Виктор Эмиль Франкл - человек, спасший тысячи жизней. Талантливый психиатр, невролог и психолог, он создал логотерапию (направление экзистенциального анализа, основанное на поиске смысла жизни для пациента). По мнению врача, самоубийцы, наркоманы и алкоголики лишены цели, ради которой могли бы жить, что и приводит к трагическим последствиям.

Франкл назвал три пути, благодаря которым человек может сделать свою жизнь более осмысленной: созидание, получение нового опыта и, собственно, нахождение смысла в самой жизни, в том числе и в страданиях. Последний, крайний путь, Франкл открыл, будучи узником нацистского концлагеря, где старался не только выжить сам, но и помочь заключенным. Он, а также другие психологи и социальные работники, оказавшиеся Терезиенштадте, организовали специальную службу помощи и создали целую информационную сеть, благодаря которой узнавали о суицидальных склонностях других узников лагеря смерти.

«Что было делать? Мы должны были пробуждать волю к жизни, к продолжению существования, к тому, чтобы пережить заключение. Но в каждом случае мужество жить или усталость от жизни зависела исключительно от того, обладал ли человек верой в смысл жизни, в своей жизни. Девизом всей проводившейся в концлагере психотерапевтической работы могут служить слова Ницше: «Тот, кто знает, „зачем“ жить, преодолеет почти любое „как“» , - вспоминал врач в книге «Воля к смыслу».

Виктор Франкл был освобождён 27 апреля 1945 года американскими войсками, а в этом же году закончил всемирно известную монографию «Сказать жизни „ДА“. Психолог в концлагере» . Цитаты из этой и других его работ мы собрали для нашего материала.

В эпоху Фрейда причиной всех бед считалась сексуальная неудовлетворённость, а ныне нас уже волнует другая проблема - разочарование в жизни. Если во времена Адлера типичный пациент страдал от комплекса неполноценности, то в наши дни пациенты жалуются главным образом на чувство внутренней опустошённости, которое возникает от ощущения абсолютной бессмысленности жизни. Вот что я называю экзистенциальным вакуумом. («Страдания от бессмысленности жизни. Актуальная психотерапия»)

Пусть на какие-то минуты, пусть в каких-то особых ситуациях, но юмор - тоже оружие души в борьбе за самосохранение. Ведь известно, что юмор, как ничто другое, способен создать для человека некую дистанцию между ним самим и его ситуацией, поставить его над ситуацией, пусть, как уже говорилось, и ненадолго. ()

Не ставьте себе целью успех - чем больше вы будете стремиться к нему, сделав его своей целью, тем вернее вы его упустите. За успехом, как и за счастьем, нельзя гнаться; он должен получиться - и получается - как неожиданный побочный эффект личной преданности большому делу, или как побочный результат любви и преданности другому человеку. Счастье должно возникнуть само собой, как и успех; вы должны дать ему возникнуть, но не заботиться о нем... вы доживете до того, чтоб увидеть, как через долгое время - долгое время, я сказал! - успех придет, и именно потому, что вы забыли о нем думать! («Человек в поисках смысла»)

Счастье подобно бабочке-чем больше его ловишь, тем больше оно ускользает. Но если вы перенесете свое внимание на другие вещи, оно придёт и тихонько сядет к вам на плечо. («Человек в поисках смысла»)

Никто не вправе вершить бесправие, даже тот, кто от бесправия пострадал, и пострадал очень жестоко. («Сказать жизни „Да!“. Психолог в концлагере»)

Живи так, словно живешь уже во второй раз и при первой попытке испортил все, что только можно испортить. («Воспоминания»)

Наследственность - это не более чем материал, из которого человек строит самого себя. Это не более чем камни, которые могут быть использованы, а могут быть отвергнуты строителем. Но сам строитель - не из камней. («Человек в поисках смысла»)

Вы должны понимать, что весь мир - это шутка. Справедливости не существует, все происходит случайно. Только когда вы это поймете, то согласитесь, что глупо принимать всерьез самого себя. Во вселенной нет великой цели. Она просто существует. Совершенно неважно, как именно вы решите поступать в том или ином случае. («Человек в поисках смысла»)

Каждой твари дано оружие для самозащиты - кому рога, кому копыта, жало или яд, у меня - дар красноречия. Покуда мне рот не заткнут, со мной лучше не связываться. («Воспоминания»)

Дело в том, что я соблюдаю принцип: любые мелочи исполнять столь же тщательно, как и самое великое дело, и самое великое дело - с тем же спокойствием, что и самое незначительное. («Воспоминания»)

В нечеловеческих условиях способен выжить только тот, кто устремлен в будущее, кто верит в свое призвание и мечтает выполнить свое предназначение. («Человек в поисках смысла»)

Только любовь есть то конечное и высшее, что оправдывает наше здешнее существование, что может нас возвышать и укреплять! («Сказать жизни „Да!“. Психолог в концлагере»)

Если страх превращает пугающие мысли в реальность, то слишком сильное желание мешает получить желаемое. («Страдания от бессмысленности жизни. Актуальная психотерапия»)

Надо выучить самим и объяснить сомневающимся, что дело не в том, чего мы ждем от жизни, а в том, чего она ждет от нас. («Сказать жизни „Да!“. Психолог в концлагере»)

Думаю, для незрелого человека заманчивость психиатрии заключается в посуле власти над другими: можно распоряжаться, можно манипулировать людьми; знание - сила, и знание механизмов, в которых неспециалисты не разбираются, а мы разобрались до тонкости, дает нам власть. («Воспоминания»)

Текущая страница: 1 (всего у книги 24 страниц)

ВИКТОР ФРАНКЛ. ЧЕЛОВЕК В ПОИСКАХ СМЫСЛА Москва, Прогресс, 1990 г.

О нем: (1905 – 1997)

Я видел смысл своей жизни в том, чтобы помогать другим увидеть смысл в своей жизни.

В. Франкл

Широко известно суждение Зигмунда Фрейда, которое он высказал в письме к своей последовательнице и поклоннице Марии Бонапарт: «Если человек задумался о смысле жизни, значит, он серьезно болен». Не менее известно и другое его высказывание: «В своих исследованиях огромного здания человеческой психики я остановился в подвале». Попытки его последователей подняться на «верхние этажи» неизбежно приводили к критической переоценке классического наследия.

Виктор Франкл, увлекшись психоанализом еще в юности, не удовольствовался блужданиями по «подвалу» и создал в итоге собственную теорию, собственную школу, диаметрально противостоящую фрейдистской. В отличие от скептической позиции венского патриарха, именно поиск смысла жизни Франкл назвал путем к душевному здоровью, а утрату смысла – главной причиной не только нездоровья, но и множества иных человеческих бед. Самая известная книга Франкла так и называется «Человек в поисках смысла». Наверное, именно так можно было бы охарактеризовать и ее автора.

МЕЖДУ ФРЕЙДОМ И АДЛЕРОМ

Виктор Эмиль Франкл родился 26 марта 1905 года в Вене, где уже в ту пору на квартире доктора Фрейда собирался по средам психологический кружок – прообраз Венского психоаналитического общества. Членов кружка еще можно было пересчитать по пальцам, но в него уже входил ироничный скептик Альфред Адлер, который 6 лет спустя со скандалом покинет ряды фрейдистов, чтобы основать собственную школу. Уже было издано «Толкование сновидений», но почти половина первого тиража еще пылилась на прилавках невостребованной, а в адрес Фрейда и его последователей сыпались критические стрелы.

Впрочем, к тому времени, когда Франкл достиг юношеского возраста и перед ним остро встали проблемы профессионального и личностного самоопределения, психоанализ уже оформился во влиятельное течение и получил широкое признание. Еще школьником Франкл заинтересовался идеями Фрейда, вступил с ним в личную переписку. Фрейд благоволил к юноше, по его протекции статья 19-летнего Виктора Франкла была в 1924 году опубликована в «Международном журнале психоанализа». Однако молодого человека в не меньшей мере интересовали идеи «отступника» Адлера, создавшего Вторую венскую школу психотерапии (первой по праву считалась фрейдистская).

Еще не получив законченного образования, Франкл примкнул к адлерианцам. Этот этап его научной биографии был отмечен публикацией в «Международном журнале индивидуальной психологии». Впрочем, сотрудничество длилось недолго. В 1927 году на почве очевидных разногласий с коллегами Франкл покинул Общество индивидуальной психологии. Однако эти годы не прошли бесследно. Они наложили отпечаток на все последующее творчество Франкла: практически во всех его трудах присутствуют и Фрейд, и Адлер – как явные и неявные оппоненты.

Фрейд и Адлер уже принадлежат истории, последующее развитие оставило их далеко позади... Штекель удачно определил положение дел, когда заметил, поясняя свое отношение к Фрейду, что карлик, стоящий на плечах гиганта, может видеть дальше, чем сам гигант. В конце концов, хотя индивид может восхищаться Гиппократом и Парацельсом, нет никакой необходимости, чтобы он следовал их предписаниям или методам хирургии.

Психоанализ говорит о принципе удовольствия, индивидуальная психология – о стремлении к статусу. Принцип удовольствия может быть обозначен как воля к удовольствию; стремление к статусу эквивалентно воле к власти. Но где же то, что является наиболее глубоко духовным в человеке, где врожденное желание человека придать своей жизни так много смысла, как только возможно, актуализировать так много ценностей, сколь это возможно, – где-то, что я назвал бы волей к смыслу?

Эта воля к смыслу – наиболее человеческий феномен, так как животное не бывает озабочено смыслом своего существования. Однако психотерапия превращает эту волю к смыслу в человеческую слабость, в невротический комплекс. Терапевт, который игнорирует духовную сторону человека и, следовательно, вынужден игнорировать волю к смыслу, отрицает одно из самых ценных его достоинств.

Пройдя Первую и Вторую венские школы психотерапии, Франкл встал на путь создания собственной – Третьей. Именно так впоследствии назовут созданное им учение. Но должны были пройти еще годы накопления опыта, годы тяжелейших жизненных испытаний, прежде чем юношеские идеи оформились в стройную концепцию.

ИММУНИТЕТ ПРОТИВ НИГИЛИЗМА

О своем юношеском мироощущении Франкл писал: «Будучи молодым человеком, я прошел через ад отчаяния, преодолевая очевидную бессмысленность жизни, через крайний нигилизм. Со временем я сумел выработать у себя иммунитет против нигилизма. Таким образом я создал логотерапию».

Термин «логотерапия» Франкл предложил еще в 20-е годы, впоследствии в качестве равноценного использовал термин «экзистенциальный анализ». «Логос» для Франкла – это не просто «слово», как это обычно понимается в отечественной традиции. (Так, основоположником отечественной психотерапии К.И. Платоновым термин «логотерапия» использовался в значении «лечение словом» – в противовес медикаментозному и хирургическому лечению, то есть как синоним психотерапии; в этом значении термин распространения не получил. В некоторых отечественных работах по коррекционной педагогике термином «логотерапия» обозначается совокупность психотерапевтических методов и приемов, направленных на преодоление речевых нарушений.)

Франкл опирается на более широкое понимание греческой основы: «логос» – это «слово» не просто как вербальный акт, а как квинтэссенция идеи, смысла, то есть это и есть сам смысл. Такая трактовка проясняет многие недоразумения при толковании евангельского текста: «В начале было слово...»

Получив в 1930 году степень доктора медицины, Франкл продолжил работать в области клинической психиатрии, и уже к концу 30-х годов в статьях, опубликованных им в разных медицинских журналах, можно найти формулировки всех основных идей, на основе которых впоследствии выросло здание его теории – логотерапии и экзистенциального анализа.

Еще в 1928 году Франкл основал Центр консультирования молодежи в Вене и возглавлял его до 1938 года. С 1930 по 1938 год он входил в штат Нейропсихиатрической университетской клиники. В практической сфере он с 1929 года разрабатывал технику «парадоксальной интенции» – психотерапевтического инверсионного метода, ориентированного на подкрепление опасений пациента и достижение лечебного эффекта по принципу «от противного». В 1933 году им было выполнено интересное исследование «невроза безработицы», имеющее (к сожалению!) непреходящее значение, однако упоминаемое ныне редко. «ЕСЛИ ЕСТЬ ЗАЧЕМ...»

Присоединение Австрии к нацистскому рейху для еврейской части населения страны (а к ней принадлежал и Франкл) означало верную гибель. Незадолго до аншлюса у него была возможность эмигрировать в США, однако он ее отверг: полученное из Америки приглашение не распространялось на его родных, а Франкл считал недопустимым их бросить. (Наверное, в науке о душе различия в мировоззрении сказываются во всех сферах: Зигмунд Фрейд, уехавший в эмиграцию с женой и дочерью, не проявил никакой заботы о своих родных сестрах, и все они сгинули в концлагерях.)

Фортуна дала Франклу несколько лет отсрочки. По счастливой случайности, гестаповец, оформлявший отправку Франкла в лагерь смерти, оказался его бывшим пациентом и вычеркнул его из списка. Но в 1942 году про доктора Франкла вспомнили снова. Да и как было не вспомнить про заведующего отделением Венской Ротшильдовской еврейской больницы! Печи Освенцима и Дахау требовали топлива, и Виктору Франклу предстояло стать одним из миллионов поленьев в их адском пламени.

Он, однако, выжил. Здесь сошлись и случайность, и закономерность. Случайность – что он не попал ни в одну из команд, направлявшихся на смерть (направлявшихся не по какой-то конкретной причине, а просто потому, что машину смерти нужно было кем-то питать). Закономерность – что он прошел через все это, сохранив себя, свою личность, свое «упрямство духа», как он называл способность человека не поддаваться, не ломаться под ударами, обрушивающимися на тело и душу. В концлагерях получил проверку и подтверждение его взгляд на человека, и вряд ли удастся найти хоть одну психологическую теорию личности, которая была бы в такой степени лично выстрадана и оплачена такой дорогой ценой.

Любая попытка восстановления внутренней силы узника предполагает в качестве важнейшего условия успеха отыскание некоторой цели в будущем. Слова Ницше: «Если есть Зачем жить, можно вынести почти любое Как» – могли бы стать девизом для любых психотерапевтических и психогигиенических усилий... Горе тому, кто не видел больше ни цели, ни смысла своего существования, а значит, терял всякую точку опоры. Вскоре он погибал.

Опыт этих страшных лет и смысл, извлеченный из этого опыта, Франкл описал в книге «Психолог в концлагере», вышедшей вскоре после войны. Эта книга с 1942 по 1945 год фактически «писалась» им в уме, и одним из стимулов к выживанию было стремление ее сохранить и в конце концов опубликовать. Хотя, как признавался автор, книгу он «писал с убеждением, что она не принесет, не может принести успех и славу», из всех его книг именно эта получила наибольшую популярность.

После того как эта книга вышла в 1959 году на английском языке, она выдержала баснословное количество переизданий на десятках языков по всему миру и общий ее тираж уже перевалил за 2,5 миллиона (всего им написано 16 книг, их совокупный тираж уже не поддается подсчету; на этом фоне особенно огорчительно, в сколь узком кругу Франкл популярен в нашей стране – многие практические психологи о нем даже не слышали).

ВОПРОС К СЕБЕ

Конец сороковых отмечен ярчайшим всплеском творческой активности Франкла. Его книги – философские, психологические, медицинские – появляются одна за другой. Среди его наиболее значительных работ (помимо названных) – «Доктор и душа», «Психотерапия и экзистенциализм», «Воля к смыслу», «Время и ответственность», «Подсознательный бог», «Психотерапия на практике».

В 1946 году Франкл становится директором Венской неврологической больницы, с 1947 года начинает преподавать в Венском университете, в 1949 году получает степень доктора философии, в 1950 году возглавляет австрийское общество психотерапевтов. В 60-е годы издание его трудов на английском языке принесло ему всемирную славу, запоздало докатившуюся до наших берегов лишь к началу 90-х.

Франкл дважды объехал вокруг света с лекциями о логотерапии, побывал во многих странах, в том числе и в СССР (аудитория психологов в МГУ встретила его овацией). Он умер в глубокой старости в своей родной Вене.

В нашей стране его идеи еще ждут настоящего признания. Ведь логотерапия – это не столько техника, сколько философия. В отличие от столь любимых многими манипуляторских ухваток, его концепция не содержит директивных рекомендаций и приемов. На вопрос, существуют ли таковые, Франкл любил отвечать: «Это все равно, что спрашивать гроссмейстера, какой шахматный ход самый лучший». Ведь смысл своей жизни каждый человек открывает для себя сам.

Человек не должен спрашивать, в чем смысл его жизни, но скорее должен осознать, что он сам и есть тот, к кому обращен вопрос.

Сергей СТЕПАНОВ

С огромной радостью я узнал, что на русском языке издается сборник моих работ, переведенных в свое время на многие языки. Когда я находился в Москве по приглашению МГУ имени М. В. Ломоносова и читал курс лекций на психологическом факультете, мне сообщили об этом, но я не ожидал, что книга выйдет так скоро. Чем, спрашивается, это можно объяснить?

Возможно, тем, что, как говорили московские коллеги, мои концепции каким-то образом "созвучны русской душе". Что ж, в свою очередь на меня огромное влияние оказали сочинения таких русских писателей, как Достоевский и Толстой (которых я постоянно цитирую в своих трудах). Не удивительно поэтому, что я убежден в том, что страдание, вина и смерть – названные мною "трагическим триединством человеческого существования" – ни в коей мере не умаляют смысла жизни, но, наоборот, в принципе всегда могут трансформироваться во что-то положительное.

Несомненно, что поэт несравненно лучше и проще, чем ученый, донесет до неискушенного читателя суть подобной посылки; в конце концов, она адресована прежде всего сердцам, нежели только умам; здесь нами руководят наши сердца!

Если эта книга, за издание которой я столь благодарен, сможет хоть в какой-то мере быть полезной для русскоязычного читателя, мое сердце наполнится гордостью и на склоне дней моя жизнь обогатится еще одним, новым смыслом. Или, говоря словами Р. У. Эмерсона: "Есть лишь одна честь – честь оказать помощь, есть лишь одна сила – сила прийти на помощь". Человек перед вопросом о смысле

У каждого времени свои неврозы и каждому времени требуется своя психотерапия.

Сегодня мы, по сути, имеем дело уже с фрустрацией не сексуальных потребностей, как во времена Фрейда, а с фрустрацией потребностей экзистенциальных. Сегодняшний пациент уже не столько страдает от чувства неполноценности, как во времена Адлера, сколько от глубинного чувства утраты смысла, которое соединено с ощущением пустоты, -поэтому я и говорю об экзистенциальном вакууме Я бы хотел просто процитировать здесь пару фраз из письма, которое написал мне один американский студент: "Здесь, в Америке, я со всех сторон окружен молодыми людьми моего возраста, которые отчаянно пытаются найти смысл своего существования. Недавно умер один из моих лучших друзей, которому найти этот смысл не удалось". Мои личные впечатления от американских университетов – а только в США я имел возможность читать лекции и общаться таким образом со студентами в 129 университетах – подтверждают репрезентативность приведенного отрывка из письма в той мере, в какой оно касается общего настроения и ощущения жизни, которые владеют сегодня академической молодежью.

И не только они. Что касается поколения сегодняшних взрослых, я ограничусь лишь ссылкой на результат исследования, проведенного Рольфом фон Экартсбергом на выпускниках Гарвардского университета. Через 20 лет после окончания многие из них, несмотря на то, что за это время они не только сделали карьеру, но и жили внешне вполне благополучной и счастливой жизнью, жаловались на непреодолимое ощущение полной утраты смысла.

Все множатся признаки того, что ощущение отсутствия смысла становится все более распространенным явлением. Сегодня уже и коллеги чисто психоаналитической ориентации, и марксисты отмечают это.

Что касается марксистских кругов, следует назвать доктора Выметала, бывшего в свое время руководителем психиатрической клиники Оломоуцкого университета (ЧССР). Ссылаясь на данные других авторов из Чехословакии и Германской Демократической Республики, он привлек внимание к факту наличия в коммунистических странах экзистенциальной фрустрации и выдвинул требование разработки для ее преодоления новых терапевтических приемов. Наконец, стоит упомянуть Клицке, американского ученого, работавшего приглашенным профессором в одном из африканских университетов. В недавно опубликованной в "Журнале гуманистической психологии" работе ("Студенты в пробуждающейся Африке – логотерапия в Танзании") он аргументированно показывает, что экзистенциальный вакуум становится заметным и ощутимым явлением в странах "третьего мира"-по меньшей мере или в особенной степени в кругах академической молодежи. Подобными данными мы также обязаны Джозефу Л. Филбрику ("Кросскультурное исследование смысла жизни в русле теории Франкла").

Когда меня спрашивают, как я объясняю себе причины, порождающие этот экзистенциальный вакуум, я обычно использую следующую краткую формулу: в отличие от животных инстинкты не диктуют человеку, что ему нужно, и в отличие от человека вчерашнего дня традиции не диктуют сегодняшнему человеку, что ему должно. Не зная ни того, что ему нужно, ни того, что он должен, человек, похоже, утратил ясное представление о том, чего же он хочет. В итоге он либо хочет того же, чего и другие (конформизм), либо делает то, что другие хотят от него (тоталитаризм).

За этими двумя следствиями важно не пропустить и не забыть третье, а именно появление специфических невротических заболеваний, которые я обозначил как "ноогенные неврозы" Что касается частоты встречаемости ноогенных неврозов, то на этот счет имеются данные статистических исследований Нибауэр и Люкас в Вене, Фрэнка М. Бакли в Уорчестере (Массачусетс, США), Вернера в Лондоне, Лангена и Вольхарда в Тюбингене, Прилла в Вюрцбурге, Попельского в Польше и Нины Толл в Мидлтауне (Коннектикут, США). Данные тестирований согласованно показывают, что примерно 20% неврозов относятся к ноогенным.

Из статистики известно, что среди причин смертности у американских студентов второе место по частоте после дорожно-транспортных происшествий занимают самоубийства. При этом число попыток самоубийства (не закончившихся смертельным исходом) в 15 раз больше.

Мне сообщили интересные статистические данные, полученные при опросе 60 студентов Университета штата Айдахо после подобных попыток самоубийства. У них подробнейшим образом выяснялось все, что связано с мотивом этого поступка, и вот что было обнаружено: 85 процентов из них не видели больше в своей жизни никакого смысла; при этом 93 процента из них были физически и психически здоровы, жили в хороших материальных условиях и в полном согласии со своей семьей; они активно участвовали в общественной жизни и имели все основания быть довольными своими академическими успехами.

Во всяком случае, о неудовлетворенных потребностях не могло быть и речи. Это тем более заставляет нас задать себе вопрос, каковы условия, делающие возможной попытку самоубийства, что должно быть встроено в "condition humaine", чтобы когда-нибудь привести человека к такому поступку, как попытка самоубийства, несмотря на удовлетворение повседневных потребностей. Представить себе это можно лишь в том случае, если человек как таковой – или если он им уже перестал быть, это по крайней мере было изначально – добивается того, чтобы найти в своей жизни смысл и осуществить его. Это и есть то, что в логотерапевтической теории мотивации мы описываем понятием "стремление к смыслу" Как известно, существует так называемая – сама себя так называющая – "глубинная психология". Где же, однако, "вершинная психология" Оказалось, что концепция "стремления к смыслу" может быть верифицирована и чисто эмпирическими методами. Сошлюсь лишь на работы Крамбо и Махолика Рамки, в которых я нахожусь, не позволяют мне остановиться на всем этом подробно. Я, однако, не могу отказать себе в том, чтобы сослаться в дискуссии на результаты исследований, авторы которых не являются моими учениками. Кто еще станет сомневаться в существовании стремления к смыслу (подчеркнем: не больше и не меньше, чем специфической для человека мотивации), взяв в руки доклад американского Совета по вопросам образования, в котором приведены данные опроса 189733 студентов в 360 университетах. Главный интерес у 73,7 процента опрошенных выражается в цели "прийти к мировоззрению, которое сделало бы жизнь осмысленной". Или возьмем доклад Национального института психического здоровья: из 7948 студентов в 48 вузах наибольшее число (78 процентов) выразили желание "найти в своей жизни смысл".

Отсюда понятно и пророчество Джозефа Каца из Университета штата Нью-Йорк, что следующая волна людей, которые вольются в производство, будет интересоваться лишь профессиями, которые приносят не только деньги, но и смысл.

Конечно, всякий больной желает в первую очередь стать когда-нибудь здоровым, а любой бедняк – когда-нибудь разжиться деньгами. Однако столь же верно и то, что оба стремятся к этому лишь затем, чтобы иметь возможность вести такую жизнь, какую они считают осмысленной, осуществить смысл своей жизни!

Как известно, Маслоу ввел различение низших и высших потребностей, имея в виду при этом, что удовлетворение низших потребностей является необходимым условием для того, чтобы были удовлетворены и высшие. К высшим потребностям он причисляет и стремление к смыслу, называя его даже при этом "первичным человеческим побуждением". Это свелось, однако, к тому, что человек начинает интересоваться смыслом жизни лишь тогда, когда жизнь у него устроена ("сначала пища, потом мораль"). Этому, однако, противоречит то, что мы – и не в последнюю очередь мы, психиатры, -имеем возможность постоянно наблюдать в жизни: Потребность и вопрос о смысле жизни возникает именно тогда, когда человеку живется хуже некуда.. Свидетельством тому являются умирающие люди из числа наших пациентов, а также уцелевшие бывшие узники концлагерей и лагерей для военнопленных.

Вместе с тем, разумеется, не только фрустрация низших потребностей порождает вопрос о смысле, но и удовлетворение низших потребностей, в частности, в "обществе изобилия". Мы не ошибемся, пожалуй, если усмотрим в этом кажущемся противоречии подтверждение нашей гипотезы, согласно которой стремление к смыслу представляет собой мотив sui generis, который несводим к другим потребностям и не выводим из них (как это уже удалось эмпирически показать Крамбо и Махолику, а также Кратохвилу и Плановой).

Мы встречаемся здесь с феноменом, который я считаю фундаментальным для понимания человека: с самотрансценденцией человеческого существования! За этим понятием стоит тот факт, что человеческое бытие всегда ориентировано вовне на нечто, что не является им самим, на что-то или на кого-то: на смысл, который необходимо осуществить, или на другого человека, к которому мы тянемся с любовью. В служении делу или любви к другому человек осуществляет сам себя. Чем больше он отдает себя делу, чем больше он отдает себя своему партнеру, тем в большей степени он является человеком и тем в большей степени он становится самим собой. Таким образом, он, по сути, может реализовать себя лишь в той мере, в какой он забывает про себя, не обращает на себя внимания.

Здесь необходимо упомянуть один из 90 фактов, полученных в эмпирическом исследовании госпожи Люкас, а именно: оказалось, что среди посетителей Пратера -знаменитого венского парка отдыха и развлечений – объективно измеренный уровень экзистенциальной фрустрации был существенно выше, чем средний уровень у населения Вены (который практически не отличается от аналогичных результатов, полученных и опубликованных американскими и японскими авторами). Другими словами, у человека, который особенно добивается наслаждений и развлечений, оказывается в конечном счете фрустрировано его стремление к смыслу, или, говоря словами Маслоу, его "первичные" запросы.

Это каждый раз напоминает мне один американский анекдот. Человек встречает на улице своего домашнего врача, который справляется о его здоровье. Выясняется, что пациент стал в последнее время туговат на ухо. "Вы, наверное, слишком много пьете, – отвечает ему врач.– Вам надо бросать". Через пару месяцев они вновь встречаются на улице, и врач, специально повысив голос, спрашивает пациента о его здоровье. "О, – отвечает тот, – не надо говорить так громко, я снова прекрасно слышу". "Я вижу, вы бросили пить, – говорит врач. – Отлично, так и продолжайте". Новая встреча еще через пару месяцев: "Как поживаете?" – "Простите, что Вы сказали?" – "Я спрашиваю, как Вы поживаете?" Наконец, пациенту удается понять. "Вот, вы видите, я опять стал хуже слышать". – "Вы, наверное, опять начали пить?" "Видите ли,– объясняет ему пациент,– сначала я пил и стал плохо слышать, затем я бросил пить и стал снова слышать лучше, но то, что я услышал, было гораздо хуже, чем виски".

Мы можем утверждать следующее: если у человека нет смысла жизни, осуществление которого сделало бы его счастливым, он пытается добиться ощущения счастья в обход осуществлению смысла, в частности с помощью химических препаратов. На самом деле нормальное ощущение счастья не выступает в качестве цели, к которой человек стремится, а представляет собой скорее просто сопутствующее явление, сопровождающее достижение цели. Это сопутствующее явление, этот "эффект" может быть, однако, "уловлен", и принятие алкоголя дает такую возможность. Б. А. Маки, директор Центра реабилитации алкоголиков военно-морских сил США, утверждает: "Работая с алкоголиком, мы очень часто убеждаемся, что жизнь, по-видимому, потеряла для него смысл". Моя ученица в Международном университете Соединенных Штатов в Сан-Диего в своих исследованиях, результаты которых составили ее диссертацию, получила данные о том, что для 90 процентов исследованных ею случаев тяжелого хронического алкоголизма характерно выраженное ощущение утраты смысла. Тем самым становится и более понятным то, что Крамбо с помощью групповой логотерапии алкоголиков, направленной на снятие экзистенциальной фрустрации, удалось добиться большего успеха, чем в контрольных группах, в которых терапия велась традиционными общепринятыми методами.

Подобные вещи мы наблюдаем и в случаях наркомании. Если верить Стэнли Криппнеру, 100 процентов случаев наркоманий связаны с ощущением утраты смысла: на вопрос, все ли представляется им бессмысленным, 100 процентов наркоманов отвечали утвердительно. Моя диссертантка Бетти Лу Педелфорд, а также Шин и Фехтман, исследовавшие экзистенциальную фрустрацию, показали, что у наркоманов уровень ее более чем вдвое выше, чем в контрольной группе. И здесь понятно, почему Фрейзеру, возглавляющему в Калифорнии центр реабилитации наркоманов и применившему там логотерапию, удалось добиться 40-процентного излечения по сравнению с 11 процентами в среднем при традиционных методах лечения.

Наконец, в этой связи нельзя не упомянуть данные Блэка и Грегсона из Новой Зеландии, согласно которым уровень экзистенциальной фрустрации у преступников существенно выше среднего. Соответственно, Барберу, занимавшемуся логотерапией с несовершеннолетними преступниками, помещенными в его калифорнийский реабилитационный центр, удалось, снизить процент рецидивов с обычных 40 до 17. Рискнем теперь сделать еще один шаг и распространить наши соображения и рассуждения на масштаб всей планеты. Спросим себя, не нужна ли подобная переориентация также и в области исследований проблем мира. По сути, эта область уже давно жестко завязана на проблематику агрессивных потенциалов, и никто пока еще не осмелился выйти в человеческое измерение. А между прочим, именно войдя в то измерение, где существуют собственно человеческие проявления – туда, где мы только и можем встретиться с такими феноменами, как стремление к смыслу, – можно, по всей видимости, установить, что, в конечном счете, именно фрустрация этого стремления к смыслу, экзистенциальная фрустрация и распространяющееся все шире ощущение бессмысленности поддерживают (подчеркиваем: не у животных, а у человека, на человеческом уровне!) агрессивность, если вообще не являются ее причиной.

В пространстве собственно человеческих проявлений попросту не существует агрессии, которая, присутствуя в определенном "количестве", давит на клапан и заставляет меня, ее "беспомощную жертву", искать глазами какие-нибудь объекты, на которые я мог бы ее направить. Как бы агрессия ни преобразовывалась на биологическом уровне и ни укоренялась на психологическом, на человеческом уровне она у меня исчезает, она у меня "прорастает" (в гегелевском смысле) во что-то совсем иное. На человеческом уровне я ненавижу. А ненависть в отличие от агрессии интенционально направлена на нечто, что я ненавижу.

Ненависть и любовь – это человеческие проявления, поскольку они интенциональны, поскольку человек, ненавидящий что-либо или любящий кого-либо, имеет для этого основания. Речь идет именно об основании, а не о причине – психологической или биологической, – которая "из-за его спины" или "через его голову" порождает агрессивность и сексуальность. С биологической причиной мы сталкиваемся, например, в эксперименте В. Р. Хесса, которому с помощью электродов, вживленных в подкорковые мозговые центры кошки, удавалось вызывать у нее вспышки ярости.

Как несправедливы были бы мы к борцам Сопротивления против национал-социализма, если бы стали рассматривать их как жертв собственных "агрессивных потенциалов", которые лишь более или менее случайно оказались направлены против Адольфа Гитлера. Объектом их борьбы был не он, а именно национал-социализм как система. Они противостояли не человеку, а делу. И ведь, по сути, лишь тогда, когда мы в состоянии стать "деловыми" именно в этом смысле, мы становимся по-настоящему человечными, тогда, когда эта направленность на дело дает нам силы не только жить, но и умереть ради него.

До тех пор, пока исследования проблем мира будут заниматься лишь интерпретацией субчеловеческого феномена "агрессия" и не будут анализировать человеческий феномен "ненависть", они обречены на бесплодие. Человек не перестанет ненавидеть, если ему внушить, что им владеют некие механизмы и импульсы. Этот фатализм связан с непониманием того, что, когда я веду себя агрессивно, дело не в механизмах и импульсах, которые могут во мне быть, а в том, что лично я ненавижу и что на мне лежит не вина за это, а лишь ответственность.

Следует сказать о якобы имеющейся возможности канализировать и сублимировать "агрессивные потенциалы". Мы, психологи, могли бы показать, как агрессивность, которую якобы можно переключить на безвредные объекты – например, на телеэкран, – в действительности лишь подкрепляется этим и, подобно рефлексу, еще сильнее закрепляется.

Социолог Кэролин Вуд Шериф опровергла бытующее представление о том, что спортивные состязания представляют собой эрзац-войну без кровопролития. Наблюдения за тремя группами подростков в закрытом летнем лагере показали, что спортивные состязания не снижают, а, наоборот, усиливают взаимную агрессию. Однако, что самое интересное, был один случай, когда взаимную агрессию обитателей лагеря как рукой сняло. Ребят пришлось мобилизовать для транспортировки в лагерь завязших в глинистой почве тележек с продовольствием. Отдавшись делу, хоть и трудному, но осмысленному, они буквально "забыли" про свою агрессию.

«Энциклопедия Смерти. Хроники Харона»

Часть 2: Словарь избранных Смертей

Умение хорошо жить и хорошо умереть - это одна и та же наука.

Эпикур

ГУМИЛЕВ Николай Степанович

(1886-1921) русский поэт, лидер акмеистов, первый муж Анны Ахматовой

О смерти Гумилев думал всегда. Известно, например, что в возрасте 11 лет он пытался покончить жизнь самоубийством. Поэтесса Ирина Одоевцева вспоминает большой монолог о смерти, который произнес перед ней Гумилев в рождественский вечер 1920 года.

"- Я в последнее время постоянно думаю о смерти. Нет, не постоянно, но часто. Особенно по ночам. Всякая человеческая жизнь, даже самая удачная, самая счастливая, трагична. Ведь она неизбежно кончается смертью. Ведь как ни ловчись, как ни хитри, а умереть придется. Все мы приговорены от рождения к смертной казни. Смертники. Ждем - вот постучат на заре в дверь и поведут вешать. Вешать, гильотинировать или сажать на электрический стул. Как кого. Я, конечно, самонадеянно мечтаю, что

Умру я не на постели

При нотариусе и враче...

Или что меня убьют на войне. Но ведь это, в сущности, все та же смертная казнь. Ее не избежать. Единственное равенство людей - равенство перед смертью. Очень банальная мысль, а меня все-таки беспокоит. И не только то, что я когда-нибудь, через много-много лет, умру, а и то, что будет потом, после смерти. И будет ли вообще что-нибудь? Или все кончается здесь, на земле: "Верю, Господи, верю, помоги моему неверию..."

Через полгода с небольшим после этого разговора Гумилев был арестован органами ГПУ за участие в "контрреволюционном заговоре" (так называемое Таганцевское дело). Накануне ареста 2 августа 1921 года, встретившись днем с Одоевцевой, Гумилев был весел и доволен.

"Я чувствую, что вступил в самую удачную полосу моей жизни,- говорил он.- Обыкновенно я, когда влюблен, схожу с ума, мучаюсь, терзаюсь, не сплю по ночам, а сейчас я весел и спокоен". Последним, кто видел Гумилева перед арестом, был Владислав Ходасевич. Они оба жили тогда в "Доме Искусств"-своего рода гостинице, коммуне для поэтов и ученых.

"В среду, 3-го августа, мне предстояло уехать,- вспоминает В. Ходасевич.-Вечером накануне отъезда пошел я проститься кое с кем из соседей по "Дому Искусств". Уже часов в десять постучался к Гумилеву, Он был дома, отдыхал после лекции. Мы были в хороших отношениях, но короткости между нами не было... Я не знал, чему приписать необычайную живость, с которой он обрадовался моему приходу. Он выказал какую-то особую даже теплоту, ему как будто бы и вообще несвойственную. Мне нужно било еще зайти к баронессе В. И. Икскуль, жившей этажом ниже. Но каждый раз, когда я подымался уйти, Гумилев начинал упрашивать: "Посидите еще". Так я и не попал к Варваре Ивановне, просидев у Гумилева часов до двух ночи. Он был на редкость весел. Говорил много, на разные темы. Мне почему-то запомнился только его рассказ о пребывании в царскосельском лазарете, о государыне Александре Федоровне и великих княжнах. Потом Гумилев стал меня уверять, что ему суждено прожить очень долго - "по крайней мере, до девяноста лет". Он все повторял:

Непременно до девяноста лет, уж никак не меньше.

До тех пор собирался написать кипу книг. Упрекал меня:

Вот мы однолетки с вами, а поглядите: я, право, на десять лет моложе. Это все потому, что я люблю молодежь. Я со своими студистками в жмурки играю - и сегодня играл. И потому непременно проживу до девяноста лет, а вы через пять лет скиснете.

И он, хохоча, показывал, как через пять лет я буду, сгорбившись, волочить ноги и как он будет выступать "молодцом".

Прощаясь, я попросил разрешения принести ему на следующий день кое-какие вещи на сохранение. Когда наутро, в условленный час, я с вещами подошел к дверям Гумилева, мне на стук никто не ответил. В столовой служитель Ефим сообщил мне, что ночью Гумилева арестовали и увезли". Обстоятельства смерти Гумилева до сих пор вызывают споры.

"О том, как Гумилев вел себя в тюрьме и как погиб, мне доподлинно ничего не известно,- пишет Одоевцева.- Письмо, присланное им из тюрьмы жене с просьбой прислать табаку и Платона, с уверениями, что беспокоиться нечего, "я играю в шахматы", приводилось много раз. Остальное - все только слухи. По этим слухам, Гумилева допрашивал Якобсон - очень тонкий, умный следователь. Он якобы сумел очаровать Гумилева или, во всяком случае, внушить ему уважение к своим знаниям и доверие к себе. К тому же, что не могло не льстить Гумилеву, Якобсон прикинулся - а может быть, и действительно был- пламенным поклонником Гумилева и читал ему его стихи наизусть".

1 сентября 1921 года в газете "Петроградская правда" было помещено сообщение ВЧК "О раскрытом в Петрограде заговоре против Советской власти" и список расстрелянных участников заговора в количестве 61 человека.

Среди них тринадцатым в списке значился "Гумилев, Николай Степанович, 33 лет, бывший дворянин, филолог, поэт, член коллегии "Издательства Всемирной литературы", беспартийный, бывший офицер. Участник Петроградской боевой организации, активно содействовал составлению прокламаций контрреволюционного содержания, обещал связать с организацией в момент восстания группу интеллигентов, которая активно примет участие в восстании, получал от организации деньги на технические надобности".

В марте 1922 года петроградский орган "Революционное дело" сообщил такие подробности о казни участников дела профессора Таганцева:

"Расстрел был произведен на одной из станций Ириновской ж[елезной] д[ороги]. Арестованных привезли на рассвете и заставили рыть яму. Когда яма была наполовину готова, приказано было всем раздеться. Начались крики, вопли о помощи. Часть обреченных была насильно столкнута в яму, и по яме была открыта стрельба. На кучу тел была загнана и остальная часть и убита тем же манером. После чего яма, где стонали живые и раненые, была засыпана землей".

Георгий Иванов приводит слова Сергея Боброва (в пересказе М. Л. Лозинского) о подробностях расстрела Гумилева: " - Да... Этот ваш Гумилев... Нам, большевикам, это смешно. Но, знаете, шикарно умер. Я слышал из первых рук (т. е. от чекистов, членов расстрельной команды). Улыбался, докурил папиросу... Фанфаронство, конечно. Но даже на ребят из особого отдела произвел впечатление. Пустое молодечество, но все- таки крепкий тип. Мало кто так умирает..."

В конце 1980-х годов в СССР вспыхнула дискуссия о гибели Гумилева. Юрист в отставке Г. А. Терехов сумел посмотреть дело Гумилева (все дела такого рода обычно засекречены) и заявил, что с юридической точки зрения вина поэта заключалась только в том, что он не донес органам советской власти о предложении вступить в заговорщицкую офицерскую организацию, от чего он категорически отказался. Никаких других обвинительных материалов в том уголовном деле, по материалам которого осужден Гумилев, нет.

А это значит, что с Гумилевым поступили вне закона, так как по уголовному кодексу РСФСР того времени (статья 88-1 он подлежал лишь небольшому тюремному заключению (сроком от 1 до 3 лет) либо исправительным работам (до 2 лет).

Мнение Г. А. Терехова оспорил Д. Фельдман, указав, что, наряду с уголовным кодексом, могло быть применено постановление о красном терроре, принятое Советом Народных Комиссаров 5 сентября 1918 г., где говорилось, что "подлежат расстрелу все лица, причастные к белогвардейским организациям, заговорам и мятежам".

Если принять во внимание этот декрет о терроре, то становится ясным, почему могли расстрелять Гумилева всего лишь за недонесение. Судя по постановлению о расстреле, многие "участники" заговора (в том числе 16 женщин!) были казнены за куда меньшие "преступления". Их вина характеризовалась такими, например, выражениями: "присутствовал", "переписывал", "знала", "разносила письма", "обещал, но отказался исключительно из-за малой оплаты", "доставлял организации для передачи за границу сведения о... музейном деле", "снабдил закупщика организации веревками и солью для обмена на продукты".

Остается добавить, что Гумилев, как и многие поэты, оказался пророком. В стихотворении "Рабочий" (из книги "Костер", вышедшей в июле 1918 года) есть такие строки:

Он стоит пред раскаленным горном,

Невысокий старый человек.

Взгляд спокойный кажется покорным

От миганья красноватых век.

Все его товарищи заснули,

Только он один еще не спит:

Все он занят отливаньем пули,

Что меня с землею разлучит.

Пуля, им отлитая, просвищет

Над седою, вспененной Двиной,

Пуля, им отлитая, отыщет

Грудь мою, она пришла за мной..

Единственно, что не угадал Гумилев,- это название реки: в Петрограде течет не Двина, а Нева.

26 августа 1921 года - дата смерти поэта Николая Гумилева . Ради этой находки историк и руководитель центра «Возвращенные имена» Анатолий Разумов потратил двадцать пять лет жизни.

— Анатолий Яковлевич, правильно ли я понимаю, что о смерти Гумилева не было никаких сведений.

— Почти никаких. Достоверно было известно, что 3 августа 1921 года Гумилёв был арестован по подозрению в участии в заговоре «Петроградской боевой организации», а спустя несколько дней — расстрелян. Никакого документа о смерти Гумилева не было, потому и даты расстрела назывались разные: то ли 24 августа 1921 года — это дата вынесения приговора, то ли 25 августа — следующий день после исполнения.

— Правда ли, что поисками даты смерти Гумилева вы занимались четверть века?

— Это так. В успех поисков мало кто верил. Даже сын поэта — историк Лев Гумилев считал, что поиски тщетны. Дело отца сфабриковано, — говорил Лев. Документов нет. Просто вывели во двор, стрельнули в упор. И все.

— А вы считали, что дело не фальсифицировано?

— Дело действительно было сфальсифицировано, но эта фальсификация была особого толка. Всех недовольных и оппозиционеров чекисты искусственно объединяли в одну компанию, приписывали во главу известных людей. Такими людьми стали профессорский сын Владимир Таганцев, по имени которого названо дело и поэт Николай Гумилев. Я был уверен, что найду необходимые документы, ведь Дело петроградской боевой организации было образцово фальсифицированным делом НКВД. Долгое время его брали за образец для фабрикации других подобных дел.

— Как велись поиски?

— Мне посчастливилось работать с Кириллом Таганцевым, сыном расстрелянного в 1921 году Владимира Таганцева. Он ревностно относился к истории расстрела своего отца и, согласно закона о реабилитации, запрашивал копии дела петроградской боевой организации. Эти копии мы тщательно изучали. Но, к сожалению, документов, связанных с приведением приговоров в исполнение, с расстрелом — найти в деле мне не удавалось. И долгие годы моей мечтой было - найти эти бумаги...

— И что же в результате помогло поискам?

Как водится, случайность... Много лет я составляю книгу памяти расстрелянных с 1918 по 1941 года. Я работал над «Петроградским мортирологом» — томом, посвященным расстрелянным с 1917 по 1923 год. Понятно, что находились далеко не все и далеко не по всем делам. И поэтому мою находку можно считать великим счастьем и удачей. Мне удалось найти копию списка растрелянных по делу Петроградской боевой организации... Это был список из пятидесяти девяти человек, в котором имя Николая Гумилева значилось под цифрой 31. Узники были получены комендантом Пучковым 25 августа. Неровным почерком с орфографическими ошибками на списке было написано: «означенные в количестве 56 человек в ночь на 26 августа расстреляны. Один из них» доставлен обратно».

— Это был Гумилев?

— Обратно доставили Генриха Рыльке. Не был убит в тот день и Владимир Николаевич Таганцев. Их расстрел отложили до дополнительного допроса. Но потом — были убиты и они. Это было правилом чекистов: людей, которые были приговорены к расстрелу, нельзя было возвращать. Их потом достреливали.

Как убивали Гумилева

«К сожалению, — отметил собеседник, — описания подобных процедур хорошо известны». Историк и руководитель центра «Возвращенные имена» Анатолий Разумов попытался воссоздать тот вечер.

Вечером, 25 августа Гумилева вызвали из камеры на медосмотр. Его привели в небольшую комнату, которую между собой чекисты называли комнатой вязки рук. Начальник за столом спросил установочные данные: имя, фамилию, отчество, год рождения. Попросил сдать личные вещи.
— Потом эти вещи по накладным поступали в финотдел для учета государством, — продолжает Разумов. — Мне приходилось видеть квитанции. Там значились платья, шинели, микроскоп, гармонь рваная. И самое страшное — зубы и коронки белого и желтого металла...

Самые ценные вещи начальник положил в ящик стола и громко произнес: «К этапу готов». Эта была условная фраза. Сразу же сзади к Гумилеву подбежали двое молодчиков и начали вязать руки. Они привыкли выполнять эту работу быстро и четко, как на конвейере. Но бывало, что после особо ударной ночи, дети специалиста по вязке рук спрашивали отца: папа, что ты делал, почему они так натружены?
В одном нижнем белье поэта препроводили в комнату вязки ног и усадили на пол, где пятьдесят семь таких же узников. Сидели долго. Ждали ночи и машин, на которых их повезут к месту казни. Время от времени в комнату врывались чекисты и били куда попало, чтобы поддерживать узников в полуобморочном состоянии. К месту казни их привезли почти бесчувственных. Самый здоровый чекист носил связанных к яме, складывал на краю, головой вниз.
— Ложись поудобнее, будем тебя стрелять, — говорили палачи.
А если человек, как червяк, старался отползти, его допинывали ногами...
Расстрел продолжался всю ночь.

— Николай Гумилев умер 26 августа 1921 года. И более точную дату смерти мы вряд ли получим, — заканчивает монолог историк и добавляет неожиданную фразу: — Гумилеву в некотором смысле повезло. Его действительно расстреляли...

— Что вы имеете в виду?

— Я историк и археолог. До сих пор у меня перед глазами стоит дно четырехметровой ямы Бутовского полигона, где мы вели раскопки. Я расчищал скальпелем кисть руки человека и вдруг понял, что эта рука переплетена с другой рукой. Два человека, лежащие на дне траншеи перед смертью переплели руки. Это значит, они были живы перед тем, как яму закопали! Исследования подтвердили наши догадки. На открытом нами пространстве огромной траншеи с казненными было около пятидесяти пяти черепов. И лишь в трех из них мы нашли пулевые отверстия...

— Но почему...

— Расстрел именовался расстрелом только по документам. А по исследованию оказывалось, что людей душили, топили, забивали дубинами. Например, в Белозерске топорами зарубили 55 человек... Часто использовали малокалиберное оружие. Это делалось с прагматической точки зрения, чтобы уменьшить выброс крови и не тратить лишние боеприпасы. Все палачи были заядлыми охотниками. Зачем им было тратить лишние патроны?

— Анатолий Яковлевич, а что можно сказать о месте смерти Гумилева?

— И это тоже неизвестно. Правда, есть сведения, что Анну Ахматову водили к предполагаемой могиле Гумилева. Ее повели однажды ночью, от платформы Бернгардовка мимо усадьбы Приютино и показали две просевшие ямы: предполагаемое место братской могилы. Никому не говорил, но скажу вам: возможно, Пушкинские мотивы в творчестве Ахматовой связаны именно с этим. В усадьбе Приютино часто останавливался Пушкин. Мимо мест, связанных с одним великим Поэтом, Ахматову вели к могиле другого Поэта, ее мужа. И все, что врезалось в ее память - мы должны принимать во внимание. И у меня есть основания считать, что поиски этой могилы должны быть сосредоточены на этом пути.

— Вы думаете, могилу можно найти?

— Я уверен, что документы, свидетельствующие, где происходил расстрел, до сих пор хранятся где-то в архивах. Найти место смерти Гумилева и отца Павла Флоренского — сейчас — главные задачи моей жизни.

15 апреля – 130 лет со дня рождения знаменитого поэта Николая Гумилева . А в августе другая памятная дата: 95 лет назад, в августе 1921 года, Гумилев был расстрелян вместе с другими контрреволюционерами — участниками «Петроградской боевой организации В. Н. Таганцева ». Где это произошло, точно неизвестно до сих пор. Скорее всего, на Ржевском артиллерийском полигоне.

Прокуратура ориентировалась на политиков

Долгое время считалось, что казнь произошла то ли 24, то ли 25 августа. И лишь совсем недавно петербургским исследователям удалось установить точную дату – 26 августа.

Говорят, что, когда приговоренных к смерти выстроили перед расстрелом, руководитель казни прокричал:

— Кто здесь поэт Гумилев? Выходите из строя.

На что Николай Степанович ответил так:

— Здесь нет поэта Гумилева. Здесь есть офицер Гумилев.

И остался в строю.

Впрочем, это не более чем легенда. Хотя многие люди боролись за то, чтобы поэт остался в живых. Знаменитый писатель Максим Горький дважды безрезультатно обращался к самому Владимиру Ленину .

Вот выдержка из справки, подготовленной прокуратурой Российской Федерации весной 1992 года: «Достоверно установлено, что «Петроградской боевой организации», ставившей целью свержение Советской власти, как таковой не существовало, она была создана искусственно следственными органами из отдельных групп спекулянтов и контрабандистов, занимавшихся перепродажей денег и ценностей за границей и переправкой людей, желавших эмигрировать из России . А уголовное дело в отношении участников организации, получившей свое название только в процессе расследования, было полностью сфальсифицировано».

По свидетельству доктора исторических наук Владлена Измозика , попытки реабилитировать Николая Гумилева предпринимались и в хрущевскую «оттепель». Что, в частности, позволило бы начать публикацию его стихов. Однако это сделано не было. Между тем, как справедливо утверждает писатель и историк Елена Прудникова , в шестидесятые годы к вопросам реабилитации подходили более тщательно и всесторонне, нежели в конце восьмидесятых — начале девяностых.

Другой известный историк Лев Лурье считает, что «заговор Таганцева» существовал, поэт Гумилев в нем участвовал и погиб в схватке с большевистской властью.

— Принятое в 1992 году решение, скорее всего, объясняется двумя причинами, — сказал историк корреспонденту «Комсомолки». – Во-первых, вина Гумилева и его товарищей не была доказана с юридической точки зрения. Во-вторых, на сотрудников прокуратуры, вероятно, оказывала воздействие политическая обстановка, воцарившаяся после распада СССР . Чтобы еще раз показать: большевики были нетерпимы к интеллигенции.

Основал акмеизм, интересовался тайнами Востока

Жизнь и смерть Николая Гумилёва напоминают героическую сказку. Он был одним из ярчайших поэтов своего времени. Причём, в отличие от большинства современников, не исповедовал идеологию упадничества и пессимизма. Напротив, видя угасание символизма, создал в поэзии принципиально новое течение – акмеизм, провозглашающее ясность образов и мыслей. Увлекался тайнами Востока , но более всего его манила неизведанная Африка . Поэт дважды совершал долгие и опасные путешествия на африканский континент.

Когда грянула Первая мировая война, Николай Гумилев ушел на фронт добровольцем. Был в разведке, дослужился до офицерского звания, его дважды награждали Георгиевским крестом.

После Октябрьской революции Гумилев занимался тем, чем в его представлении и должен заниматься профессиональный литератор. Выступал с лекциями, читал стихи, руководил литературной секцией в хорошо известном сейчас петербуржцам Доме Мурузи . В 1919 году Горький основал издательство «Всемирная литература», которая занималась переводом произведений знаменитых зарубежных писателей. Николай Гумилев – здесь фактически второй после Горького человек. И все это происходило в голодном, холодном, можно сказать, вымирающем Петрограде .

Возможно, на основании этих фактов некоторые исследователи делают вывод, что Николай Гумилев лояльно относился к Советской власти, и в заговоре не участвовал. Хотя и мог знать о его существовании.

— Это маловероятно, — считает член Союза писателей России Ирина Измайлова . – Поэт не скрывал своего отрицательного отношения к новой власти, называл себя монархистом, прилюдно крестился перед храмами.

Встретились два Георгиевских кавалера

В конце весны 1918 года в Москве был образован Всероссийский национальный центр, филиалы которого существовали в ряде городов, включая Петроград. В организацию входили в основном представители недовольной новым режимом интеллигенции, среди которых был и профессор Санкт-Петербургского университета географ Владимир Таганцев. В задачу Центра в первую очередь входило налаживание жизни в освобожденных от большевиков городах.

Но чекисты вышли на след и разгромили Национальный центр. Таганцев чудом избежал ареста и создал в Петроградскую боевую организацию со схожими задачами.

— Николая Гумилева, который к этому времени окончательно разочаровался в большевистском режиме, вовлек в организацию один из руководителей ПБО, боевой офицер и Георгиевский кавалер Юрий Герман. — Их познакомил ученик знаменитого поэта Георгий Иванов , — говорит Лев Лурье. – Следует напомнить, что вскоре Гумилев был избран председателем Петроградского отдела Всероссийского Союза поэтов.

Из частично рассекреченных материалов дела Петроградской боевой организации: « Гумилев утверждает, что с ним связана группа интеллигентов, которой он сможет распоряжаться, и в случае выступления согласна выйти на улицу, но желал бы иметь в распоряжении для технических надобностей некоторую свободную наличность».

В феврале 1921 года на квартиру Гумилева пришел еще один руководителе ПБО Вячеслав Шведов. Он принес ленту для печатной машинки и значительную сумму денег. Все это предназначалось для печатания листовок и прокламаций.

Вот что вспоминала ученица Гумилева, поэтесса и прозаик Ирина Одоевская:

«Не рассчитав движения, я вдруг совсем выдвинула ящик и громко ахнула. Он был туго набит пачками кредиток.

Николай Степанович, какой вы богатый! Откуда у вас столько денег? - крикнула я, перебивая чтение.

Гумилев вскочил с дивана, шагнул ко мне и с треском задвинул ящик, чуть не прищемив мне пальцы.

Он стоял передо мной бледный, сжав челюсти, с таким странным выражением лица, что я растерялась. Боже, что я наделала!

Простите, - забормотала я, - я нечаянно… Я не хотела… Не сердитесь…

Он как будто не слышал меня, а я все продолжала растерянно извиняться. И он, взяв с меня клятву молчать, рассказал, что участвует в заговоре. Это не его деньги, а деньги для спасения России. Он состоит во главе ячейки и раздает их членам своей ячейки».

На пороге новой гражданской войны

Конец 1920 — начало 1921 года – тяжелое время для большевиков. Повсеместно вспыхивают крестьянские восстания, в Петрограде нарастает забастовочное движение, а в Кронштадте зреет мятеж.

По словам доктора исторических наук Владимира Черняева , восстание хотели начать в мае, когда растает лед и станет невозможным штурм острова. И одновременно с выступлениями в Петрограде. При этом на помощь восставшим могли подойти находящиеся поблизости английские и французские корабли.

Но события развивались стремительно. В конце февраля остановились практически все петроградские предприятия, проходят митинги, звучат политические лозунги. Среди агитаторов замечен и Николай Гумилев, который призывает к свержению власти большевиков.

В Кронштадте забастовки в бывшей столице восприняли как сигнал к началу действий: вспыхивает мятеж.

В Кремле осознают, что страна стоит на пороге новой, еще более страшной гражданской войны. На подавление восстания бросают лучшие части, которыми руководит Михаил Тухачевский . 18 марта после кровопролитных боев Красная Армия взяла Кронштадт.

В эти мартовские дни примерно восемь тысяч жителей острова по льду ушли вФинляндию . Они горели желанием отомстить за погибших товарищей. ПБО, а у организации были налажены связи с белоэмигрантскими кругами во многих странах, начинает готовить новое выступление. Для этого из Финляндии в Петроград Юрий Герман перебрасывает бывших участников Кронштадтского мятежа. У заговорщиков грандиозные планы, включая покушения на «хозяина Петрограда» Григория Зиновьева и наркома внешней торговли ЛеонидаКрасина . Однако сделать удалось немногое – лишь поджечь накануне 1 Мая трибуны на Дворцовой площади и заложить взрывчатку под гипсовую модель памятника Володарскому.

— Чекисты смогли завербовать некоторых из прибывающих контрреволюционеров, — говорит Владлен Измозик. – Один из них – боцман линкора «Петропавловск » — и вывел на Владимира Таганцева, арестованного 31 мая.

Профессор поверил чекисту

Для расследования этого дела из Москвы в Петроград приехал следователь Яков Агранов, одна из главных задач которого – выявить связь Петроградской боевой организации с зарубежными эмигрантскими центрами. В городе начинаются массовые аресты. «В 1921 году семьдесят процентов интеллигенции были одной ногой в стане врага. Мы должны были эту ногу ожечь», — заявил Агранов.

Но Гумилева пока не трогают. В день задержания Таганцева поэт был на пути вКрым , вернувшись в Петроград, продолжил заниматься подпольной работой.

А вот Владимир Таганцев все это время находился в подавленном состоянии: он даже пытался покончить жизнь самоубийством. Чтобы, не прибегая к пыткам, заставить подследственного давать показания, Агранов пообещал, что суд над членами ПБО будет открытым, никого не расстреляют, невиновных отпустят на свободу.

— Cо слов Таганцева Агранов уже знал, что Гумилев находится в резерве организации и связь с ним поддерживается через к тому времени уже погибших Германа и Шведова , — утверждает Лев Лурье.

На допросах поэт держался мужественно. Он не назвал ни одного члена ПБО, кроме уже погибших, настаивал на том, что играл в организации второстепенную роль.

Никакого открытого суда, обещанного Яковым Аграновым , не было. Приговор вынесла коллегия ВЧК.

— Мне известно, что существует до сих пор засекреченное письмо Якова Агранова на имя Феликса Дзержинского, — говорит Измозик. – Автор возмущается, что ему не дали выполнить обещание, которое он дал Таганцеву.

Есть и такая, правда, документально не подтвержденная версия. В последний момент Владимир Ленин все же согласился сохранить жизнь знаменитому поэту. Но, узнав об этом, петроградские власти во главе с Григорием Зиновьевым настояли на том, чтобы приговор как можно быстрее был приведен в исполнение.

Это — интересно

1. Программу ПБО смело можно назвать социалистической: упразднение однопартийной системы; уравнивание всех политических партий и групп в правах; отказ от восстановления привилегий и частных владений, утраченных в революцию; передача земли крестьянам; развитие аренды и концессий предприятий, торгового и частного банковского капитала; государственный контроль над производством; аннулирование займов и долгов России; деполитизация и укрепление армии; пересмотр мирных договоров, заключенных большевиками c зарубежными государствами.

2. По делу «Петроградской боевой организации В. Н. Таганцева» 1921 году арестовали 833 человека. Расстреляно по приговору или убито при задержании 96 человек, отправлено в концентрационный лагерь 83, освобождено из заключения 448. Судьба многих членов ПБО по-прежнему остается неизвестной.

3. Владимир Николаевич Таганцев родился в 1889 году. выпускник физико-математический факультета Санкт-Петербургского университета. После завершения учебы был оставлен при университете для подготовки к профессорскому званию.

Изучал ледники Азии , составлял карту почвенных зон Кокандского уезда Ферганской области. За исследования в Туркестанском хребте был награжден малой серебряной медалью Географического общества.

В апреле 1919 его избрали преподавателем на кафедре географии Петроградского университета. Расстрелян 29 августа 1921 года.

О Н.С. Гумилеве так и хочется пофантазировать, что было бы, если бы он остался жив. И кстати, этим время от времени занимаются писатели и историки, в разной степени давая волю воображению.

Потому что погиб слишком рано, слишком странно и на «перекрестке эпох». У него всего много: людей, зверей, птиц, любви, печали, веселья, ревности, иронии. Если дружить, то с Люцифером. Если любить – то какое-нибудь благородное сердце. И от этой любви непременно пострадать. К этому витальному многообразию, в котором сама смерть обаятельна, совсем не вяжется нелепое, дикое обвинение в контрреволюционном заговоре и поспешный расстрел, без выяснения обстоятельств.

Мне кажется, Н.С., не будь он расстрелян, вполне бы мог стать культовым советским поэтом, в одном ряду с Маяковским и Есениным . Кроме того, что он не писал антисоветских стихов, он был героически безупречен, с точки зрения биографии. В мирное время методично сбегал в Африку , в военное — рискуя собой, спасал людей, ходил в разведку, получив три Георгиевских креста. Он как будто придумал себе свою личную Тайгетскую скалу и регулярно с нее прыгал, тренируя выносливость и убеждая всех, что преодолел свое «человеческое» — и в жизни, и в поэзии.

Тогда литературе как раз были нужны не «поэты-гражданины » (это было опасно) и не «поэты-пророки» (это было еще опасней), а «поэты-герои».

Как и в случае с Мандельштамом , точная дата смерти и место его могилы неизвестны. Широкому читателю остался только миф, навеки приклеивший Н.С. ярлык «первого мужа Ахматовой ». Очень жаль.

Из поэмы «Память»:

…Память, ты рукою великанши

Жизнь ведешь, как под уздцы коня,

Ты расскажешь мне о тех, что раньше

В этом теле жили до меня.

Самый первый: некрасив и тонок,

Полюбивший только сумрак рощ,

Лист опавший, колдовской ребенок,

Словом останавливавший дождь.

Дерево да рыжая собака

— Вот кого он взял себе в друзья,

Память, память, ты не сыщешь знака,

Не уверишь мир, что то был я.

И второй… Любил он ветер с юга,

В каждом шуме слышал звоны лир,

Говорил, что жизнь - его подруга,

Коврик под его ногами - мир…

Следователь, допрашивавший Гумилева, не знал, кого отправляет на расстрел.