитлеровским войскам у французского командования были. К решительному сопротивлению призывала Французская коммунистическая партия. Сплочение всех национальных сил в борьбе с угрозой фашистского порабощения могло бы спасти Францию. Однако к власти в стране пришли силы, которые капитулировали перед Гитлером.
22 июня 1940 г. в Компьене состоялось подписание соглашения о перемирии. Оно проходило в белом салон-вагоне, в котором 22 года назад французский маршал Ф. Фош продиктовал условия перемирия побежденной Германии. На церемонию подписания во главе с Гитлером прибыло почти все командование Третьего рейха. Условия капитуляции были более жесткими, чем навязанные Германии в 1918 г.
После капитуляции Франция делилась на две зоны: оккупированную (северная часть Франции и Париж) и неоккупированную (южная часть Франции, где действовало марионеточное коллаборационистское1 правительство Петена). Италии отдавалась часть Юго-Восточной Франции. Вооруженные силы, за исключением войск, необходимых для поддержания порядка на неоккупированной территории, подлежали разоружению и демобилизации. Правительство Петена обязыва-лось оплачивать содержание германских войск на своей территории.
Франция соглашалась выдать Германии всех политических эмигрантов и вернуть военнопленных. Несмотря на то что в военной кампании против Франции вермахт потерял более 156 тыс. человек, в Берлине состоялся помпезный военный парад. Двадцати генералам Гитлер присвоил звание фельдмаршалов.

XX век в мировой истории ознаменовался важными открытиями в сфере технологий и искусства, но вместе с тем это было время двух Мировых войн, унесших жизни нескольких десятком миллионов человек в большинстве стран мира. Решающую роль в Победе играли такие государства, как США, СССР, Великобритания и Франция. Во время Второй мировой войны они одержали победу над мировым фашизмом. Франция была вынуждена капитулировать, но потом возродилась и продолжила борьбу с Германией и ее союзниками.

Франция в предвоенные годы

В последние предвоенные годы Франция испытывала серьезные экономические трудности. В то время у руля государства находился Народный фронт. Однако после отставки Блюма новое правительство возглавил Шотан. Его политика начинала отходить от программы Народного фронта. Были повышены налоги, отменили 40-часовую рабочую неделю, и у промышленников появилась возможность увеличить продолжительность последней. Незамедлительно по стране прокатилось стачечное движение, впрочем, для усмирения недовольных правительство посылало полицейские отряды. Франция перед Второй мировой войной вела антисоциальную политику и с каждым днем имела все меньше поддержки в среде народа.

К этому времени сформировался военно-политический блок «Ось Берлин - Рим». 1938 года Германия произвела вторжение на земли Австрии. Через два дня произошел ее аншлюс. Это событие резко меняло положение дел в Европе. Над Старым Светом нависла угроза, и в первую очередь это касалось Великобритании и Франции. Население Франции требовало от правительства решительных действий в отношении Германии, тем более что СССР тоже высказывал такие идеи, предлагая объединить силы и задушить набирающий силу фашизм на корню. Однако правительство все еще продолжало следовать т. н. «умиротворению», считая, что если дать Германии все, что она просит, войны можно будет избежать.

Авторитет Народного фронта таял на глазах. Будучи не в силах справиться с экономическими проблемами, Шотан подал в отставку. После чего было установлено второе правительство Блюма, просуществовавшее менее месяца до очередной своей отставки.

Правительство Даладье

Франция во время Второй мировой войны могла бы предстать в другом, более приглядном свете, если бы не некоторые действия нового председателя Совета министров Эдуарда Даладье.

Новое правительство было сформировано исключительно из состава демократических и правых сил, без коммунистов и социалистов, тем не менее на выборах Даладье была необходима поддержка двух последних. Поэтому он обозначил свою деятельность как последовательность действий Народного фронта, в результате получил поддержку и коммунистов, и социалистов. Однако сразу после прихода к власти все резко поменялось.

Первые шаги были направлены на «оздоровление экономики». Были повышены налоги и проведена очередная девальвация, что в итоге дало свои негативные плоды. Но это не самое главное в деятельности Даладье того периода. Внешняя политика в Европе была в то время на пределе - одна искра, и война бы началась. Франция во Второй мировой войне не хотела выбрать сторону пораженцев. Внутри страны было несколько мнений: одни желали тесного союза с Великобританией и США; другие не исключали возможности союза с СССР; третьи выступали резко против Народного фронта, провозгласив лозунг «Лучше Гитлер, чем Народный фронт». Отдельно от перечисленных стояли прогермански настроенные круги буржуазии, считавшие, что даже в том случае, если удастся одержать победу над Германией, революция, которая придет вместе с СССР в Западную Европу, не пощадит никого. Они предлагали всячески умиротворять Германию, предоставив ей свободу действий в восточном направлении.

Черное пятно в истории французской дипломатии

После легкого присоединения Австрии Германия наращивает свои аппетиты. Теперь она замахнулась на Судетскую область Чехословакии. Гитлер сделал так, что населенная в основном немцами область стала бороться за автономию и фактическое отделение от Чехословакии. Когда правительство страны дало категорический отпор фашистским выходкам, Гитлер стал выступать в роли спасителя «ущемляемых» немцев. Он пригрозил правительству Бенеша, что может ввести свои войска и отнять область силой. В свою очередь Франция и Великобритания поддержали на словах Чехословакию, СССР же предложил реальную военную помощь в случае обращения Бенеша в Лигу Наций и официального обращения за помощью к СССР. Бенеш же не мог и шага сделать без указания французов и англичан, которые не хотели ссориться с Гитлером. Последовавшие после этого международные дипломатические события могли сильно сократить потери Франции во Второй мировой войне, которая уже была неминуема, но история и политики распорядились по-другому, усилив главного фашиста во много крат военными заводами Чехословакии.

28 сентября в городе Мюнхене состоялась конференция Франции, Англии, Италии и Германии. Здесь решалась судьба Чехословакии, причем ни Чехословакия, ни Советский Союз, выражавший желание помочь, не были приглашены. В результате на следующий день Муссолини, Гитлер, Чемберлен и Даладье подписали протоколы Мюнхенских соглашений, по которым Судетская область отныне являлась территорией Германии, а районы с преобладанием венгров и поляков должны были тоже быть отделены от Чехословакии и стать землями титульных стран.

Даладье и Чемберлен гарантировали неприкосновенность новых границ и мир в Европе на «целое поколение» вернувшихся на родину национальными героями.

В принципе, это была, так сказать, первая капитуляция Франции во Второй мировой войне перед главным агрессором за всю историю человечества.

Начало Второй мировой войны и вступление в нее Франции

Согласно стратегии наступления на Польшу, ранним утром года Германия перешла границу. Началась Вторая мировая война! при поддержке своей авиации и обладая численным превосходством, сразу взяла инициативу в свои руки и быстро захватывала польскую территорию.

Франция во Второй мировой войне, равно как и Англия объявила войну Германии только через два дня ведения активных боевых действий - 3 сентября, все еще мечтая успокоить или «умиротворить» Гитлера. В принципе, у историков есть основания полагать, что если бы не было договора, согласно которому главным покровителем Польши после Первой мировой войны являлась Франция, обязанная в случае открытой агрессии в отношении поляков ввести свои войска и оказать военную поддержку, скорее всего, никакого объявления войны не последовало ни через два дня, ни позже.

Странная война, или Как Франция воевала не воюя

Участие Франции во Второй мировой войне можно разделить на несколько этапов. Первый называется «Странной войной». Он длился около 9 месяцев - с сентября 1939 по май 1940 года. Назван он так потому, что в условиях войны Францией и Англией против Германии не производилось никаких боевых действий. Т. е. война была объявлена, но никто не воевал. Соглашение, по которому Франция была обязана в 15-дневный срок организовать наступление на Германию, не было выполнено. машина спокойно «разбиралась» с Польшей, не оглядываясь на свои западные границы, где было сосредоточено всего 23 дивизии против 110 французских и английских, которые могли резко изменить ход событий вначале войны и поставить Германию в затруднительное положение, если вообще не привести к ее разгрому. Между тем на востоке, за Польшей, у Германии не было соперника, был союзник - СССР. Сталин, не дождавшись союза с Англией и Францией, заключил его с Германией, обезопасив свои земли на некоторое время от наступления фашистов, что довольно логично. Но Англия и Франция во Второй мировой войне и конкретно в ее начале повели себя довольно странно.

Советский Союз в это время оккупировал восточную часть Польши и Прибалтийские государства, предъявил ультиматум Финляндии об обмене территориями Карельского полуострова. Финны воспротивились этому, после чего СССР развязал войну. Франция и Англия на это резко отреагировали, и готовясь к войне с ним.

Совершенно странная сложилась ситуация: в центре Европы, у самой границы Франции, находится мировой агрессор, угрожающий всей Европе и, в первую очередь, самой Франции, а она объявляет войну СССР, который просто хочет обезопасить свои границы, причем предлагает обмен территориями, а не вероломный захват. Такое положение дел продолжалось, пока от Германии не пострадали страны БЕНИЛЮКСа и Франция. Период Второй мировой войны, ознаменованный странностями, на этом закончился, и началась война настоящая.

В это время внутри страны …

Сразу после начала войны во Франции было введено осадное положение. Все стачки и демонстрации были запрещены, СМИ подвержены жесткой цензуре военного времени. Касаемо трудовых отношений, заработная плата замораживалась на довоенном уровне, забастовки оказались под запретом, отпуска не предоставлялись, отменен закон о 40-часовой рабочей неделе.

Франция в годы Второй мировой войны проводила достаточно жесткую политику внутри страны, особенно в отношении ФКП (Французская коммунистическая партия). Коммунисты были объявлены практически вне закона. Начались их массовые аресты. Депутаты были лишены неприкосновенности и попали под суд. Но апогеем «борьбы с агрессорами» стал документ от 18 ноября 1939 года - «Декрет о подозрительных». Согласно этому документу, правительство могло заключить в концлагерь практически любого человека, сочтя его подозрительным и опасным для государства и общества. Меньше чем через два месяца действия этого декрета в концентрационных лагерях оказалось более 15 000 коммунистов. А в апреле следующего года был принят еще один декрет, который приравнивал коммунистическую деятельность к измене Родине, а уличенные в этом граждане наказывались смертной казнью.

Вторжение Германии во Францию

После разгрома Польши и Скандинавии Германия начала переброску основных сил на Западный фронт. К маю 1940 года уже не было того преимущества, которое имели такие страны, как Англия, Франция. Второй мировой войне было суждено переместиться на земли «миротворцев», которые хотели успокоить Гитлера, дав ему все, что он просил.

10 мая 1940 года Германия начала вторжение на Запад. Меньше чем за месяц вермахту удалось сломить Бельгию, Голландию, разбить Британский экспедиционный корпус, а также самые боеспособные французские силы. Вся Северная Франция и Фландрия были оккупированы. Боевой дух французских солдат был низок, в то время как немцы еще больше поверили в свою непобедимость. Дело оставалось за малым. В правящих кругах, так же как и в армии, началось брожение. 14 июня Париж был сдан фашистам, а правительство бежало в город Бордо.

Муссолини тоже не хотел пропустить дележ трофеев. И 10 июня, полагая, что Франция уже не представляет угрозы, осуществил вторжение на территорию государства. Однако превосходившие почти в два раза по численности итальянские войска не имели успеха в борьбе с французами. Франция во Второй мировой войне успела показать, на что она способна. И даже 21 июня, накануне подписания капитуляции, 32 итальянские дивизии были остановлены французами. Это был полный провал итальянцев.

Капитуляция Франции во Второй мировой войне

После того как Англия, опасаясь перехода французского флота в руки немцев, затопила его большую часть, Франция разорвала все дипломатически отношения с Соединенным королевством. 17 июня 1940 года ее правительство отклонило английское предложение о нерушимом союзе и необходимости продолжения борьбы до последнего.

22 июня в Компьенском лесу, в вагоне маршала Фоша, было подписано перемирие между Францией и Германией. Франции оно сулило тяжелые последствия, в первую очередь экономические. Две трети страны становились территорией Германии, южная же часть объявлялась независимой, но обязанной выплачивать 400 млн франков в день! Большая часть сырья и готовых продуктов уходила на поддержание немецкой экономики, и в первую очередь армии. Более 1 млн французских граждан были отправлены в виде рабочей силы в Германию. Экономика и хозяйство страны понесли огромные потери, которые впоследствии окажут влияние на промышленное и сельскохозяйственное развитие Франции после Второй мировой войны.

Режим Виши

После захвата Северной Франции в курортном городке Виши было принято решение о передаче авторитарной верховной власти в южной «независимой» Франции в руки Филиппа Петена. Это ознаменовало окончание существования Третьей республики и создание правительства Виши (от места нахождения). Франция во Второй мировой войне показала себя не с самой лучшей стороны, особенно в годы существования режима Виши.

Первое время режим находил поддержку в среде населения. Однако это было фашистское правительство. Коммунистические идеи были под запретом, евреи, так же, как и на всех территориях, оккупированных фашистами, сгонялись в лагеря смерти. За одного убитого немецкого солдата смерть настигала 50-100 простых граждан. Само правительство Виши не имело регулярной армии. Были немногочисленные вооруженные силы, необходимые для поддержания порядка и покорности, при этом и солдат не было мало-мальски серьезного военного вооружения.

Режим просуществовал достаточно продолжительное время - с июля 1940 года до конца апреля 1945-го.

Освобождение Франции

6 июня 1944 года стартовала одна из крупнейших военно-стратегических операций - открытие Второго фронта, которое началось с высадки англо-американских союзных войск в Нормандии. Начались ожесточенные бои на территории Франции за ее освобождение, вместе с союзниками действия по освобождению страны проводили сами французы в составе движения Сопротивления.

Франция во Второй мировой войне опозорила себя двумя моментами: во-первых, потерпев поражение, во-вторых, сотрудничая с фашистами на протяжении почти 4 лет. Хотя генерал де Голль всеми силами старался создать миф о том, что весь французский народ как единое целое боролся за независимость страны, не помогая Германии ни в чем, а только ослабляя ее различными вылазками и диверсиями. «Париж освобожден французскими руками», - уверенно и торжественно твердил де Голль.

Капитуляция оккупационных войск произошла в Париже 25 августа 1944 года. Правительство Виши после этого существовало в эмиграции до конца апреля 1945-го.

После этого в стране началось что-то невообразимое. Лицом к лицу встретились те, кого объявляли бандитами при фашистах, т. е. партизаны, и те, кто при фашистах жил припеваючи. Нередко имел место публичный самосуд приспешников Гитлера и Петена. Англо-американские союзники, видевшие это своими глазами, не понимали, что происходит, и призывали французских партизан образумиться, но те были просто в ярости, считая, что их время пришло. Большое количество француженок, объявленных фашистскими шлюхами, публично позорились. Их вытаскивали из домов, тащили на площадь, там брили и проводили по центральным улицам, чтобы все видели, нередко при этом с них срывали всю одежду. Первые годы Франция после Второй мировой войны, кратко говоря, испытывала пережитки того недалекого, но такого печального прошлого, когда социальное напряжение и в то же время возрождение национального духа переплетались, создавая неопределенную ситуацию.

Окончание войны. Итоги для Франции

Роль Франции во Второй мировой войне не была определяющей для всего ее хода, однако некий вклад все же имелся, в то же время были и отрицательные для нее последствия.

Французская экономика была практически разрушена. Промышленность, к примеру, давала всего 38 % продукции от довоенного уровня. Около 100 тысяч французов не вернулось с полей сражений, около двух миллионов находилось в плену вплоть до окончания войны. Военная техника большей частью была уничтожена, флот потоплен.

Политика Франции после Второй мировой войны связывается с именем военного и политического деятеля Шарля де Голля. Первые послевоенные годы были направлены на восстановление экономики и социального благосостояния французских граждан. Потери Франции во Второй мировой войне могли бы быть намного ниже, а может, их и вовсе не было бы, если б накануне войны правительства Англии и Франции не пытались «умиротворить» Гитлера, а сразу бы одним жестким ударом расправились с еще не окрепшим немецко-фашистским монстром, чуть было не проглотившим весь мир.

В день смены правительства в Великобритании 10 мая 1940 г. на-чалось германское наступление на Западном фронте. В обход фран-цузской оборонительной «линии Мажино» немецкие дивизии вторг-лись на территорию Бельгии, Голландии и Люксембурга и перешли в наступление на Францию. При примерном равенстве сил успех немцам обеспечило тактически грамотное распределение дивизий, массированное применение танковых соединений на направлении главного удара и неожиданный для противника прорыв фронта.

В отличие от кампании 1914 г., немецкое наступление разво-рачивалось не на Париж, а к морю. 20 мая немецкие войска вышли к побережью Па-де-Кале и повернули в тыл англо-французским войскам, окружив 28 дивизий союзников . Лишь неожиданная оста-новка немецкого наступления сделала возможной эвакуацию союз-ных войск из портового города Дюнкерка на Британские острова («чудо Дюнкерка»). Были спасены 338 тыс. человек , но потери во-оружения были огромны.

Вскоре гитлеровцы направили свои силы на Париж. С юга французским войскам пришлось отра-жать атаки итальянской армии (10 июня 1940 г. Ита-лия объявила войну Франции), а на севере и северо-востоке оказывать сопротивление частям вермахта.

14 июня немецкие войска без боя вошли в Париж, правительство бежало в Бордо, премьер-министра Поля Рейно сменил герой Первой мировой войны маршал Петэн , незамедлительно начавший перего-воры о перемирии. 22 июня 1940 г. в знаменитом штабном вагоне в Компьене было подписано пере-мирие между Германией и Францией.

Новое французское правительство согласилось на немецкую оккупацию большей части страны, демо-билизацию почти всей армии и передачу Германии и Италии французского военно-морского флота и военной авиации. Местом пребывания правительства Петэна стал небольшой южно-французский городок Виши, поэтому его режим, взявший курс на сотрудничество с оккупантами (коллаборационизм), получил назва-ние «режим Виши».

Французский генерал Шарль де Голль, оказавшийся в Англии, осудил действия правительства Петэна и призвал французов к про-должению сопротивления гитлеровской Германии.

К времени захвата Франции ненавистные Гитлеру версальские решения были аннулированы, и фюрер оказался в зените собственной славы. Материал с сайта

Успех немцев во Франции был основан не на превосходстве в численности войск и вооружении, а на умелом распределении не-мецких дивизий, когда они появлялись в численном большинстве в слабой точке фронта союзников. Массированное и хорошо скоор-динированное применение немецких танковых соединений обеспе-чило прорыв фронта, и этот успех затем последовательно развивался. Неудача союзников прежде всего оказалась стратегической — фран-цузские войска были в полном замешательстве, их генералы потеряли контроль над коммуникациями и передвижениями целых армий. Ни один солдат в подобной ситуации не может сражаться успешно.