Макс вебер основные положения. Социология макса вебера
ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ
РОССИЙСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ
ТОРГОВО-ЭКОНОМИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ
Факультет Управления
Кафедра Социологии и политологии
КОНТРОЛЬНАЯ РАБОТА
По дисциплине: «Социология»
На тему «Социология Макса Вебера».
Выполнила:
Студентка 2 курса
Заочной формы обучения
Группа 21/2
Романова Е.В.
Проверил:
Проф. Седельников С.С.
МОСКВА 2008
Введение 4
1. Творческие периоды 5
2 Работы 6
3 Социология Макса Вебера 8
3.1. Понимающая социология и теория социального действия 8
3.2. Социология политической власти 14
3.3. Социология религии 17
Заключение 20
Список литературы 22
Введение
Макс Вебер (1864 – 1920) – немецкий социолог, социальный философ, культуролог и историк. Его можно смело назвать Леонардо да Винчи социологии. Его базисные теории сегодня составляют фундамент социологии: учение о социальном действии и мотивации, об общественном разделении труда, об отчуждении, о профессии как призвании.
Он разработал: основы социологии религии; экономической социологии и социологии труда; социологии города; теорию бюрократии; концепцию социальной стратификации и статусных групп; основы политологии и института власти; учение о социальной истории общества и рационализации; учение об эволюции капитализма и института собственности.
Достижения Макса Вебера просто невозможно перечислить, настолько они огромны. В области методологии одним из самых главных его достижений является введение идеальных типов. М. Вебер считал, что главная цель социологии – сделать максимально понятным то, что не было таковым в самой реальности, выявить смысл того, что было пережито, даже если этот смысл самими людьми не был осознан. Идеальные типы позволяют сделать исторический или социальный материал более осмысленным, чем он был в самом опыте реальной жизни.
Идеи Вебера пронизывают все здание современной социологии, составляя его фундамент. Творческое наследие Вебера огромно. Он внес вклад в теорию и методологию, заложил основы отраслевых направлений социологии: бюрократии, религии, города и труда.
Сам М. Вебер создал много научных трудов, в том числе: «Протестантская этика и дух капитализма» (1904-1905), «Хозяйство и общество», «Объективность социально – научного и социально – политического познания», «Критические исследования в области логики наук о культуре», «О некоторых категориях понимающей социологии» (1913), «Основные социологические понятия».
Развитие социологических представлений об обществе все время шло по нарастающей – от Платона и Аристотеля к Макиавелли и Гоббсу, а от них к Конту и Марксу. С каждым шагом наши знания углублялись и обогощялись. Наивысшим выражением стали идеи М. Вебера. Он не только создал самую сложную теорию общества в рассматриваемый исторический период, но и заложил методологический фундамент современной социологии, что было сделать еще труднее.
Благодаря М. Веберу, а также его коллегам немецкая школа доминировала в мировой социологии вплоть до Первой мировой войны.
1. Творческие периоды
Первый период (до 1898) - до творческого перелома, связанного с расстройством здоровья. Вебер очень быстро сделал свою профессиональную карьеру, начав работать как историк хозяйства и права. Существовала исторически сложившаяся школа как права, так и хозяйства, и Вебер придерживался этой школы. Однако, он критически подходил к тенденции объединения науки, искусства и этики, считая, что наука имеет не ценностный характер. Для первого периода творчества М. Вебера характерен интерес к науке: современный и античный капитализм, открытие торгового общества в средневековье, правовое разделение между личным имуществом и владением средств производства. Последнее М. Вебер считает важным для возникновения современного капитализма. Заболевание началось в 1898 году и в продолжении четырех лет он не мог приступить к творческой работе. Именно в эти годы Вебер переосмысливает истоки и мотивы человеческой деятельности.
Второй период (1903-1910) . После болезни, в 1902 году он начинает интересоваться методологическими вопросами. Безусловно, его личный кризис повлиял на его создание теории капитализма. М. Вебер придерживался точки зрения, что этика, которую он реализовывал в своей жизни, не могла быть истолкована материалистически. Люди в своей жизни следуют не только своим эгоистическим интересам. С точки зрения эгоиста бессмысленно накапливать капитал ради капитала, делать карьеру ради карьеры, существуют силы, необъяснимые материалистически. С другой стороны, возникла необходимость защитить логику исторического подхода, которую он разрабатывал долгое время. В начале 20 века бурно стали развиваться такие философские течения, как позитивизм и материализм. В это время для Вебера характерны попытки сформировать идеи по ту сторону материализма и идеализма. Понять человека, действующего не только под эгидой эгоизма, но и как человека способного к действию ради действия. По свидетельству жены философа Марьяны, Макс Вебер делает в эти годы чрезвычайное открытие: оказывается, специфический вид рационализма пронизывает экономику и политику, определяет отношения человека к природе, отношения между людьми, причем господство рационализма растет вместе с развитием техники и науки. В 1910 году М. Вебер обосновал рационализм науки и искусства, опираясь на развитие ценностей западного общества.
В третьем периоде (1910-1920) своего творчества М. Вебер занимался разработкой рациональных основ религии, пытался проанализировать все формы религии и те способы действия людей, которые они порождают. Что является особенностью профессиональной этики? Как она возникла? Как ее можно объяснить? Эти и подобные им вопросы волнуют М. Вебера в этот период его жизни.
2 Работы
По мнению ряда исследователей трудов Вебера, одной из основных его работ считается “Протестантская этика и дух капитализма” , в продолжении которой Вебер написал сравнительный анализ наиболее значимых религий и проанализировал взаимодействие экономических условий, социальных факторов и религиозных убеждений. Впервые данное произведение было опубликовано в 1905 г. в Германии и с тех пор является одной из лучших работ по анализу причин возникновения современного капитализма.
Другие основной работой Вебера считают “Хозяйство и общество” . Данная работа представляет собой один проект, осуществленный в двух вариантах. Первый вариант написан в 1910-14 годах, другой - в 1919-20 годах. Обе части остались незавершенными автором, они представляют собой набросок будущей книги. Первая часть посвящена особенностям западного развития капитализма, вторая - историческим вопросам. При этом социализм, понимаемый как рациональный, считается составной частью западного развития. Рациональный капитализм и рациональный социализм являются двумя альтернативами, в которых развивалось общество.
Но сердцем философского наследия М. Вебера считаются работы, связанные с хозяйственной этикой и социологией религии. По мнению самого философа, социология занимается пониманием конкретных исторических событий, действительности, она должна устанавливать общие правила, но это не цель, а средство, ибо идеал естественных наук отвергается как неприемлемый.
3 Социология Макса Вебера
3.1. Понимающая социология и теория социального действия
М. Вебер основоположник «понимающей» социологии и теории социального действия, применивший ее принципы к экономической истории, к исследованию политической власти, религии, права. Главной идеей веберовской социологии является обоснование возможности максимального рационального поведения, проявляющегося во всех сферах человеческих взаимоотношений. Эта мысль Вебера нашла свое дальнейшее развитие в различных социологических школах Запада, что вылилось в своеобразный «веберовский ренессанс».
Методологические принципы веберовской социологии тесно связанны с другими теоретическими системами, характерными для обществознания прошлого века – позитивизмом Конта и Дюркгейма, социологией марксизма.
Особо отмечается влияние баденской школы неокантианства, прежде всего воззрений одного из ее основоположников Г. Риккерта, согласно которым взаимосвязь бытия и сознания строится на основе определенного отношения субъекта к ценности. Как и Риккерт, Вебер разграничивает отношение к ценности и оценку, из чего следует, что наука должна быть свободна от оценочных суждений субъективного толка. Но это не означает, что ученый должен отказаться от собственных пристрастий; просто они не должны вторгаться в научные разработки. В отличие от Риккерта, рассматривающего ценности и их иерархию как нечто надысторическое, Вебер полагает что: «Ценность» «детерминирована характером исторической эпохи, определяющей общую линию прогресса человеческой цивилизации». 1 Они в концепции Вебера своеобразно преломляются в категориях идеального типа, которые составляют квинтэссенцию его методологии социальных наук и используются как инструмент понимания явлений человеческого общества, поведения его членов.
Итак, по Веберу, социолог должен соотнести анализируемый материал с экономическими, эстетическими, моральными ценностям, исходя из того, что служило ценностями для людей, являющихся объектом исследования. Чтобы уяснить действительные причинные связи явлений в обществе и дать осмысленное толкование человеческому поведению, необходимо сконструировать недействительное – извлекаемые из эмпирической реальности идеально – типические конструкции, которые выражают то, что характерно для многих общественных явлений. При этом Вебер рассматривает идеальный тип не как цель познания, а как средство, позволяющее раскрыть «общие правила событий».
Согласно Веберу, идеальный тип как методологическое средство позволяет:
во-первых, сконструировать явление или человеческое действие, как если бы оно имело место в идеальных условиях;
во-вторых, рассмотреть это явление или действие независимо от локальных условий.
Предполагается, что если будут выполнены идеальные условия, то в любой стране действие будет совершаться именно таким образом. То есть мыслительное образование нереального, идеально – типического – прием, позволяющий понять, как действительно протекало то или иное историческое событие. И еще: идеальный тип, по Веберу, позволяет трактовать историю и социологию как два направления научного интереса, а не как две разные дисциплины. Это оригинальная точка зрения, исходя из которой, по мнению ученого, чтобы выявить историческую причинность, необходимо перво-наперво выстроить идеально – типическую конструкцию исторического события, а затем сопоставить нереальный, мысленный ход событий с их реальным развитием. Через конструирование идеально – типического исследователь перестает быть простым статистом исторических фактов и обретает возможность понять, насколько сильным было влияние обстоятельств общего порядка, какова роль воздействия случайности или личности в данный момент истории.
Социология, по Веберу, является «понимающей», поскольку изучает поведение личности, вкладывающей в свои действия определенный смысл. Действие человека обретает характер социального действия, если в нем присутствуют два момента: субъективная мотивация индивида и ориентация на другого (других). Понимающие мотивации, «субъективно подразумеваемого смысла» и отнесение его к поведению других людей – необходимые моменты собственно социологического исследования, отмечает Вебер, приводя для иллюстрации своих соображений пример человека, рубящего дрова. Так, можно рассматривать рубку дров лишь как физический факт – наблюдатель понимает не рубщика, а то, что дрова рубятся. Можно рассматривать рубщика как обладающее сознанием живое существо, интерпретируя его движения. Возможен и такой вариант, когда центром внимания становится субъективно переживаемый индивидом смысл действия, т.е. задаются вопросы: «Действует ли этот человек согласно разработанному плану? Каков этот план? Каковы его мотивы? В каком контексте значений воспринимаются эти действия им самим?» Именно этот тип «понимания», основанный на постулате существования индивида совместно с другими индивидами в системе конкретных координат ценностей, служит основой реальных социальных взаимодействий в жизненном мире. Макс Вебер определяет социальное действие так: «Социальное действие… соотносится по своему смыслу с поведением других субъектов и ориентировано на него» 2 . Исходя из этого нельзя считать действие социальным, если оно является чисто подражательным, когда индивид действует, как атом толпы, или когда он ориентируется на какое – либо природное явление (не является, например, действие социальным, когда множество людей раскрывают зонты во время дождя).
Макса Вебера, немецкого социального философа, экономиста и историка, часто называют одним из основателей современной социологии. Аргументы в пользу этого утверждения таковы: (1) он дал систематическое изложение концептуальных основ социологической перспективы; (2) он разработал последовательную философию социальной науки, которая осмыслила сущностные основы социального действия; (3) в ряде самостоятельных областей он уловил основные характеристики современной индустриальной цивилизации; (4) через эмпирические исследования современного общества он идентифицировал ряд ключевых вопросов, которые стали средоточием дальнейших принципиальных дискуссий в рамках данной дисциплины; (5) его собственная жизнь представляет собой убедительный пример социологии как призвания.
Биографические вехи . Макс Вебер родился в 1864 году в г. Эрфурте в семье юриста. Оно получил воспитание, которое характеризовалось семейным богатством, политическим либерализмом и протестантским духом. Учился в Гейдельбергском, Геттингенском и Берлинском университетах. Темой его ранних научных исследований была хозяйственная жизнь античных и средневековых обществ. С 1891 по 1897 г. он - профессор права и политической экономии в ряде университетов Германии. Одновременно ведет активную научно-исследовательскую и публицистическую деятельность. Однако его преподавательская и исследовательская работа была прервана болезнью, сопровождавшейся в 1897 году нервно-психическим расстройством. Невзирая на это, его академическая продуктивность продолжала оставаться огромной. С 1907 года, получив наследство, полностью посвящает себя науке. В течение ряда лет активно сотрудничает с Немецкой ассоциацией социологов, занимая там весьма заметные позиции. С началом Первой мировой войны поступает на государственную службу (к чему он всегда относился с большим уважением). Скончался в 1920 г. в Мюнхене.
Творческое наследие Вебера весьма обширно и разнообразно. Мы затронем здесь лишь некоторые из наиболее весомых социологических воззрений великого немецкого социолога; в других наших методических пособиях мы также затрагиваем некоторые его идеи.
2.5.1. Социологический метод
Социология во второй половине прошлого века была, в сущности, довольно молодой наукой. Как мы помним, основоположник этой науки Огюст Конт был одновременно и основателем нового научного метода - позитивизма. Позитивизм, рассматривая человеческое общество как одну из разновидностей природной реальности, требовал подходить к его изучению с помощью тех методов, которые зарекомендовали себя в естественнонаучных дисциплинах: наблюдение, регистрация фактов, обобщение и выведение закономерностей.
Таким образом, позитивизм с самого начала приобрел господствующие позиции в новой науке. Однако, по мере ее развития, все большее число исследователей задумывались о правомерности использования именно этого метода исследований. Так, немецкий историк культуры и социальный философ В. Дильтей утверждал, что в социальных дисциплинах способы познания должны отличаться от тех, что сложились в естественнонаучных. Дело в том, что общество состоит из индивидов, наделенных сознанием, и само оно - человеческое порождение. Если естественные науки имеют дело с внешним опытом и прибегают главным образом к объяснению наблюдаемых явлений, то науки, изучающие общество, состоящее из людей, должны учитывать понимание чувств, мотивов, интересов этих людей.
Эти идеи оказали серьезное влияние на М. Вебера в его размышлениях о научном методе, который должен применяться в науке о человеческом обществе. И он, в конечном счете, приходит к выводу, что социальные науки в этом смысле должны глубоко отличаться от естественных наук (хотя и имеют с ними общее рациональное начало). Одной из важнейших отличительных черт науки о человеческом обществе должно быть понимание . Вебер исходит из того, что социология должна познавать те значения, которые люди придают своим действиям. Для этого и вводится термин Verstehen , который дословно переводится с немецкого как "понимание" и приобретает в социологическом методе Вебера довольно автономное значение.
В то же время социология, будучи наукой, изучающей человеческое поведение в максимально обобщенном виде, не может посвятить себя выявлению мотивов каждого отдельно взятого индивида - все эти мотивы настолько различаются и не похожи один на другой, что мы окажемся не в состоянии составить сколько-нибудь связного описания их или создать какую-либо типологию. Однако в этом, по мнению Вебера, нет нужды: поскольку все люди имеют общую человеческую природу, нам необходимо просто составить типологию различных поступков людей в их отношениях со своим социальным окружением.
Суть использования Verstehen состоит в том, чтобы поставить себя в положение других людей для того, чтобы увидеть, какое именно значение они придают своим действиям или каким целям, по своему убеждению, служат. Если социологи намерены, например, проанализировать социальные причины, по которым люди размахивают руками, они должны иметь какие-то основания для того, чтобы решить, что именно является побудительными мотивами взмахов чьей-то руки вверх и вниз (вправо-влево), и почему другие так не поступают в аналогичной ситуации. Если вы оказываетесь неспособны к исследованию такого рода значений, это может стать источником серьезных заблуждений, когда какие-то группы действий будут отнесены к одной и той же категории, в то время как в действительности они принадлежат к различным категориям. Исследование значений человеческих поступков - это в какой-то степени просто развитие наших повседневных попыток понять действия множества различных окружающих нас людей.
В качестве одного из важных исследовательских инструментов в своем социальном анализе Вебер использует понятие идеального типа . Идеальный тип - это некая мыслительная конструкция, которая извлекается не из эмпирической реальности, а создается в голове исследователя - в качестве теоретической схемы изучаемого явления - и выступает как своеобразный "эталон", сравнивая с которым интересующий нас объект, мы можем судить о мере удаления или, наоборот, приближения к нему исследуемой эмпирической реальности. Вебер подчеркивает, что сам по себе идеальный тип не может дать знания о соответствующих процессах и связях изучаемого социального явления, а представляет собою чисто методический инструмент. Как указывает Ю.Н. Давыдов, "идеально-типическая конструкция отвечает на вопрос, каким был бы социальный процесс и фактические обстоятельства его протекания, если бы они целиком и полностью отвечали своему принципу (правилу), своей логически непротиворечивой схеме".
Вебер предполагал, что социологи отбирают в качестве характеристик идеального типа определенные аспекты поведения или институтов, которые доступны для наблюдения в реальном мире, и преувеличивают их до форм логически понятной интеллектуальной конструкции. Не все характеристики этой конструкции могут быть представлены в реальном мире. Но любую конкретную ситуацию можно понять глубже, сравнивая ее с идеальным типом. Например, конкретные бюрократические организации могут не совпадать в точности с элементами идеального типа бюрократии, однако знание этого идеального типа может пролить свет на эти реальные вариации. Поэтому идеальные типы представляют собой, скорее, гипотетические конструкции, формируемые из реальных явлений, и имеющие объяснительную ценность. "Идеальный" здесь означает, скорее, "чистый" или "абстрактный", нежели нормативно желательный . Вообще говоря, точная связь между идеальными типами и реальностью, к которой они относятся, остается не до конца ясной. Вебер, с одной стороны, предполагал, что выявляемые расхождения между реальностью и идеальным типом должны вести к переопределению типа, а с другой стороны, он также утверждал, что идеальные типы являются моделями, не подлежащими проверке. Однако другие социологи трактовали их как проверяемые модели реального мира. Дополнительная путаница может возникнуть вследствие того, что Вебер сам часто молчаливо использовал идеальные типы как проверяемые модели. Впрочем, сущность этого инструмента станет лучше понятна из его применения. Мы рассмотрим здесь два идеальных типа, использованных Вебером в его социологии.
2.5.2. Идеальные типы социальных действий
Одним из центральных понятий веберовской социологии выступает социальное действие . Вот как определяет его сам Вебер:
"Действием" мы называем действие человека (независимо от того, носит ли оно внешний или внутренний характер, сводится ли к невмешательству или терпеливому приятию), если и поскольку действующий индивид или индивиды связывают с ним субъективный смысл . " Социальным" мы называем такое действие, которое по предполагаемому действующим лицом или действующими лицами смыслу соотносится с действием других людей и ориентируется на него" .
Однако действия и поступки людей изучают и многие другие науки, в частности, история и психология. В чем же качественное своеобразие чисто социологических подходов? Прежде всего, в том, что социология изучает обобщенное поведение людей как если бы оно протекало в неких идеальных условиях. При этом ее интересует не только ориентированность действий на других людей, но и степень наполненности их определенным смыслом . Понятие же смысла выводится из соотношения цели и средств . Изучение различных вариантов такого соотношения приводит Вебера к построению идеальной типологии социальных действий (см. табл.2.2).
Речь идет о том, что любые поступки и действия, совершаемые человеческими существами, могут быть "измерены" с помощью этих своеобразных эталонов, то есть могут с большей или меньшей степенью приближения отнесены к одному из четырех идеальных типов, приведенных в таблице. Давайте попытаемся рассмотреть каждый из них более подробно.
Таблица 2.2
Идеальные типы социальных действий
|
Тип |
Цель |
Средства |
Общая характеристика |
|
Целерациональное |
Осознается ясно и отчетливо. Предвидятся и оцениваются последствия |
Адекватные (целесообразные) |
Полностью рациональное. Предполагает рациональный расчет на реакцию окружения |
|
Ценностно- рациональное |
Само действие (как самостоятельная ценность) |
Адекватные заданной цели |
Рациональность может оказаться ограниченной - иррациональностью заданной ценности (ритуал; этикет; дуэльный кодекс) |
|
Традиционное |
Минимальное целеполагание (осознание цели) |
Привычные |
Автоматическая реакция на привычные раздражители |
|
Аффективное |
Не осознается |
Подручные |
Стремление к немедленному (или максимально быстрому) удовлетворению страсти, снятию нервно-эмо-ционального напряжения |
Целерациональное действие . Этот в максимальной степени рациональный тип действия характеризуется ясностью и осознанием поставленной цели, причем, это соотносится с рационально осмысленными средствами, обеспечивающими достижение именно этой, а не какой-то иной цели. В рациональности цели можно удостовериться двояким образом: во-первых, с точки зрения ее собственного содержания, во-вторых, с точки зрения целесообразности (т.е. сообразности с целью ) избираемых средств. В качестве именно социального действия (а значит, ориентированного на определенные ожидания со стороны других людей) оно предполагает рациональный расчет действующего субъекта на соответствующую реакцию со стороны окружающих людей, с одной стороны, и на использование их поведения для достижения поставленной цели - с другой. Здесь необходимо помнить о том, что такая модель выступает прежде всего идеальным типом, а значит, реальные человеческие поступки могут быть поняты прежде всего через измерение степени отклонения от данной модели. В одних случаях такие отклонения не слишком значительны, и мы можем говорить о реальном поступке как о "почти целерациональном". Если же отклонения более существенны, то они практически выводят нас на иные типы социального поведения.
Ценностнорациональное действие . Этот идеальный тип социального действия предполагает совершение таких поступков, которые основаны на убежденности в самодостаточной ценности поступка как такового, другими словами, здесь в качестве цели выступает само действие. Ценностнорациональное действие, по Веберу, всегда подчинено определенным требованиям, в следовании которым индивид видит свой долг. Если он поступает сообразно этим требованиям - даже если рациональный расчет предсказывает бу льшую вероятность неблагоприятных последствий такого поступка для него лично, - значит, мы имеем дело с ценностнорациональным действием. Классический пример ценностнорационального действия: капитан тонущего судна покидает его последним, хотя это угрожает его жизни. Осознанность такой направленности действий, соотнесение их с определенными представлениями о ценностях - о долге, достоинстве, красоте, морали и т.п. - уже говорит об определенной рациональности, осмысленности. Если к тому же мы имеем дело и с последовательностью в реализации такого поведения, а значит, преднамеренностью, то можно говорить об еще большей степени рациональности его, что и отличает ценностнорациональное действие, скажем, от аффективного. В то же время по сравнению с целерациональным типом "ценностная рациональность" действия несет в себе нечто иррациональное, поскольку абсолютизирует ценность, на которую ориентируется индивид.
"Чисто ценностно-рационально, - утверждает Вебер, - действует тот, кто, не считаясь с предвидимыми последствиями, действует в соответствии со своими убеждениями и выполняет то, чего, как ему кажется, требует от него долг, достоинство, красота, религиозное предписание, пиетет или важность какого либо... " дела" . Ценностнорациональное действие... всегда есть действие в соответствии с " заповедями" или " требованиями" , которые действующий считает предъявленными к себе".
Представляется, что различие между целерациональным и ценностнорациональным типами социального действия примерно такое же, как между истиной и правдой . Первое из этих понятий означает "то, что есть на самом деле", независимо от системы представлений, убеждений, верований, сложившихся в том или ином конкретном обществе (как замечает по этому поводу В.И. Даль: "Все, что есть , то истина ; не одно-ль и то же есть и естина, истина ?"). Получить такого рода знание действительно непросто, к нему можно просто последовательно, шаг за шагом, приближаться - так, как это предлагает сделать позитивист Конт. Второе же означает сопоставление того, что наблюдаешь или намереваешься предпринять, с общепринятыми в этом обществе нормами и представлениями о должном и правильном. Другими словами, правда всегда нормативна . Как определяет "правду" тот же Даль: "истина на деле, истина во образе, во благе; правосудие, справедливость".
Традиционное действие . Этот тип действия формируется на основе следования традиции, то есть подражания тем или иным образцам поведения, сложившимся в культуре и одобряемым ею, а потому практически не подлежащим рациональному осмыслению и критике. Такое действие совершается во многом чисто автоматически, по сложившимся стереотипам, оно характеризуется стремлением ориентироваться на привычные образцы поведения, сложившиеся на основе собственного опыта и опыта предшествующих поколений. Несмотря на то, что традиционные действия отнюдь не предполагают выработку ориентации на новые возможности (а может быть, как раз поэтому), пожалуй, именно оно составляет львиную долю всех поступков, совершаемых индивидами. В какой-то степени приверженность людей к совершению традиционных действий (проявляемых в огромном числе вариантов) служит основой стабильности существования общества и предсказуемости поведения его членов. Как указывает сам Вебер,
" ...чисто традиционное действие... находится на самой границе, а часто даже за пределами того, что может быть названо " осмысленно" ориентированным действием" .
Аффективное действие . Наименее осмысленное из приведенных в таблице идеальных типов. Главной его характеристикой является определенное эмоциональное состояние - вспышка страсти, ненависти, гнева, ужаса и т.п. Аффективное действие имеет свой "смысл", главным образом, в скорейшем снятии возникшего эмоционального напряжения, в разрядке. Этим оно прямо противоположно целерациональному действию; однако здесь таится определенное сходство с ценностнорациональным действием, которое, как мы видели, также не стремится к достижению какой-то "внешней" цели и видит определенность в самом совершении действия.
" Индивид действует под влиянием аффекта, если он стремится немедленно удовлетворить свою потребность в мести, наслаждении, преданности, блаженном созерцании или снять напряжение любых других аффектов, какими низменными или утонченными они ни были" .
Приведенная типология может служить неплохой иллюстрацией для понимания сущности того, что было выше определено как "идеальный тип". Вряд ли какой-то из реальных поступков, совершаемых в этом мире реальными людьми, можно было бы в полной мере охарактеризовать как относящийся к тому или иному идеальному типу социального действия. Они могут лишь в большей или меньшей степени приближаться к какому-то из них, нести в себе черты и того, и другого, и третьего. А каждый из идеальных типов будет выполнять функции "эталонного метра" - иридиевого бруска, хранящегося в Парижской палате мер и весов.
Два последних идеальных типа социальных действий, строго говоря, не являются вполне социальными - во всяком случае, в веберовском значении этого слова. В самом деле, и традиционный, и особенно аффективный типы действия во многом близки к тем типам действия, которые свойственны и животным. Первый из них - традиционный - можно в значительной степени уподобить условному, а второй - аффективный - безусловному рефлексу. Понятно, что они в значительно меньшей степени являются порождением интеллекта, нежели второй и - в особенности - первый типы социального действия.
С приведенной выше типологией идеальных типов социальных действий довольно тесно связана одна из стержневых идей веберовской социологии - идея о последовательной рационализации социальной жизни. Вообще идея усиления значения рациональности по мере исторического развития того или иного общества проходит красной нитью через научное творчество Вебера. Он твердо убежден, что рационализация - это одна из главных тенденций самогу исторического процесса. Рационализация находит свое выражение в увеличении доли целерациональных действий в общем объеме всех возможных типов социальных действий и в усилении их значимости с точки зрения структуры общества в целом. Это означает, что рационализируется способ ведй ния хозяйства, рационализируется управление, образ мышления. И все это, как считает Вебер, сопровождается колоссальным усилением социальной роли научного знания - этого наиболее "чистого" воплощения принципа рациональности. Формальная рациональность в веберовском понимании - это, прежде всего калькулируемость всего, что поддается количественному учету и расчету. Тот тип общества, в котором возникает такого рода доминанта, современные социологи именуют индустриальным (хотя первым его назвал так еще Сен-Симон, а потом этот термин довольно активно использовал и Конт). Все прежде существовавшие типы обществ Вебер (и вслед за ним - большинство современных социологов) называет традиционными . Важнейший признак традиционных обществ - это отсутствие в социальных действиях большинства их членов формально-рационального начала и преобладание поступков, наиболее близких по своему характеру к традиционному типу действия.
Формально-рациональное - это определение, применимое к любому явлению, процессу, действию, которое не просто поддается количественному учету и расчету, но и, более того, в значительной степени исчерпывается своими количественными характеристиками. Движение самого процесса исторического развития характеризуется тенденцией нарастания в жизнедеятельности общества формально-рациональных начал и все большего преобладания целерационального типа социальных действий над всеми остальными. Понятно, что одновременно это должно означать и повышение роли интеллекта в общей системе мотиваций и принятий решений социальными субъектами.
Общество, где господствует формальная рациональность, - это такое общество, где в качестве нормы выступает не столько стремление к наживе, сколько рациональное (т.е. разумно-расчетливое) поведение. Все члены такого общества ведут себя таким образом, чтобы рационально и к всеобщей пользе применять все - и материальные ресурсы, и технологию, и деньги. Роскошь, к примеру, не может считаться рациональной, поскольку это отнюдь не разумное расходование ресурсов.
Рационализация как процесс, как историческая тенденция, по Веберу, включает в себя: (1) в экономической сфере - организацию фабричного производства бюрократическими средствами и расчеты выгод с помощью систематических оценивающих процедур; (2) в религии - развитие теологических концепций интеллектуалами, постепенное исчезновение волшебного и вытеснение таинств личной ответственностью; (3) в праве - эрозию специально устроенного /ad hoc/ законотворчества и произвольного судебного прецедента дедуктивными юридическими рассуждениями на основе универсальных законов; (4) в политике - упадок традиционных норм узаконения и замещения харизматического лидерства регулярной партийной машиной; (5) в моральном поведении - больший акцент на дисциплину и воспитание; (6) в науке - последовательное снижение роли индивидуального инноватора и развитие исследовательских команд, скоординированных экспериментов и направляемой государством научной политики; (7) в обществе в целом - распространение бюрократических методов управления, государственного контроля и администрирования. Понятие рационализации было, таким образом, частью веберовской точки зрения на капиталистическое общество как на своеобразную "железную клетку", в которой индивид, лишенный религиозного смысла и моральных ценностей, будет во все возрастающей степени подвергаться государственному надзору и воздействию бюрократического регулирования. Подобно марксову понятию отчуждения, рационализация подразумевает отделение индивида от общины, семьи, церкви и его подчинение правовому политическому и экономическому регулированию на фабрике, в школе и в государстве. Таким образом, Вебер безоговорочно представлял рационализацию в качестве ведущей тенденции западного капиталистического общества. Рационализация - это процесс, посредством которого сфера человеческих отношений становится предметом расчета и управления. В то время, как марксисты признавали ведущее положение расчета лишь в трудовом процессе и фабричной дисциплине, Вебер находил рационализацию во всех социальных сферах - политике, религии, экономической организации, университетском управлении, в лаборатории и даже в нотной записи.
2.5.3. Социология господства
Один из вопросов, который постоянно занимает Вебера и к которому он возвращается вновь и вновь в своих работах, - причины, по которым одни люди подчиняются другим, а также механизмы, с помощью которых осуществляются социальные отношения господства-подчинения. Следует сразу отметить, что Вебер различает власть и господство . Первая, считает он, предшествует второму и не всегда обладает его характеристиками. Строго говоря, господство - это, скорее, процесс реализации власти. Кроме того, господство означает определенную вероятность того, что приказы, отдаваемые одними людьми (которые обладают властными полномочиями), встретят у других людей готовность подчиниться, выполнить эти приказы.
Один из важных вопросов: при каких условиях возникают между людьми отношения господства-подчинения? Эти отношения, по Веберу, основаны на взаимных экспектациях : со стороны управляющего, того, кто отдает распоряжения, - ожидание того, что отдаваемое распоряжение будет непременно исполнено; со стороны управляемых - ожидание, что управляющий имеет право на отдание таких распоряжений; только при уверенности в таком праве управляемый получает мотивацию к выполнению приказа. Другими словами, легитимное , т.е. законное, господство не может ограничиваться самим фактом применения власти, оно нуждается в вере в ее законность. Власть становится господством, когда она расценивается людьми как легитимная. При этом, утверждает Вебер,
" ...легитимность порядка может быть гарантирована только внутренне, а именно:
1. чисто аффективно: эмоциональной преданностью;
2. ценностно-рационально: верой в абсолютную значимость порядка в качестве выражения высочайших непреложных ценностей (нравственных, эстетических или каких-либо иных);
3. религиозно: верой в зависимость блага и спасения от сохранения данного порядка" .
Существуют три идеологических основания легитимности, которые могут облекать правителей властью: традиционное, харизматическое и легально-рациональное. В соответствии с этим Вебер обосновывает три идеальных типа господства , каждый из которых получает наименование по своему идеологическому основанию. Рассмотрим каждый из этих типов подробнее.
Легально-рациональное господство. (Его иногда называют просто рациональным). Здесь основным мотивом подчинения выступает, в известной степени, удовлетворение собственных интересов. При этом люди подчиняются не столько другим людям, сколько общепринятым законам, правилам, которые этими другими людьми выражаются и от имени которых они выступают. Легально-рациональное господство подразумевает повиновение формальным правилам, установленным с помощью "правильных" публичных процедур. Отсюда - столь важная роль, которую играет в легально-рациональном господстве бюрократия , как неотъемлемый элемент рационального общества и то огромное внимание, которое уделяет ей в своих исследованиях Вебер.
Само понятие "бюрократия" имеет по меньшей мере два смысла: (1) определенный способ управления и (2) особая социальная группа, осуществляющая этот процесс управления. Вебер в качестве основной характерной черты любой бюрократической организации выделял опять же рациональность. Бюрократическую рациональность, по Веберу, следует рассматривать как воплощение капитализма вообще (причины этого мы еще рассмотрим ниже); поэтому решающую роль в бюрократической организации должны играть технические специалисты, получившие специальную подготовку и пользующиеся в своей работе научными методами.
Бюрократическая организация характеризуется целым рядом важных черт, среди которых Вебер выделяет следующие. Эффективность , достигаемая, главным образом, благодаря четкому разделению обязанностей между работниками аппарата, что дает возможность использовать на каждой из позиций узкоспециализированных и высококвалифицированных специалистов. Строгая иерархизация власти , которая позволяет вышестоящему должностному чиновнику осуществлять контроль за деятельностью нижестоящего. Формально установленная и четко зафиксированная система правил , обеспечивающая единообразие управленческой деятельности и применение общих инструкций к частным случаям, а также не допускающая неопределенности и двусмысленности толкования распоряжений; сотрудники бюрократической организации подчиняются прежде всего этим правилам, а не конкретной личности, которая их выражает. Безличность административной деятельности и эмоциональная нейтральность отношений: каждый функционер выступает не как особая неповторимая личность, а как формальный носитель социальной власти определенного уровня, представитель занимаемой им должности. К другим характерным чертам бюрократии относятся также: администрирование, основанное на письменных документах; рекрутирование персонала на основе способностей и технических знаний, полученных с помощью специального образования; долгосрочная служба; продвижение на основе старшинства или заслуг; фиксированное жалование; разделение приватного и официального дохода.
Современный научный анализ позиции Вебера утверждает, что его идея о рациональности бюрократии содержала в себе два несколько различающихся момента. В одном смысле рациональность бюрократии состояла в том, что она максимизирует техническую эффективность. Правила, определяющие наиболее подходящие средства для достижения организационных целей, базируются на современных технических знаниях и направляют поведение членов организации вдоль наиболее эффективных линий поведения. В другом смысле бюрократия представляет собой систему социального контроля или власти, которая принимается членами организации или социальной общности, поскольку они рассматривают правила как рациональные, правильные и справедливые - "легально-рациональная" система ценностей. Однако главное свойство бюрократии, по Веберу, - это ее предсказуемость.
Основная цель Вебера состояла в широком историческом сравнительном анализе способов политического администрирования и их воздействия на общество, он стремился выявить бюрократический идеальный тип . Однако, как мы помним, действительность не обязана совпадать с идеальным типом (скорее, как раз и не должна совпадать). Реальные бюрократические организации достаточно часто оказываются неэффективными, они несут в себе, наряду с рациональными чертами, немало рациональных, наряду с формальными отношениями, неформальные. Не говоря уже о том, что повиновение здесь нередко превращается в самоцель, а власть узаконивается самим фактом пребывания в должности.
Традиционное господство. Оно покоится на привычном, чаще всего не вполне осознанном, убеждении в святости и незыблемости общепринятых традиций и в законности прерогатив власти, предоставляемых ими. Приверженец традиционной власти принимает правила, которые воплощают обычай и древнюю практику. В рамках этого типа господства право власти чаще всего носит наследственный характер (примерно так: "Я служу этому человеку, потому что его отцу служил мой отец, а его деду - мой дед"). В чистом своем виде это патриархальная власть. Понятие "патриархата" в социологии обычно используется для описания господства мужчин над женщинами, причем оно может проявляться в различных типах обществ. Это понятие употребляется также для описания определенного типа организации домашнего хозяйства, в котором старший по возрасту мужчина господствует над всем семейством, включая более молодых мужчин. Поэтому отношения между властителем и его административным аппаратом при традиционном типе господства можно уподобить взаимоотношениям между домохозяином и слугами, а также зависящими от него родственниками: они носят личностный характер, отчетливо эмоциональную окраску и основаны на личной преданности.
Одной из наиболее распространенных разновидностей традиционного господства, по Веберу, является патримониализм . В патримониальных системах административная и политическая сила находятся под прямым личным контролем правителя. Причем, поддержка патримониальной власти обеспечивается не столько теми силами, которые рекрутируются из землевладельческой аристократии (что типично, например, для феодализма), сколько с помощью рабов, регулярных войск или наемников. Вебер рассматривал патримониализм как: (1) политически нестабильный, поскольку он является объектом интриг и дворцовых переворотов, и (2) препятствие развитию рационального капитализма. Другими словами, патримониализм выступал в качестве одного из аспектов веберовского объяснения причин отсутствия капиталистического развития в различных восточных обществах, где доминировало личное правление.
Харизматическое господство. Оно основано на исключительных качествах, приписываемых лидеру. Сам термин харизма (от греч. harisma - божественный дар, благодать) ввел в социологический концептуальный аппарат немецкий теолог Э. Трёльч. При наличии этого типа господства приказы исполняются потому, что последователи или ученики убеждены в совершенно особом характере своего вождя, власть которого превосходит обычную существующую практику. Харизматическое господство основано на экстраординарной, может быть, даже магической способности, которой обладает господин. При этом неважно, что в действительности этой способностью наделяют его сами приверженцы - те, кто идет за ним и предан ему (хотя они и считают, что его наделяют этим даром некие высшие силы). Здесь не играют роли ни происхождение, ни связанная с ним наследственность, ни сколько-нибудь рациональные соображения - только личные качества лидера. Наличие харизмы означает прямое, непосредственно осуществляемое господство. Харизматиками были большинство прославленных в истории пророков (включая всех основателей мировых религий), полководцев и выдающихся политических вождей.
Как правило, со смертью лидера ученики разносят харизматические верования или превращают их в традиционные ("официальная харизма"), либо легально-рациональные формы. Поэтому сама по себе харизматическая власть носит нестабильный и временный характер.
2.5.4. Социология религии
Некоторые из критиков Вебера утверждали, что он ставил своей целью опровержение исторического материализма и стремился объяснить процесс исторического развития исключительно воздействием религиозных верований, господствующих в том или ином обществе. Это не совсем так. Вебер, скорее, пытался доказать, что экономическое поведение людей существенно зависит не только от характера производственных отношений (как утверждает марксизм), но и от общих взглядов людей на окружающий мир. Между тем религиозные догмы и их толкование - это и есть важнейшая составная часть их общего видения мира. Поэтому на рынке христианин будет вести себя совсем не так, как мусульманин или буддист. Таким образом, изучая социологию религий, Вебер ставит своей основной задачей выяснение того, каким образом экономическое поведение людей зависит от характера их мировоззрения.
Вероятно, наиболее отчетливой иллюстрацией такого подхода следует считать одну из самых известных его работ "Протестантская этика и дух капитализма". В ней утверждается, в частности, что светская культура капиталистического общества парадоксальным образом возникла из аскетизма, насаждаемого протестантским реформизмом.
Попытаемся мысленно представить себе карту Европы конца XIX века и выделить на ней три группы стран - в соответствии с тем, какое из направлений христианской религии было в них традиционно господствующим. Мы увидим католический юг и юго-запад (Италия, Испания), православный восток и юго-восток (Россия, Балканы, Греция) и протестантский центр и северо-восток (Англия, Германия, скандинавские страны). Если мы вслед за этим попытаемся выделить зоны, различающиеся по степени развитости капиталистической экономики того периода, то убедимся, что границы области, где уровень "продвинутости" капитализма был наивысшим, довольно четко совпадают с границами протестантского мира (особенно, если добавить сюда еще и США). Уже такой, чисто географический, подход наталкивает на мысль об определенных исторических взаимосвязях.
Однако вначале необходимо выявить наиболее характерные черты самого капитализма как идеального типа .
" Капитализм, по Веберу, определяется наличием предприятий..., цель которых получение максимальной прибыли , а средство достижения этой цели - рациональная организация труда и производства . Сочетание стремления к прибыли с рациональной дисциплиной - вот исторически индивидуальная черта западного капитализма. Индивиды, жаждущие денег, имелись во всех известных обществах, но редкая и, возможно, уникальная особенность капитализма состоит в том, что желание наживы удовлетворяется не путем завоевания, спекуляций или других авантюр, а с помощью дисциплины и науки (выделено мною. - В.А .)" .
При этом капитализм западного типа получил свое развитие только в западноевропейской цивилизации и прежде всего в тех обществах, где господствовала идеология протестантизма. Протестантская этика как совокупность нравственных правил, которыми следует руководствоваться в повседневной деятельности, может быть сведена к пяти основным положениям кальвинистской концепции:
· - есть Бог, Всевышний, который создал мир и который им правит, но который непостижим для конечного разума людей;
Этот всемогущий и таинственный Бог заранее предопределил каждому из нас спасение или осуждение на погибель, мы же своими действиями бессильны изменить предначертание Божье;
Бог создал мир во славу себе;
Человек, которого Он предопределил к спасению или гибели, должен трудиться на приумножение славы Божьей и на создание Божьего царства на этой земле;
Дела мирские, человеческая природа, плоть относятся к категории греховности и гибели, спасение же даруется человеку свыше как Божья благодать" .
Как утверждает Р. Арон, все эти элементы "в разрозненном виде существуют и в других религиях и вероучениях, но такое одновременное их сочетание - необычно и уникально". И дело здесь не только в порождении "духа капитализма". Не менее важно, что религиозное мировоззрение такого рода отвергает какой бы то ни было мистицизм , а значит, обращено на сугубо мирские дела. Оно склоняет людей к тому, чтобы обратить свое внимание, главным образом, на естественный порядок вещей, который доступен изучению с помощью науки и должен быть ею изучен. Тем самым отвергается всякое идолопоклонство, и интерес верующих обращается прежде всего на удовлетворение насущных потребностей, причем, научные изыскания не отвергаются, а признаются вполне правомерными.
Это и есть знаменитый веберовский тезис о необходимости расколдовывания (или разволшебствования) окружающего внешнего мира. Суть протестантской этики, по Веберу, сводится к следующему: сверхъестественное, может быть, и существует, но человек к нему не причастен. Прибегание к любым магическим средствам как способу спасения объявляется кощунством. Логика достаточно проста: делай свое земное дело как можно лучше - только этим ты можешь быть угоден Богу. Такого рода концепция
" ...носит антиритуальный, антикультовый характер и склоняет человеческое существование скорее к признанию естественного порядка вещей, который наука не только может, но и должна изучать. Тем самым она косвенно благоприятствует развитию научных изысканий и противостоит всяческому идолопоклонству" .
И еще раз о "духе капитализма" как таковом. Сам Вебер считает, что квинтэссенция его как нельзя лучше выражена в одном из писем замечательно известного протестанта и борца за свободу США Бенджамина Франклина, и выглядит она в изложении Вебера (в сильно сокращенном виде) следующим образом:
" Помни, что время - деньги ...
Помни, что кредит - деньги ...
Помни, что деньги по природе своей плодоносны и способны порождать новые деньги ...
Помни пословицу: тому, кто точно платит, открыт кошелек других. Человек, рассчитывающийся точно к установленному сроку, всегда может занять у своих друзей деньги, которые им в данный момент не нужны..
Следует учитывать, что самые незначительные действия оказывают влияние на кредит ...
Кроме того, аккуратность показывает , что ты помнишь о долгах, то есть, что ты не только пунктуальный, но и честный человек, а это увеличивает твой кредит ...
(Отметим, что последняя строка прямо-таки перекликается со знаменитой ленинской фразой: социализм - это учет и контроль. Если так, то что же такое капитализм?). Основное заключение Вебера по поводу приведенной выше цитаты Франклина таково: "Честность полезна, ибо она приносит кредит, так же обстоит дело с пунктуальностью, прилежанием, умеренностью - все эти качества именно поэтому и являются добродетелями". Этот вывод весьма прагматичен и рационален и поэтому вполне укладывается в изложенную выше веберовскую концепцию о последовательной рационализации жизнедеятельности человеческого общества.
Один из разделов работы о протестантской этике называется "Аскеза и капиталистический дух". В этом названии прямо связываются самоограничение в потреблении материальных благ с целями капиталистического накопления. Рассматривая эту проблему, Вебер указывает, что и в других цивилизациях (например, в китайской) можно было найти немало рациональных предпосылок к развитию капиталистического хозяйственного строя, однако в них отсутствовал религиозный (а следовательно, нравственно-этический) фактор. Для возникновения капитализма необходимо было развитие у достаточно большой части членов общества совершенно особого мироощущения в форме мирской протестантской аскезы : "Произвести как можно больше и потребить как можно меньше, что в некотором смысле представляет крайнюю степень неразумности, хотя именно этот признак составляет сущность капитализма, как его видит Маркс, и основу советизма, как его представляют себе те, кто не относится к коммунистам".
Таким образом, протестантизм подчеркивал независимость индивида от церкви, духовенства и ритуала. Религиозные доктрины его утверждают, что верующие вовсе не обязаны ради своего спасения зависеть от институционализированных средств благоволения католической церкви (конфессия, евхаристия, баптизм), от посреднической роли священника или от личных благочестивых дел. Ключевым элементом протестантских доктрин стала индивидуальная вера в Христа как личного спасителя греховного человечества. Протестанты подвергались "спасительной опеке", поскольку пока они верили, что только избранные предопределены для спасения, они не могли приобрести полной уверенности в своем личном спасении. Пасторское увещевание в протестантизме утверждало, что откликом на такую заботу должно стать светское призвание, самоконтроль, тяжелая работа и общинное служение, поскольку эти качества могли бы дать знак избранности. Протестантизм много дал для культурного содержания раннего капитализма - индивидуализм, мотивацию к достижениям, враждебность к унаследованному богатству и роскоши, законность предпринимательского призвания, сопротивление магии и суеверию, стремление к организации и расчету в общественной и личной жизни. И, вероятно, именно протестантизм выработал многие из элементов рационализации западного общества. В то же время Вебер считал, что хотя эта этика была чрезвычайно важна для развития духа капитализма, она уже не являлась необходимым условием развития капитализма после его утверждения в качестве господствующего общественного строя.
Вслед за Протестантской этикой и духом капитализма Вебер начал обширную работу по сравнительной социологии религии. Она охватывала исследования религии Индии, Китая и античного Ближнего Востока. Ко времени смерти Вебер работал над социологией Ислама. Оценивая ретроспективно, можно утверждать, что объем информации, вошедшей в подготовительные материалы, ошеломляет. Некоторые из конкретных исследований по социологии религии, предпринятых Вебером, оказали глубокое воздействие на общий объем эрудиции в этих областях - например, его исследование связи интеллектуалов с религиями спасения в Индии, его исследование пророчества в древнем Израиле. Но, в то время как Вебер в ходе своей работы сходил со многих направлений, он всегда возвращался к тому, что составляло главный его интерес, а именно - к отношению интеллектуального и экономического процессов в истории. Установив, к своему удовлетворению, связь религии с капитализмом на Западе, он использовал общую историю человеческой религии как гигантскую лабораторию, чтобы верифицировать свой первоначальный тезис. Вновь и вновь его главным пунктом исследований древних и незападных религий становилось отсутствие аскетизма внутреннего мира.
В
Ф. ГОРОХОВ
Московский инженерно-физический институт (государственный университет
)
МАКС ВЕБЕР О НАУКЕ
Рассматриваются взгляды классика социологии на содержание научной деятельности. Исследуются веберовский идеальный тип учёного, проблема научной этики и смысла науки. Акцентировано внимание на вопросах научной специализации и прогрессе науки. Анализируется веберовское видение науки как профессии и призвания. Показано значение идей М. Вебера для современного учёного.
Немецкий учёный Макс Вебер (1864–1920) воспринимается научным сообществом как выдающийся социолог, юрист, историк, экономист, философ, культуролог. Он оставил заметный след едва ли не во всех областях обществознания, а его труды вот уже почти век считаются классическими. Ему были не чужды и естественнонаучные интересы. Фигура такого масштаба, какой был М. Вебер, разумеется, не могла не интересоваться фундаментальными проблемами науки как таковой, её ролью и местом в общественной жизни. Пристальный анализ произведений М. Вебера позволяет утверждать – наука являлась одним из главных предметов исследовательского творчества классика.
Проблему науки М. Вебер актуализировал едва ли не в каждой своей работе. К тому же в начале 1918 года сделал знаменитый доклад перед студентами Мюнхенского университета, чтобы показать, в чём состоит их призвание как будущих учёных и преподавателей. Доклад получил название «Наука как призвание и профессия» и фактически стал своего рода программным манифестом научных взглядов М. Вебера. Этот доклад получил широкий резонанс в научных и образовательных кругах.
Но этот доклад исследователи его творчества рассматривают и более широко. В нём обнаруживается стремление М. Вебера актуализировать проблему превращения духовной жизни в духовное производство и рассмотреть связанные с этим вопросы разделения труда в сфере духовной деятельности, изменения роли интеллигенции в обществе, наконец, судьбы европейского общества и европейской цивилизации вообще.
Что касается собственно взглядов на науку, её суть, значимость, функции, роль учёного, то они в кратком изложении таковы.
С точки зрения М. Вебера, «сегодня наука есть профессия, осуществляемая как специальная дисциплина и служащая делу самосознания и познания фактических связей, а вовсе не милостивый дар провидцев и пророков, приносящий спасение и откровение, и не составная часть размышления мудрецов и философов о смысле мира» .
Наука имеет как практическое, так и чисто интеллектуальное значение. Во-первых , наука, прежде всего, разрабатывает , конечно, технику овладения жизнью – как внешними вещами, так и поступками людей – путём расчёта. Во-вторых, наука разрабатывает методы мышления , рабочие инструменты и вырабатывает навыки обращения с ними. В-третьих , она содействует обретению ясности . Разумеется , при условии, что она есть у самих учёных. Наука занимается поиском ради чисто практических , в более широком смысле – технических, целей , чтобы ориентировать наши практические действия в соответствии с теми ожиданиями, которые подсказывает нам научный опыт. Но не только ради практических целей люди занимаются наукой. Ею занимаются также «ради неё самой », поскольку без науки нет умственного прогресса. Научный прогресс – это неотъемлемая часть, причём важнейшая, процесса интеллектуализации общества . Правда, возрастающая интеллектуализация и рационализация не означает роста знаний о жизненных условиях, в каких приходится существовать человеку. «Она означает нечто иное: люди знают или верят в то, что стоит только захотеть, и в любое время всё это можно узнать; что, следовательно, принципиально нет никаких таинственных, не поддающихся учёту сил, которые здесь действуют, что, напротив, всеми вещами в принципе можно овладеть путём расчёта. Последнее, в свою очередь , означает, что мир расколдован» .
М. Вебер полагает, что в современной науке отдельный исследователь может создать что-либо существенное, завершённое только при условии строжайшей специализации. «Завершённая и дельная работа, – утверждает он, – в наши дни всегда есть специальная работа» . Это должен понять каждый, кто связывает себя с наукой. Однако уместно заметить, что сам М. Вебер был учёным-энциклопедистом . Круг его интересов не ограничивался строжайшей специализацией. И когда его однажды спросили, почему он отваживается на столь всеобъемлющие исследования , он ответил: «Я хочу знать, сколько я могу охватить ».
М. Вебер пытается сконструировать идеальный тип учёного. С его точки зрения, учёный есть человек, который не должен стремиться к господству над людьми . Главный смысл его жизни заключается в поисках истины . Именно в ней он обретает удовлетворение и достоинство. Учёный – это интеллигент, человек чести, прежде всего, интеллектуальной чести. Это независимый и ничем не обременённый кроме самой науки человек. Он не должен тосковать, ждать, но обязан действовать. Учёный не пророк, а труженик, деятель, способный к исчерпывающему объяснению . Причём, надо действовать в соответствии с требованиями времени. Важно соответствовать «требованиям дня». Учёному должны быть присущи страсть, увлечённость, пытливость, убеждённость, наконец – вдохновение . Учёному обязательно нужна идея , одной установкой на холодный расчёт ничего не достигнешь. Идея подготавливается только на основе повседневного упорного труда. Учёный должен быть хорошо образован, вооружён методологией , добротно знать своё дело. Макс Вебер считает, что научная методология есть творческий процесс исследования и объяснения объектов с помощью логических процедур, а не жёсткая непреклонная система знаний о них, в которой имеются фундаментальные незыблемые законы. В этом плане поистине революционное научное значение приобретает выработка им понятия «идеального типа». Чтобы разобраться в вещах и процессах, объективно их оценить, надо иметь , с чем их сравнивать, т.е. следует иметь некую стандартную модель, которую он именует « идеальным типом». М. Вебер называет идеальный тип утопией, продуктом нашей фантазии, чисто мыслительным образованием. Идеальный тип – это всего лишь инструмент для постижения реальности. Он не есть цель, а средство познания . Это теоретическая конструкция, суть которой состоит в следующем:
1. Идеальный тип – это мысленная конструкция , которая не отражает и не повторяет подлинной реальности, т.е. того, что имеет место в жизни. Он только выражает различные аспекты социальной реальности, в самом общем плане конструирует её.
2. Идеальный тип не должен смешиваться с оценкой или ценностью, т.е . ученый не должен оперировать понятиями «хорошо» или «плохо», «имеет значение» или «не имеет значения».
3. В идеально-типичном выражено ограниченное единообразие, сходство действий . Всю социальную реальность он не может охватить. Например, понятия «христианство», «церковь», «секта», «ремесло», «капитализм», «экономический человек», «право» – это только модели, или идеальные типы. На самом деле мы знаем не христианство, а католицизм, протестантизм, православие (в каждой стране, в разное время, т.е. различные проявления христианства). То же самое секты. Нет абстрактных сект вообще, а есть секты иеговистов, адвентистов и др. Конструированные социологические понятия идеально-типичны не только в применении к внешним событиям, но и к явлениям внутренней жизни людей. Следовательно, изучать её можно с помощью абстракций и обобщения.
М. Вебер – непримиримый противник научного упрощенчества, дилетантизма, как впрочем , и дилетантизма в политике, экономике, искусстве. «Личностью» в научной сфере является только тот, кто служит лишь одному делу» . То есть занимается основательно, глубоко, разносторонне научными исследованиями, посвящает науке всю свою жизнь. Настоящие научные приобретения даются нелегко.
С точки зрения немецкого мыслителя, наука динамична, быстро развивается . Судьба и смысл науки таковы, что многое в ней быстро устаревает, что-то может быть превзойдённым. «Но быть превзойдёнными в научном отношении – не только наша общая судьба, но и наша общая цель» . То есть учёный не должен огорчаться, отчаиваться, если его наработки устареют через 10–20 лет. Он считает, что так собственно и должно быть, за редким исключением. Ведь прогресс науки бесконечен . Другие исследователи должны пойти дальше нас. Кто претендует на то, что понял сущность явления до конца, тот стоит вне науки. В научном творчестве господствует фаустовский дух, т.е. дух неудовлетворённости достигнутыми результатами, имеет место постоянное движении к неизвестному, не взирая ни на какие трудности.
Особо обратим внимание на один очень тонкий, деликатный нюанс, обозначенный М. Вебером. В наше время иногда можно слышать от студентов-технарей, в том числе мифистов, упрёки в адрес гуманитаристики. Мол, зачем нужны философия , социология, политология и т.д. Что они дают? Дескать, математика, физика, химия – это да! Вот что говорит М. Вебер на сей счёт, выступая перед студенческой аудиторией: «Естественные науки, например физика, химия, астрономия, считают само собой разумеющимся, что высшие законы космических явлений, конструируемые наукой, стоят того, чтобы их знать. Не только потому, что с помощью такого знания можно достигнуть технических успехов, но и «ради него самого» – если наука есть «призвание». Сама эта предпосылка недоказуема. И точно так же недоказуемо, достоин ли существования мир, который описывают естественные науки, имеет ли он какой-нибудь «смысл», и есть ли смысл существовать в таком мире. Об этом вопрос не ставится» .
Конечно же, нельзя воспринимать суждение М. Вебера как недооценку роли или огульную критику естественных наук. Главная мысль немецкого исследователя заключается в том, что науки естественные и гуманитарные – общезначимы . И те и другие способствуют познанию мира и развитию человеческого интеллекта.
М. Вебером одним из первых была замечена рациональная тенденция ориентации европейской науки на технику, на её вторжение во внешний мир, его активное освоение. Благодаря этому, считает он, западная цивилизация сумела достичь высших результатов в деле преобразования всех сфер человеческой жизни и стать подлинно рациональной. М. Вебер фактически открывает рациональность как ключевую черту западного менталитета и образа жизни. Впрочем, не будем забывать, что М. Вебер никогда не переоценивал роль науки как таковой. Максимализм у него напрочь отсутствовал. Он полагал, что люди живут далеко не по науке, и что никакая наука, включая социологию, не может указать обществу пусть к счастью, или как оно должно быть устроено и, тем более, точно предсказать его будущее. Прогноз будущего , хотя и является важной задачей науки, невозможен во всех особенностях и деталях даже в естествознании. Точный прогноз возможен только в рамках концептуальной системы, не более того.
М. Вебер принадлежал к числу учёных, возражавших против науки, построенной на этических принципах. Наука должна быть внеэтичной, этически нейтральной, беспристрастной . Результаты науки могут быть таковыми, что они затрагивают интересы какого-то народа, расы, общности. Например, генетик в результате исследования может обнаружить, что различия в интеллекте связаны с биологическими особенностями. Разумеется, в этом случае исследование прекращать нельзя, хотя оно может вызвать неприятие и недовольства в определённых кругах. Царство нравственных ценностей есть царство сражающихся кумиров, требующих верности противоречивым этическим представлениям . М. Вебер всегда настаивал на том, что люди науки должны обязательно руководствоваться духом науки, выступать в качестве учёных, но совершенно не обязательно в качестве граждан. Надо заметить, что с позиции нашего времени, когда наука достигла умопомрачительных успехов, когда с помощью её наработок можно радикально изменить окружающий мир и даже погубить человечество, тезис М. Вебера о неэтичности науки неприемлем. Если просто говорить его же (веберовским) языком, то тезис быстро устарел. Тогда он был актуален как средство борьбы с теологией, мракобесием. Современный учёный обязательно должен быть гражданином. Может быть, даже в первую очередь гражданином, ответственной личностью, а потом уже учёным. Конечно же, М. Вебер не сциентист, но острота проблем , поднятая и поставленная этим талантливым исследователем, дала существенный импульс возрастанию интереса к науке и её влиянию на развитие общества.
Чему может научиться современный учёный, особенно начинающий, у Макса Вебера? Если ответить кратко – то многому, очень многому.
Во-первых, нельзя быть серьёзным исследователем, не владея в совершенстве методологией научного познания и понятийно-категориальным аппаратом науки. М. Вебер постоянно акцентировал внимание на этом и сам лично не только осваивал, но и разрабатывал как методологию научного познания, так и его категории.
Во-вторых, серьёзная наука требует того, чтобы учёный нашёл в ней свой истинный интерес, т.е. проблему или группу проблем, которые стали бы для него доминантой научного поиска. В этом смысле М. Вебер служит образцом для подражания. Проблема рациональности, актуализированная им, красной нитью проходит через всё его научное творчество. Она есть даже там, где, казалось бы, её вовсе не должно быть и быть не может. Нам всем важно помнить веберовскую установку о том, что выбор предмета, той или иной научной проблемы является ценностно-зависимым, таит в себе явные или скрытые цели, интересы и пристрастия.
В-третьих, М. Вебер был очень принципиальным в отношении правильно поставленных вопросов в научном исследовании. Неверно поставленный вопрос приводит к негативным результатам и наносит науке огромный ущерб. Современный ученый, следуя М. Веберу должен чётко осознавать, что именно он изучает и ради каких целей. Беспредметность, бесцельность, стихийность, как правило, не дают значимых научных результатов, а то и вовсе заводят исследователя в тупик. Вместе с тем М. Вебер призывает быть очень осторожным в суждениях, размышлениях, выводах и заключениях. О прогнозах и говорить нечего. Здесь осторожничать нужно вдвойне.
В-четвёртых, следуя М. Веберу, необходимо активно действовать , отказываться от догматизма, монокаузальности в интерпретации явлений; опираться на плюрализм и реализм. Современным молодым учёным, особенно российским, важно научиться по-настоящему «расколдовывать» мир. Ведь для русского человека процесс «расколдовывания» мира не завершен, а в отдельных случаях ещё и не начат. Большинство, как и прежде, верит и ждёт, что по мановению палочки кто-то (Бог, государство, политики, новые руководители, банк, некий фонд или ещё кто-нибудь) решит за них те или иные проблемы. А они, как видим, никак не решаются. Ну, никак, хоть умри! Следовательно, надо активно действовать самим. Роль учёных в этом деле должна быть ведущей, первостепенной, во всяком случае, заметной.
В-пятых, М. Вебер личным примером учит нас быть сильными духом, стойкими, самокритичными. Он призывал не заниматься самолюбованием, но постоянно искать ответы на главные вопросы, чётко определиться, кто для учёного, да и для любого человека, Бог, а кто дьявол. Решать эту задачу необходимо каждому из нас, как бы ни было тяжело и сложно, но всё же надо! От этого никуда не уйти.
В-шестых, согласно М. Веберу нельзя недооценивать роль случая как в научной деятельности, так и в повседневной практике. М. Вебер даёт нам чётко понять, что будущее как отдельного человека, так и человечества в целом не предопределено. Оно никому не известно. И даже неумолимая очевидная рационализация и бюрократизация общества непонятно к чему может привести. Человечество обречено постоянно делать выбор, опираясь на те или иные ценности; выбор, в свою очередь, сопряжён с компромиссом, консенсусом. Следовательно, надо быть готовыми ко всему. Современное положение дел в мире является убедительным подтверждением правоты Макса Вебера на сей счёт. Глубокий финансовый кризис, охвативший весь мир, требует от политиков, финансистов и, конечно же, от учёных сделать правильный выбор, найти адекватные сложившейся ситуации методы и пути решения фундаментальных проблем.
Научные идеи Макса Вебера могут быть хорошим подспорьем в этом деле. И не только в этом. М. Вебер – образец учёного, который является глубоким знатоком исторического, экономического, философского, правового, социологического, политологического и культурологического материала и его утончённого анализа. Научная жизнь и деятельность немецкого исследователя достойны основательного изучения.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
Вебер М . Наука как призвание и профессия / Избранные произведения. М. Вебер. – М.: Прогресс, 1990.
Вебер М . Основные социологические понятия / Избранные произведения. М. Вебер. – М.: Прогресс, 1990.
Вебер М . О некоторых категориях понимающей социологии / Избранные произведения. М. Вебер. – М.: Прогресс, 1990.
Вебер М . Протестантская этика и дух капитализма / Избранные произведения. М. Вебер. – М.: Прогресс, 1990.
Вебер М . Социология религии / Избранное. Образ общества. М. Вебер. – М.: Юрист, 1994.
Одним из самых влиятельных теоретиков социологии, оставивших выдающийся след в ее истории, является Макс Вебер (1864-1920). Становление концепции исторической социологии, к которой немецкий социолог продвигался на протяжении всего своего творческого пути, было обусловлено довольно высоким уровнем развития современной ему исторической науки, накоплением ею большого количества эмпирических данных о социальных феноменах во многих обществах мира. Именно пристальный интерес к анализу этих данных помог Веберу определить свою основную задачу – сочетать общее и специфическое, выработать методологию и понятийный аппарат, с помощью которого можно было бы упорядочить хаотический разброс социальных фактов. Труды Вебера представляют собой удивительный по широте охвата и смелости обобщений сплав исторических изысканий и социологической рефлексии.
Если мысль Маркса можно считать освобождением от эзотерически-идеалистической философии и мелкобуржуазного провинциализма небольших германских государств, что, в значительной мере, сделало его всемирным провозвестником социализма, то творчество Макса Вебера интеллектуально и эмоционально очень тесно связано с новой, уже не раздробленной, а объединенной канцлером Бисмарком Германией – молодом и полном амбиций национальным государством.
С полной ответственностью можно утверждать, что развитие обществоведческой мысли в ХХ веке шло под влиянием интеллектуального наследия двух титанов науки: Карла Маркса и Макса Вебера.
Известность Веберу принесла работа «Протестантская этика и дух капитализма» (1904). Основное внимание Вебера в этой и других работах по хозяйственной этике было направлено на изучение культурного значения современного капитализма, т. е. его интересовал капитализм не как экономическая система или результат классовых интересов буржуазии, а как повседневная практика, как методически-рациональное поведение.
Единственным в своем роде признаком современного западного капитализма Вебер считал рациональную организацию формально свободного труда на предприятии. Предпосылками этого стали: рациональное право и рациональное управление, а также интернационализация принципов методически-рационального поведения в рамках практического поведения людей. Поэтому он понимал современный капитализм как культуру, крепко укоренившуюся в ценностных представлениях и мотивах действий и во всей жизненной практике людей его эпохи.
Важным вкладом Вебера в социологии было введение понятия «идеальный тип». «Идеальный тип» представляет собой искусственно, логически сконструированное понятие, позволяющее выделить основные черты исследуемого социального феномена (например, идеально типическое военное сражение должно включать в себя все основные компоненты, присущие реальному сражению, и т. п.).
Современная американская социология сформировалась в значительной степени благодаря развитию веберовской концепции свободы от ценностных суждений. Однако сам Вебер не отрицал полностью значение оценок. Он лишь считал, что процедура исследования разделяется на три этапа. Ценности должны фигурировать в начале и в конце исследования. Процесс же сбора данных, точное наблюдение, систематическое сравнение данных должны быть беспристрастны. Веберовское понятие «отнесение к ценности» означает, что исследователь производит отбор материала на основе современной ему системы ценностей.
Основа социологической теории Вебера – это концепция социального действия. Он отличал действие от чисто реактивного поведения. Его интересовало действие, включающее мыслительные процессы и осуществляющее посредничество между стимулом и реакцией: действие имеет место в том случае, когда индивиды субъективно осмысливают свои поступки.
В трудах Вебера блестяще исследованы феномены бюрократии и всеподавляющей прогрессирующей бюрократизации («рационализации») общества. Важная категория, введенная Вебером в научную терминологию, – «рациональность». Рационализация, по Веберу, это результат воздействия нескольких феноменов, несших в себе рациональное начало, а именно - античной науки, особенно математики, дополненной в эпоху Возрождения экспериментом, экспериментальной наукой, а затем и техникой. Здесь же Вебер выделяет рациональное римское право, которое получило на европейской почве дальнейшее развитие, а также рациональный способ ведения хозяйства, возникший благодаря отделению рабочей силы от средств производства. Фактором, который позволил как бы синтезировать все эти элементы, явился протестантизм, создавший мировоззренческие предпосылки для осуществления рационального способа ведения хозяйства, поскольку экономический успех был возведен протестантской этикой в религиозное призвание.
Так сложился современный индустриальный тип общества, который отличается от традиционных. А главное его отличие – в том, что в традиционных обществах отсутствовало господство формально-рационального начала. Формальная реальность – это то, что исчерпывается количественными характеристиками. Как показывает Вебер, движение в направлении формальной реальности – это движение самого исторического процесса.
Наиболее известным произведением М. Вебера является «Хозяйство и общество» (1919).
М. Вебер является основоположником «понимающей» социологии и теории социального действия, применивший ее принципы к экономической истории, исследованию политической власти, религии, права. Главной идеей веберовской социологии является обоснование возможности максимально рационального поведения, проявляющегося во всех сферах человеческих взаимоотношений. Эта мысль Вебера нашла свое дальнейшее развитие в различных социологических школах Запада, что вылилось в 70-е гг. в своеобразный «веберовский ренессанс».
В качестве необходимой предпосылки социологии Вебер ставит не «целое» (общество), а отдельного осмысленно действующего индивида. Согласно Веберу, общественные институты – право, государство, религия и т. д. – должны изучаться социологией в той форме, в какой они становятся значимыми для отдельных индивидов, в какой последние реально ориентированы на них в своих действиях. Он отрицал идею, что общество первичнее составляющих его индивидов, и «требовал» исходить в социологии из действий отдельных людей. В этой связи можно говорить о методологическом индивидуализме Вебера.
Но Вебер не остановился на крайнем индивидуализме. Неотъемлемым моментом социального действия он считает «ориентацию действующего лица на другого индивида или окружающих его других индивидов». Без этого введения, т. е. ориентации на другое действующего лицо или социальные институты общества, его бы теория осталась классической «моделью робинзонады», где в действиях индивида нет никакой «ориентации на другого». В этой «ориентации на другого» получает свое «признание» и «социально общее», в частности «государство», «право», «союз» и т. д. Отсюда «признание» – «ориентация на другого» – становится одним из центральных методологических принципов социологии Вебера.
Социология, по Веберу, является «понимающей» , поскольку изучает поведение личности, вкладывающей в свои действия определенный смысл. Действия человека обретают характер социального действия, если в нем присутствуют два момента: субъективная мотивация индивида и ориентация на другого (других). Понимание мотивации, «субъективно подразумеваемого смысла» и отнесение его к поведению других людей – необходимые моменты собственно социологического исследования, отмечал Вебер.
Предметом социологии должно, по мнению Вебера, стать не столько непосредственное поведение, сколько его смысловой результат. Ибо характер массового движения в значительной мере определяется смысловыми установками, которыми руководствуются составляющие массу индивиды.
Перечисляя возможные виды социального действия, Вебер указывает четыре: целерациональное; ценностно-рациональное; аффективное; традиционное.
1. Целерациональное действие характеризуется ясным пониманием деятелем того, чего он хочет добиться, какие пути, средства для этого наиболее пригодны. Деятель рассчитывает возможные реакции окружающих, как и в какой мере их можно использовать для своей цели и т. д.
2. Ценностно-рациональное действие подчинено сознательной вере в этическую, эстетическую, религиозную или какую-либо другую, иначе понимаемую безусловно собственную ценность (самоценность) определенного поведения, взятого просто как такое независимо от успеха.
3. Аффективное действие обусловлено чисто эмоциональным состоянием, осуществляется в состоянии аффекта.
4. Традиционное действие диктуется привычками, обычаями, верованиями. Оно осуществляется на основе глубоко усвоенных социальных образцов поведения.
Как отмечал Вебер, описанные четыре идеальных типа не исчерпывают собой всего многообразия видов ориентации человеческого поведения. Однако их можно считать самыми характерными.
Стержнем веберовской «понимающей» социологии является идея рациональности, нашедшая свое конкретное и последовательное выражение в современном ему капиталистическом и, что очень важно, германском обществе с его рациональным хозяйствованием (рационализация труда, денежного обращения и т. д.), рациональной политической властью (рациональный тип господства и рациональная бюрократия), рациональной религией (протестантизм).
Макс Вебер (1864-1920) “Протестантская этика и дух капитализма”, “Хозяйство и общество”. Вебера иногда называют капиталистическим Марксом, поскольку он разрабатывал социологию экономического поведения людей. Исходным тезисом В. является тезис о том, что конкретно-историческая констатация действительности (социальные факты) не могут дать нам знания о ней. Главным инструментом познания у В. выступают т.н. - идеальные типы - теоретические категории. Они конструируются для соотнесения с реальностью и таким обр. служат инструментом исследования. Примерами И.Т. являются бюрократия, религия, капитализм и т.д. Вместе с тем, социальные типы предшествуют социальному действию и определенным образом ориентируют его. В. выделил четыре типа социального действия: 1) целерациональный 2) ценностнорациональный 3) традиционный 4) аффективный
На основе своего метода В. дал интерпретацию функционирования современного ему общества, которое он отождествлял с культурно-историческими рамками “западной цивилизации”. Участвуя в производстве индивид проявляет свои личностные способности и компетенцию и играет роль в зависимости от этих качеств. Многообразие ролей складывается в систему социальных институтов, которые на определенном этапе приобретают свою логику бытия, независимую от воли составляющих их индивидов, становясь сверхличностными субъектами социального действия и развивая системы норм и правил, навязывают их индивидам,контролируют и подчиняют последних. Сами институты эволюционизируют в суперорганизацию, цели которой уже не совпадают ни с целями индивидов, ни с целями общества в целом.
В работе “Протестантская этика и дух капитализма” В. проанализировал влияние протестантской этики (сам он считал ее целерациональной) на становление и развитие капитализма, раскрыв эволюцию аскетических принципов протестантизма до функционирования системы капитализма в целом.
Социологическая концепция М. Вебера (1864-1920)
Социологическая теория М. Вебера возникла на волне антипозитивистской реакции, представители которой отстаивали специфику социального познания, которую они усматривали в необходимости «понимания человеческих действий», использовании идеографического метода и отнесения к ценностям.
По мнению М. Вебера, социология должна учитывать субъективные аспекты социально-исторических явлений, т.е. интересы, потребности и цели человеческой деятельности, но в то же время она не может игнорировать присущие научной методологии требования объективности и эмпирической проверяемости.
Социология должна быть ценностно-нейтральной наукой, а ее главная задача заключается в том, чтобы понимать смысл и значение человеческих действий и с учетом их раскрывать причинные законы развития общества.
Признавая специфику социального познания, М. Вебер стремился выработать адекватную ему методологию и логику формирования понятий, что нашло свое выражение в разработанном им методе идеальных типов. Согласно М. Веберу, идеальный тип есть продукт творческого воображения, который создается путем идеализации и мысленного синтеза наиболее значимых, с точки зрения ученого, аспектов изучаемого явления. Идеальный тип не является отражением действительности, скорее он противостоит ей как утопическая конструкция. Он давал возможность понять эмпирическую реальность путем соотнесения, сравнения ее с идеальным типом. М. Вебер выделял две разновидности идеальных типов: историческую, используемую для анализа уникальных исторических конфигураций (феодализм, христианство, конфуцианство и т.д.) и социологическую, куда он включал разработанные им типы социального действия.
Придерживаясь номиналистической точки зрения на общественную жизнь, он полагал, что все социальные явления в конечном счете складываются из различных сочетаний индивидуальных действий, и любая попытка рассматривать общие понятия, такие как государство, общественно-историческая формация и другие, в качестве реальных исторических сущностей является ошибочной. Поэтому понимание смысла и значения человеческих действий есть исходная предпосылка социологического исследования.
М. Вебер выделял четыре основных типа социальных действий:
1) целерациональный, в котором имеют место соответствие целей и средств действия;
2) ценностно-рациональный, в котором действие совершается ради какой-то ценности;
3) аффективный, базирующийся на эмоциональных реакциях людей;
4) традиционный, происходящий в соответствии с традициями и обычаями.
М. Вебер утверждал, что в процессе развития мировой цивилизации имеет место усиление рационалистических начал в жизни общества. Изучение рациональности как ведущей тенденции западноевропейского капитализма явилось главной темой его основной работы "Протестантская этика и дух капитализма". В этой работе он показал, что возникновение капитализма в Европе имело не только социально-исторические предпосылки, но и духовные истоки, среди которых важнейшая роль принадлежала протестантской религиозной этике, внушающей человеку ценности бережливого и рачительного труда.
Большой вклад внес М. Вебер в развитие политической социологии, выделив три типа господства: харизматический, основывающийся на аффективном действии и слепой вере в вождя; традиционный и бюрократический, которые соответствуют трем типам социального действия: аффективному, традиционному и целерациональному.
М. Вебер заложил основы современной теории социальной стратификации, которая является попыткой преодолеть ограниченность марксистской концепции экономической стратификации. Он полагал, что не только экономический фактор в виде собственности, но и политический фактор (власть) и статус (престиж) могут рассматриваться в качестве критериев социальной стратификации, вследствие чего она становится многомерной.
1.1 Нетрадиционный тип научности. «Понимающая социология» Г. Зиммеля и М. Вебера.
Неклассический тип научности социологии разработан немецкими мыслителями Г. Зиммелем и М. Вебером. Социология же, по их мнению, это пограничная наука, и поэтому она должна заимствовать у естествознания и гуманитарных наук все лучшее: приверженность к точным фактам, метод понимания и отнесения к ценностям.
Г. Зиммель и М. Вебер отвергли в качестве предмета социологического знания такие понятия, как «общество», «народ», «человечество», «коллективное». Они считали, что предметом исследования социолога может быть только индивид. По их мнению, наблюдая цепочку реальных действий людей, социолог должен сконструировать их объяснение на основе понимания внутренних мотивов этих действий. Исходя из своего представления о предмете социологии и ее месте среди других наук, Г. Зиммель и М. Вебер формулируют ряд методологических принципов, на которые, по мнению, опирается социологическое знание: 1) Требование устранения из научного мировоззрения представления из объективности содержания наших знаний. Социальная наука должна исходить из признания принципиаль-
ного различия между социальной теорией и действительностью. 2) Социология не должна претендовать на что-то большее, чем выяснение причин тех или иных свершившихся событий, воздерживаясь от так называемых «научных прогнозов».
Строго следование этим двум правилам может создать впечатление, что социологическая теория не имеет объективного, общезначимого смысла, а является плодом субъективного произвола. Чтобы снять это впечатление, Г. Зиммель и М. Вебер утверждают: 3) Социологические теории и понятия не являются результатом интеллектуального произвола, ибо сама интеллектуальная деятельность подчиняется вполне определенным социальным приемам и, прежде всего, правилам формальной логики и общечеловеческим ценностям. 4) Социолог должен знать, что в основе механизма его интеллектуальной деятельности лежит отнесение всего многообразия эмпирических данных к этим общечеловеческим ценностям, которые задают общее направление всему человеческому мышлению.
М. Вебер различает понятия «ценностные суждения» и «отнесение к ценностям». Ценное суждение всегда личностно и субъективно. Отнесение к ценности – это процедура и отбора, и организации эмпирического материала. Но возникает вопрос: откуда же берутся эти ценностные предпочтения? М. Вебер отвечает так: 5) Изменение ценностных предпочтений социолога определяется «интересом эпохи», то есть социально-историческими обстоятельствами, в которых он действует. Каковы же инструменты познания, через которые реализуются основные принципы «понимающей социологии»? У Г. Зиммеля таким инструментом служит, фиксирующая в социальном явлении самые устойчивые, универсальные черты. Г. Зиммель считал, что над миром конкретного бытия возвышается мир идеальных ценностей. Этот мир ценностей существует по своим собственным законам, отличным от законов материального мира. Целью социологии является изучение ценностей самих по себе, как чистых форм. Социология должна стремиться изолировать желания, переживания и мотивы как психологические аспекты от их объективного содержания, вычленить сферу ценностную как область идеального и на основе этого построить в виде взаимоотношения чистых форм некую геометрию социального мира. Таким образом, в учении Г. Зиммеля чистая форма – это отношения между индивидами, рассматриваемые отдельно от тех объектов, которые выступают объектами их желаний, стремлений и других психологических актов.
Главным инструментом познания у М. Вебера выступают «идеальные типы». «Идеальный тип, - писал Вебер, - это «картина однородного мышления, существующая в воображении ученых и предназначенная для рассмотрения очевидных, наиболее «типичных социальных фактов». Идеальные типы – это предельные понятия, используемые в познании в качестве масштаба для соотнесения и сравнения с ними социальной исторической реальности. По Веберу, все социальные факты объясняются социальными типами. Вебер предложил типологию социальных действий, типов государства и рациональности. Он оперирует такими идеальными типами, как «капитализм», «бюрократизм», «религия» и т. д.
