Академик флеров биография. Флёров, Георгий Николаевич: биография

Лаборатория ядерных реакций им. Г.Н. Флерова в Объединенном институте ядерных исследований в 1957 году.

Её основателем и руководителем на протяжении более 30 лет был выдающийся советский физик академик Георгий Николаевич Флёров, имя которого носит Лаборатория.

Академик РАН Юрий Цолакович Оганесян руководил Лабораторией с 1989г по 1996г. В настоящее время он является Научным руководителем Лаборатории. В 1997 году проф. М.Г.Иткис был избран Директором Лаборатории. С января 2007г. по настоящее время проф.С.Н.Дмитриев является Директором Лаборатории ядерных реакций им.Г.Н.Флерова.

В активе ЛЯР более десятка крупных научных открытий, положивших начало развитию новых направлений в ядерной физике.

В знак признания выдающихся достижений интернационального коллектива ученых, инженеров и рабочих Лаборатории ядерных реакций им.Г.Н.Флерова в области синтеза сверхтяжелых элементов (СТЭ) 22-30 августа 1997г.на сессии Генеральной Ассамблеи Международного Союза Чистой и Прикладной химии (IUPAC), в Женеве 105-ому элементу Периодической системы элементов Д.И.Менделеева, открытому в ЛЯР, было присвоено название "Дубний".

В последние годы наиболее значительные результаты получены при синтезе новых химических элементов в ядерных реакциях с использованием пучков ионов кальция-48.

Впервые получены экспериментальные доказательства существования "острова стабильности" сверхтяжелых элементов.

Было синтезировано шесть новых сверхтяжелых элементов с Z=113-118 и более 50 новых изотопов с Z=104-118.

30 мая 2012 IUPAC официально одобрил название "FLEROVIUM" и символ Fl для элемента с номером 114 и название "LIVERMORIUM" и символ Lv для элемента с номером 116.
Химические свойства сверхтяжелых элементов и механизмы реакций, ведущих к образованию этих ядер, свойства легких экзотических ядер (таких, как 5 H, 10 He и т.д.), реакции, вызванные нейтронообогащенным гало ядра 6 He, спектроскопия тяжелых нестабильных ядер, модели экзотического распада и многие другие проблемы яденой физики низких энергий интенсивно изучаются в Лаборатории.

Сейчас Лаборатория ядерных реакций им.Г.Н.Флерова является одним из ведущих научных центров в области ядерной физики. В Лаборатории работает около 450 человек, в том числе 150 научных сотрудников (из них 18 докторов наук и 65 кандидатов наук). В её программе реализуются оригинальные и актуальные научные идеи, постоянно развиваются ускорительные установки и экспериментальная база. Четыре ускорителя тяжёлых ионов, один электронный ускоритель и более десяти крупных многофункциональных экспериментальных установок действуют либо находятся в разработке в Лаборатории.

В настоящее время основным проектом Лаборатории является DRIBS-III, в состав которого входит первая в мире Фабрика Сверхтяжелых Элементов (SHE), предназначенная для различных исследований сверхтяжелых элементов. Основу Фабрики составляют сильноточный циклотрон ДЦ-280 и несколько современных высокоэффективных установок, включая новые газонаполненные сепараторы для физических и химических исследований, фильтр скоростей SHELS и др. SHE Фабрика сейчас строится, сдача запланирована на конец 2017.

Открыл новый тип радиоактивных превращений - спонтанное деление ядер урана.

Осенью 1942 года в разгар боев на фронте в журнале «Доклады Академии наук СССР» (1942. Том XXXVII, № 2, стр. 67) публикуется статья «К работам: „Спонтанное деление урана“ и „Спонтанное деление тория“».

В 1953 Флёров был избран членом-корреспондентом Академии наук СССР, а в 1968 - действительным членом Академии.

Член КПСС с 1955 года.

В 1955 году подписал «Письмо трёхсот».

1968 - XXIV Менделеевский чтец.

Благодаря его идеям в ОИЯИ был получен целый ряд химических элементов. Разработанные Г. Н. Флёровым технологии трековых мембран, использовались при устранении последствий катастрофы на Чернобыльской атомной электростанции.

До 1990 года Флёров возглавлял Лабораторию Ядерных Реакций в ОИЯИ.

• «Спонтанное деление ядер урана» под № 33 с приоритетом от 14 июня 1940 г.
• «Спонтанное деление атомных ядер из возбуждённого состояния (спонтанно делящиеся изомеры)» под № 52 с приоритетом от 24 января 1962 г.
• «Явление запаздывающего деления атомных ядер» под № 160 с приоритетом от 12 июля 1971 г.
• «Сто третий элемент - Лоуренсий» под № 132 с приоритетом от 20 апреля 1965 г. и 10 августа 1967 г.
• «Сто четвёртый элемент - Резерфордий» под № 37 с приоритетом от 9 июля 1964 г.
• «Сто пятый элемент - Дубний» под № 114 с приоритетом от 18 февраля 1970 г.
• «Образование радиоактивного изотопа элемента с атомным номером 106 - Сиборгий» под № 194 с приоритетом от 11 июля 1974 г.

Память

• В Дубне именем Г. Н. Флёрова названа Лаборатория ядерных реакций и улица, на которой он жил, в начале которой установлен бюст выдающемуся физику и организатору науки.
• В честь Флёрова назван «Лицей № 6 г. Дубны» - им. академика Г. Н. Флёрова. В этом лицее проходит международная школа-конференция молодых исследователей «Флёровские чтения».
• В честь Флёрова предложено назвать 114-й элемент флёровием.

Награды

• Награждён двумя орденами Ленина (1949, 1983), орденом Октябрьской Революции (1973), тремя орденами Трудового Красного Знамени (1959, 1963, 1975), орденом Отечественной войны 1-й степени (1985), медалями, иностранными орденами и медалями.
• Лауреат Ленинской премии (1967), дважды лауреат Сталинской премии (1946, 1949), лауреат Государственной премии СССР (1975).
• Удостоен звания «Почётный гражданин города Дубна».

Академик Георгий Николаевич Флеров принадлежит к плеяде основоположников ядерной физики в Советском Союзе. Его научная деятельность неразрывно связана со становлением атомной отрасли, с созданием новых оригинальных научных направлений, с крупными открытиями в области деления ядер, синтеза новых химических элементов, новых видов радиоактивности.

Исключительный талант физика-экспериментатора, удивительная интуиция, смелость при постановке сверхзадач, острый критический подход, умение четко анализировать совокупность сложных экспериментальных фактов, глубокое понимание сущности физических явлений, необычайная энергия и умение довести до завершения свои замыслы, гражданская ответственность характеризуют его как выдающегося ученого нашего времени, внесшего огромный вклад в российскую науку.

Г.Н.Флеров родился 2 марта 1913 года в г.Ростове-на-Дону. Начав трудовую жизнь рабочим, он после учёбы в Ленинградском Политехническом институте (1933-1938г.г.) работал в Ленинградском Физико-техническом институте под руководством И.В.Курчатова. Экспериментальная ядерная физика стала его призванием на всю жизнь. В этот период, когда многих волновал вопрос принципиальной возможности цепной ядерной реакции, Г.Н.Флеров совместно с Л.И.Русиновым в 1938г. предпринимают эксперимент, в котором они попытались получить цепной процесс деления ядер урана. Эксперимент дал важные результаты по определению ключевого параметра цепной реакции - числа вторичных нейтронов, возникающих при делении ядер урана. Этот эксперимент явился началом большой работы Флерова по изучению деления атомных ядер.

В 1940г. Г.Н.Флеров и К.А.Петржак сделали фундаментальное открытие - спонтанное деление урана. Оно явилось исходным пунктом для новой области ядерной физики. Работа была удостоена Государственной премией первой степени (1946г.). В первые же дни Великой Отечественной войны Г.Н.Флеров вступил в ленинградское ополчение, потом был направлен в качестве слушателя в Военно-Воздушную академию. И здесь он не прекращает обдумывать проблемы, связанные с делением ядер, с возможностью создания в суровые годы войны нового грозного оружия, необходимого для разгрома фашизма. Г.Н.Флеров обращается в АН СССР с просьбой дать ему возможность выступить перед специалистами.

В конце декабря 1941 года выступает перед академиками А.Ф.Иоффе, П.Л.Капицей и другими физиками с докладом о необходимости исследовать цепные ядерные реакции на быстрых нейтронах. В докладе он указывает конкретные пути решения ряда основных проблем. Не останавливаясь на этом, он пишет 2 письма И.В.Сталину, в которых убедительно доказывает возможность и необходимость создания атомной бомбы. Эти письма послужили для советского руководства толчком для развертывания целенаправленных исследований. И это в то время, когда вопрос стоял о жизни или смерти советского государства!

С конца 1942 года работы по ядерной физике и технике начинают быстро развиваться, и Флеров - среди первых физиков, с которыми И.В.Курчатов проводит анализ и разработку всего комплекса проблем. Георгий Николаевич принимает самое активное участие в этих работах. Их итогом явилось создание ядерного оружия и ядерной энергетики в Советском Союзе. Как изменилась ситуация в мировой политике да и вообще в жизни мирового сообщества в результате появления ядерного фактора, общеизвестно. Заслуги Г.Н.Флерова были высоко оценены.

В 1949г. ему присваивается звание Героя Социалистического Труда и присуждается Государственная премия. В 1953г. он избирается членом-корреспондентом АН СССР.

С 1953 года научные интересы Георгия Николаевича связаны в основном с развитием нового направления в ядерной физике - исследованием процессов, происходящих при столкновении сложных ядер, и фундаментальной проблемой синтеза новых химических элементов. Были начаты работы по созданию мощного источника многозарядных ионов, и в 1955 году в Институте атомной энергии на 150-см циклотроне впервые в мире были получены интенсивные моноэнергетические пучки ионов углерода, азота и кислорода с энергией, превышающей кулоновский барьер ядер самых тяжелых элементов. Первые опыты, проведенные Г.Н.Флеровым с небольшим коллективом молодых физиков, показали уникальные возможности ядерных реакций, вызываемых тяжелыми ионами, для исследований в самых разных областях.

В 1955-1959 гг. был проведен цикл исследований по выяснению основных особенностей реакций между сложными ядрами. Эти работы явились отправной точкой для дальнейших исследований как в нашей стране, так и за рубежом. Успехи нового направления обратили на себя большое внимание. По предложению и при активной поддержке академика И.В.Курчатова было решено расширить фронт исследований на пучках тяжелых ионов и создать уникальный по тому времени циклотрон У-300.

Для этих целей в Объединенном институте ядерных исследований в 1957г. была создана Лаборатория ядерных реакций (ЛЯР). Ее руководителем до последних дней жизни (1990г.) был Г.Н.Флеров. Создание такой лаборатории в международном научном центре позволило привлечь к новой области исследований физиков-ядерщиков из многих стран, обеспечить специалистов лучшей в мире экспериментальной базой. С созданием новой лаборатории произошел переход от отдельных пионерских опытов на циклотроне ИАЭ к систематическим фундаментальным исследованиям, которые проводятся в Лаборатории ядерных реакций ОИЯИ большим интернациональным коллективом на протяжении уже более 40 лет. Выбор в качестве ускорителя тяжелых ионов именно циклотрона было принципиально важным решением.

В то время считалось, что линейные ускорители более перспективны, по этому пути пошли американские физики. Но верный своей интуиции, Г.Н.Флеров предпочел циклотронный вариант, и жизнь доказала его правоту. Мировая практика создания ускорителей тяжелых ионов показала существенные преимущества циклических ускорителей. ЛЯР все эти годы оставалась на передовых позициях, развивая и совершенствуя свой ускорительный комплекс.

В настоящее время в Лаборатории действуют 4 ускорителя. Были впервые осуществлены такие оригинальные решения, как переход на азимутальную вариацию магнитного поля, вывод пучка посредством обдирки ионов, аксиальная инжекция, соединение двух циклотронов в тандем и ускорение радиоактивных ядер. Яркой страницей в научном творчестве Г.Н.Флерова были работы по синтезу новых химических элементов Периодической Системы Д.И.Менделеева. Эти исследования имеют не только большую научную значимость, поскольку позволяют составить представления об ядерной стабильности сверхтяжелых элементов, но и демонстрируют высокое искусство экспериментаторов, использующих самые передовые достижения высоких технологий, отражающих уровень технической культуры страны, в которой проводятся такие научные исследования. Поэтому они являются еще и предметом национального престижа. Этим объясняется активная конкуренция за приоритеты открытия и повышенное общественное внимание к достижениям в данной области. Эксперименты по синтезу чрезвычайно трудны.

Достаточно сказать, что идентификация нового элемента проводится по считанным атомам на фоне ядерных событий, в 108 - 1012 раз превышающих искомый эффект. При этом физические и химические свойства нового элемента неизвестны, о них можно делать только более или менее обоснованные предположения.

Под руководством Г.Н.Флерова в ЛЯР были разработаны методы идентификации новых элементов, рекордные по своей чувствительности и избирательности. Они включали разработки экспрессного механического, газового и электромагнитного транспорта продуктов ядерных реакций от мишени к детекторным системам, быстрый масс-спектрометрический анализ, газовую химию и др. Были разработаны оригинальные полупроводниковые и твердотельные низкофоновые детекторные системы. Были созданы многофункциональные экспериментальные установки, позволявшие идентифицировать эффект по многим ядерно-физическим параметрам.

Сто лет назад, 2 марта 1913 года, родился Георгий Николаевич Флеров, один из крупнейших ядерных физиков XX века, соавтор первой советской атомной бомбы и открытий целого ряда новых элементов.

Расхожая легенда о Флерове гласит, что именно он сумел убедить Сталина начать работы по военному применению атомной энергии. Тем не менее, после создания бомбы Флеров занялся совсем другими делами в науке, и в этом не было никакого противоречия.

Птенец гнезда физтехова

Флеров был энтузиастом ядерной физики. В 30-е годы он работал в Ленинградском физико-техническим институте – вотчине академика А.Ф. Иоффе, известной тем, что в межвоенный период там работал цвет советской физики.

Через физтех перед войной прошло огромное количество самых разных ученых – от увенчанного всеми лаврами Льва Ландау до Георгия Гамова, сбежавшего на Запад. Каждый – яркая личность и превосходный специалист. К слову, физтех за всю свою историю вырастил троих нобелевских лауреатов: Ландау, Николая Семенова и, уже в другом поколении, – Жореса Алферова.

И самое главное – физтеховцы сформировали кадровое ядро советского атомного проекта. Руководитель проекта Игорь Курчатов, его зам Анатолий Александров, «физик бомбы» Георгий Флеров, главный конструктор Юлий Харитон, «взрывник» Яков Зельдович, – все они в межвоенный период отдали дань ленинградскому центру ядерной физики.

Но началась война, и теоретики перешли к актуальной практике. Курчатов и Александровы, например, еще до войны занимались проблемой защиты от магнитных морских мин, а теперь целиком переключились на эту задачу. А Георгий Флеров пошел в военкомат – записываться в ополчение.

Там, по его воспоминаниям, оценили его «багаж», и отказали. Вас там, мол, убьют, так давайте мы вас сначала хоть чему-то научим. Потом, в принципе, все равно убьют, но не сразу и с пользой для дела. Так Георгий Флеров стал младшим техником-лейтенантом ВВС, специалистом по обслуживанию бортового оборудования боевых самолетов.

Интерес к физике, однако, не исчез. Более того, проблема ядерных цепных реакций грызла непоседливого Флерова изнутри и заставляла искать решения. В какой-то момент он был настолько впечатлен масштабом проблемы, что начал писать письма по инстанциям, доказывая значимость работ по делению урана.

В отечественной практике (что до революции, что после) такое поведение, как правило, мало к чему приводит. Однако здесь все случилось немного по-другому.

Письмо другу

Главный миф, сопутствующий биографии Флерова – это история о его письме Сталину, после которого вождь и отец внезапно оценил перспективы атомного оружия и немедленно запустил соответствующие работы. В корне этой легенды лежит традиционная для России переоценка роли личности – тем более такой, как Сталин. Потому что «после» далеко не всегда означает «вследствие».

Флеров действительно написал вождю, однако этим он не начал попытку «прошибить головой каменную стену» (цитата из того самого письма), а, скорее, закончил. Перед этим он минимум полгода экспансивно долбил всех, до кого мог дотянуться – включая Игоря Курчатова и Сергея Кафтанова, уполномоченного по науке в составе Государственного комитета обороны (ГКО – чрезвычайный орган военного времени, созданный для дополнительной централизации управления страной).

Академик Георгий Николаевич Флеров и академик Юрий Цолакович Оганесян

Следы отчаянных попыток убедить окружающих в своей правоте видны и в письме Сталину. «Это и есть та стена молчания, которую, я надеюсь, Вы мне поможете пробить, так как это письмо последнее, после которого я складываю оружие и жду, когда удастся решить задачу в Германии, Англии и США», – писал Флеров вождю.

Этим он закончил, но начал с убеждения своего непосредственного армейского начальства осенью 1941 года. Когда же дело завязло в бюрократии, он написал несколько посланий «через голову». Минимум два письма – в ноябре 1941 и январе 1942 года – были написаны Сергею Кафтанову.

Флеров сообщал о том, что он убежден в возможности военного применения урана («нужно все время помнить, что государство, первое осуществившее ядерную бомбу, сможет диктовать всему миру свои условия») и том, что он сумел выяснить одно важное обстоятельство, касающееся зарубежных атомных программ.

Обнаружено отсутствие наличия

Что же обнаружил Флеров? Он сработал как хороший аналитик разведки, с умом читающий открытые источники. Дорвавшись в промежутке между исполнением служебных обязанностей до свежей научной периодики, он обратил внимание, что в зарубежных журналах практически полностью исчезли публикации по ядерной физике.

И это – после целой лавины работ в самом конце 30-х годов? Буквально в 1939 году Ган и Штрассман совершили важнейшее открытие – обнаружили факт деления ядер урана под действием нейтронов. Да чего далеко ходить: в том же 1939 году сам Флеров в компании с Константином Петржаком открыли в ленинградском физтехе новый тип деления урана – спонтанный. Где, как это называется у ученых, «импакт» этих открытий, где шлейф публикаций о сопутствующих исследованиях?

Флеров сделал вывод о том, что иностранные военные вплотную заинтересовались созданием атомного оружия. «Это молчание не есть результат отсутствия работы; не печатаются даже статьи, которые являются логическим развитием ранее напечатанных, нет обещанных статей, словом, на этот вопрос наложена печать молчания, и это-то является наилучшим показателем того, какая кипучая работа идет сейчас за границей», – писал он Кафтанову в декабре 1941 года (есть, впрочем, основания полагать, что прочитано это письмо было не ранее марта 1942 года).

Писал он и своему старшему коллеге Курчатову. К слову, именно в письме Курчатову Флеров впервые обосновал один из распространеннейших впоследствии дизайнов атомного оружия – так называемую «пушечную схему». В промежутке всей этой переписки Флеров умудрился сделать в Казани доклад перед весьма представительным собранием физиков, включавшим в себя, в частности, А.Ф. Иоффе и П.Л. Капицу.

Верблюда добили сообща

Государственный аппарат в общем и целом имел представление об актуальности проблемы еще с конца 1941 года. В мае 1942 года вместе с письмом Флерова через секретариат Сталина прошел доклад разведки о том, что на Западе ведутся работы по «урановой проблеме».

Тогда же был проверен и факт резкого исчезновения публикаций по ядерной физике из открытой печати. Есть датируемая июнем 1942 года справка физика Виталия Хлопина, возглавлявшего Комитет по урановой проблеме. В ней он указывает: «Это обстоятельство единственно, как мне кажется, дает основание думать, что соответствующим работам придается значение и они проводятся в секретном порядке».

Тезисы Флерова подтверждались один за другим. Все это сошлось в одну точку – точку принятия решения. «Надо делать», – лаконично бросил Сталин летом 1942 года, выслушав сводный доклад по теме.

Сергей Кафтанов вежливо напишет о том, что Флеров оказался «инициатором уже принятого решения». Тут имеет смысл говорить в лучшем случае о соломинке, сломавшей хребет верблюду, уже готовому упасть. Анализ ситуации шел все это время, информация из самых разных источников, включая немецкие, поступала как минимум полгода, а то и больше.

Дальше медлить смысла не имело. В августе 1942 года из действующей армии извлекают Флерова, начинают собирать с непрофильных оборонных работ остальных физиков-ядерщиков. 28 сентября выходит постановление ГКО «Об организации работ по урану». Проект советской атомной бомбы стартовал.

Сделал бомбу и ушел

На Западе принято сравнивать биографии двух создателей ядерного оружия – Роберта Оппенгеймера и Юлия Харитона. Они, к слову, чуть не познакомились в 1926 году в Кембридже – разминулись на считанные недели. Однако для сравнения с Оппенгеймером куда больше подходит именно Флеров.

Судите сами: Оппенгеймер, по свидетельству очевидцев, сыграл ключевую роль в создании американской ядерной бомбы. Но после того, как бомба была сделана, он отказался от предложения возглавить работы по термоядерному оружию (этим занялся Эдвард Теллер) и начал активную антивоенную кампанию.

Флеров поперек политической колеи не шел, однако его ядерно-оружейная карьера удивительно схожа с оппенгеймеровской. Флеров был ведущим игроком в физической части работ по советской бомбе. В 1949 году советский боеприпас был успешно испытан, и буквально год спустя Флеров покидает оружейный проект.

Оставлено ядерное оружие, но не ядерная физика. В 1957 году Флеров возглавит лабораторию ядерных реакций в Дубне – в Объединенном институте ядерных исследований. С этого момента и до самой своей смерти (в 1990 году) жизнь Флерова связана с Дубной.

Занимался он сугубо мирной наукой – получением новых элементов таблицы Менделеева, тяжелых трансуранов. В Дубне под непосредственным руководством Флерова были синтезированы элементы с порядковыми номерами со 102 по 107. К слову, в новой номенклатуре 105-й элемент получил имя «дубний» (до 1997 года в России и СССР он был известен как нильсборий).

В 1998 году, уже после смерти Флерова, в Дубне совместно с американскими специалистами из Ливермора заявили, что сумели получить элемент с порядковым номером 114, его существование, однако, подтвердилось только в 2011 году. А менее года назад, в мае 2012 года, ему было официально присвоено собственное наименование – флеровий (Fl).

Есть в этой истории личности что-то глубоко подлинное. Стронуть с гор лавину военного атома, решить минимально необходимую задачу создания бомбы для своей страны – и потом почти сорок лет дальше заниматься чистой наукой. Оппенгеймера на это не хватило, и он качнулся в противоположную сторону – начал политиканствовать, то ли от чувства вины, то ли еще по каким-то соображениям. Флеров же и до атомного проекта, и на нем, и после него четко понимал, что и зачем он делает.

Это, видимо, главная отличительная черта любого настоящего ученого: понимать, что и зачем ты должен делать. Желательно – понять раньше других и стоять до конца. Вот эта фраза, пожалуй, и есть самая краткая запись биографии Георгия Флерова.

Константин Богданов, материал

02.03.1913 - 19.11.1990

В 1938 г. окончил инженерно-физический факультет Ленинградского политехнического института, деканом которого был А.Ф. Иоффе, и поступил на работу в Ленинградский физико-технический институт в лабораторию И.В. Курчатова.

В 1939 г. совместно с Л.И. Русиновым доказал, что при делении ядер урана испускается более двух вторичных нейтронов.

В 1940 г. совместно с К.А. Петржаком открыл спонтанное деление ядер урана.

В первые дни войны Г.Н. Флеров ушел в ополчение, однако вскоре был призван в армию и направлен в Йошкар-Олу слушателем военно-воздушной академии. После окончания академии направлен на фронт.

В 1941-1942 гг. Г.Н. Флеров обращался с письмами к И.В. Курчатову, С.В. Кафтанову и И.В. Сталину, в которых призывал правительство и ученых возобновить прерванные войной работы по урановой проблеме и созданию атомной бомбы.

В 1943 г. Г.Н. Флеров был отозван с фронта и включен в группу ученых, занимавшихся созданием советского ядерного оружия.

В 1943-1960 гг. Г.Н. Флеров работал в Лаборатории № 2 АН СССР (Институте атомной энергии им. И.В. Курчатова).

Г.Н. Флеров определил сечение взаимодействия медленных нейтронов с различными материалами, критические массы урана-235 и плутония.

В 1949 г. Г.Н. Флеров участвовал в испытании первой в СССР атомной бомбы.

В начале 1950-х гг. Г.Н. Флеров приступил к разработке нового направления в ядерной физике – синтезу сверхтяжелых элементов таблицы Менделеева и добился в этой области выдающихся результатов. Под его руководством успешно проведены эксперименты по синтезу элементов от 102 до 107, открыты новые физические явления: ускоренное спонтанное деление ядер-изомеров, запаздывающее деление ядер, распад ядер с испусканием запаздывающих протонов, новый класс ядерных реакций – реакции упруго-неупругих передач нуклонов, обнаружена относительно высокая стабильность по отношению к спонтанному делению предельно тяжелых ядер с атомным номером более 104.

В 1960-1990 гг. Г.Н. Флеров – директор Лаборатории ядерных реакций (ЛЯР) Объединенного института ядерных исследований (ОИЯИ, Дубна). В настоящее время ЛЯР ОИЯИ носит имя Г.Н. Флерова.

Г.Н. Флеров много внимания уделял практическому применению достижений ядерной физики, был одним из инициаторов развития ядерно-физических методов разведки нефти и рациональной разработки нефтяных месторождений, им был предложен и разработан оригинальный импульсный метод нейтронного и гамма-каротажа нефтяных пластов.

В 1953 г. избран членом-корреспондентом, а в 1968 г. – действительным членом АН СССР. Г.Н. Флеров был членом Комиссии по ядерной физике АН СССР, научного совета АН СССР по радиохимии и научного совета АН СССР по физике атомного ядра.

Был членом редколлегии журнала «Физика элементарных частиц и атомного ядра».

В 1987 г. награжден Золотой медалью им. Д.И. Менделеева АН СССР за цикл работ по синтезу и исследованию свойств новых трансактинидных элементов таблицы Д.И. Менделеева, в 1989 г. – Золотой медалью им. И.В. Курчатова за цикл работ по синтезу и изучению стабильности наиболее тяжелых элементов на интенсивных пучках ионов.

Г.Н. Флеров являлся почетным членом Датской королевской академии наук и членом Германской академии естествоиспытателей «Леопольдина» (Германская Демократическая Республика).