Как умирал павлов академик. Академик Павлов занят

Наши герои - те выдающие люди, которые служили во славу Отечества до 1917 года, а после 1917 года продолжили заниматься там же и тем же самым.

Судьба академика Павлова - яркий пример того, как можно более чем скептически относиться к любому политическому режиму своей страны, не исключая и большевистский, не стесняться публично оппонировать государственной идеологии, власти, лично главе Совнаркома и даже всесильному НКВД, - и при этом буквально до последнего вздоха собственным трудом делать страну и государство сильнее и лучше. И незадолго до смерти - снисходительно признать, что Советская власть делает то же самое, ну и пусть делает, так и быть.

Все знают, что академик Павлов открыл условные рефлексы, после чего стал первым русским лауреатом Нобелевской премии. Что он был верующим и даже церковным старостой. Что он, несмотря на враждебное отношение к большевикам, наотрез отказался покинуть Россию после революции, хотя его настойчиво звали за границу…

На самом деле не всё из вышесказанного соответствует истине: истина, как водится, гораздо проще - и при этом куда более впечатляющая.

Иван Петрович Павлов - один из тех русских учёных, чей авторитет в мировой науке бесспорен. Так было до 1917 года, так было после него, так остаётся до сих пор. Западные газеты называли его «романтической, почти легендарной личностью», «звездой, которая освещает путь человечеству». Он был почётным членом 130 академий, университетов, научных обществ. Именно он сделал физиологию из «нелюбимого ребёнка» медицины полноправной наукой о человеке, признанной во всем мире.

Как идут в науку

Особенное уважение к Павлову вызывает то, какие препятствия ему пришлось преодолеть на пути к научным достижениям. Он родился 14 (26) сентября 1849 году в Рязани в многодетной семье священника и как старший сын был призван продолжить дело отца.

Обучаясь в семинарии, Иван предпочитал читать не духовную литературу, а книги о природе, о строении Земли и человеческого тела. Особенно большое впечатление на него произвела книга «отца русской физиологии» Ивана Михайловича Сеченова «Рефлексы головного мозга». Выучив её чуть ли не наизусть, юноша против воли родителей ушёл из семинарии и уехал в Санкт-Петербург поступать в университет.

На медицинский факультет поповичей не брали, и Павлов поступил на юридический, откуда перевёлся на естественное отделение физмата. Окончив его, решил углублённо заняться физиологией, для чего поступил в Медико-хирургическую академию. С наставниками ему не везло: сперва академию покинул Сеченов, потом другой видный физиолог - Илья Цион. Доучиваться Павлову пришлось в Германии, а практические навыки он получил в лабораториях известных врачей, в том числе Сергея Петровича Боткина. Будучи от рождения левшой, он так натренировался, что оперировал сразу двумя руками.

Полностью погружённый в науку, Павлов не заботился ни о быте, ни о личной жизни. Только в 30 лет он впервые влюбился в Серафиму Карчевскую, слушательницу педагогических курсов. Черноглазая ростовчанка была очень мила, да и Иван Петрович обладал приятной внешностью. Карчевская вспоминала, что он «был хорошо сложён, ловок, подвижен, очень силён, говорил горячо, образно и весело. У него были русые кудри, длинная русая борода, румяное лицо, ясные голубые глаза, красные губы с совершенно детской улыбкой и чудесные зубы» . Родители Павлова, с трудом смирившиеся с его отказом от священства, как раз тогда подобрали ему невесту - дочь богатого столичного чиновника. Но он твёрдо решил, что женится только на Серафиме.

После свадьбы, состоявшейся в Ростове, молодые вернулись в Петербург и поселились на казённой квартире у брата Павлова Дмитрия. Первый родившийся у них сын вскоре умер, но за ним последовали ещё четверо детей: Владимир, Вера, Виктор, Всеволод.

Чтобы как-то прокормить семью, Павлов начал преподавать в школе для фельдшериц. Платили там мало, но и эти деньги он нередко тратил на покупку собак, на которых ставил опыты. Ещё много лет он на собственные средства покупал оборудование и платил зарплату сотрудникам. Однажды его студенты, узнав про материальные трудности любимого педагога, собрали для него солидную сумму, но он и её потратил на собак.

Как становятся великими

Первое серьёзное открытие Ивана Петровича стало темой для докторской диссертации под названием «Центробежные нервы сердца» (1883). После этого он много лет совмещал преподавание в Военно-медицинской академии с работой в новом Институте экспериментальной медицины.

Именно там он провёл самые знаменитые свои опыты с мнимым кормлением собак. Павлов перерезал им пищевод так, что пища не попадала в желудок, и фиксировал при этом выделение желудочного сока. Это означало, что пищеварение контролируется высшей нервной деятельностью - еда ещё не дошла до желудка, а переваривание уже началось, поскольку мозг, зрение и обоняние дали соответствующий сигнал.

За этим открытием последовало изучение всей системы условных рефлексов - реакций приспособления организма к внешним раздражителям. Павлов доказал, что мозг собаки способен на довольно сложные ассоциации - если одновременно с появлением мяса звенел звонок, через какое-то время желудочный сок у неё выделялся при одном этом звуке.

Конечно, опыты Павлова - касались не только собак - он установил, что психические рефлексы регулируют пищевое поведение и у людей. Эта идея дала медикам ключ к излечению многих заболеваний желудочно-кишечного тракта.

В результате опытов Павлова (как и других учёных) гибло множество животных. Профессор утешал себя мыслью, что работает в интересах науки, на благо человечества. Он писал: «Когда я приступаю к опыту, связанному в конце с гибелью животного, я испытываю тяжёлое чувство сожаления, что прерываю ликующую жизнь, что являюсь палачом живого существа. Но переношу это в интересах истины, для пользы людям» .

Он спорил с теми, кто предлагал из гуманизма запретить его опыты и вместе с тем не обращал внимания на убийство зверей и птиц «только ради удовольствия и удовлетворения пустых прихотей». В его лаборатории с подопытными животными всегда обращались хорошо и обильно кормили, даже в голодные революционные годы. Павлов много раз предлагал поставить памятник собаке, и в самом конце его жизни такой памятник появился - он стоит в Петербурге, у здания Института экспериментальной медицины.

Открытия Павлова стали известны не только в России, но и во всем мире. В 1903 году он сделал главный доклад (на русском языке) на Международном медицинском конгрессе в Мадриде. А в следующем, 1904-м, получил только что учреждённую Нобелевскую премию - не за теорию условных рефлексов, которой тогда как таковой ещё не было, а за изучение физиологии пищеварения. Говорили, что Альфред Нобель, впечатлённый его работами, специально предназначил свою премию не только для медиков, но и для физиологов, чтобы именно Павлов мог получить её.

Жизнь, наука и религия

После этого материальное положение учёного впервые стало стабильным, он с семьёй переехал в большую светлую квартиру на Васильевском острове. Дал волю давней страсти к коллекционированию, собирая всё подряд - картины, монеты, марки, бабочек. В 1907 году он стал академиком, получил чин статского советника, а с ним - потомственное дворянство.

Казалось, под шестьдесят он переживает вторую молодость. Здоровье его оставалось превосходным и тогда, и гораздо позже: каждый день он полчаса делал гимнастику, обливался ледяной водой и везде ходил пешком. «Иван Петрович ходил так быстро, что обгонял извозчиков», - вспоминала его жена. Он даже возглавил «Общество врачей - любителей физических упражнений и велосипедной езды», присваивая его членам шуточные звания. Опытные спортсмены получали название «столпа», те, кто послабее - «подпорки» и так далее, вплоть до «щепки» и «хлама».

Открыв для себя радости жизни, Иван Петрович обнаружил, что жена его в заботах о семье состарилась, а он остался крепким мужчиной. В его институт как раз пришла устраиваться новая сотрудница - 35-летняя Мария Петрова. Светская дама, супруга знаменитого в те годы священника Григория Петрова, она пошла в медицину, чтобы приносить пользу людям. И привлекла Павлова ростом, статью и отменным - таким же, как у него самого - здоровьем. Когда они впервые остались наедине в его кабинете, он предложил ей… побороться и не без труда уложил-таки на лопатки. После чего они оставались вместе четверть века, до конца жизни. Однако потом дочь Вера, главная хранительница памяти академика, сумела вычеркнуть Марию Капитоновну из его биографии. Её мемуары были упрятаны в архив, и лишь недавно отрывки из них стали появляться в прессе.

При этом с женой Павлов не расставался, сохранял с нею самые тёплые отношения и именно из привязанности к ней каждое воскресенье ходил в соседнюю Знаменскую церковь.

С этим связана легенда о его истовой религиозности, хотя на самом деле веру в Бога он утратил ещё в юности. В одном интервью он говорил: «Я верю в науку, в то, что только её прогресс даст счастье человечеству. Эта вера давала и дате мне силы и помогает вести свою работу… Я выступаю против гонения на церковь, на религию. Я считаю, что нельзя отнимать веру в Бога, не заменив её другой верой» . В церковь он ходил ещё и послушать любимые с детства песнопения.

При этом, став председателем Общества русских врачей, отменил ежегодную панихиду по своему наставнику Боткину. А потом жалел: «Какого я дурака свалял! Мне не хотелось нюхать ладан, а я не подумал о том, что чувствуют члены семьи. Я неверующий, но должен считаться с чувствами верующих!» Уже в конце жизни, отвечая вместе с другими представителями науки на вопросы анкеты архиепископа Кентерберийского, он написал, что не верит в Бога, но на вопрос «Считаете ли вы религию совместимой с наукой?» ответил так: «Да, считаю. Многие выдающиеся учёные были верующими, значит, это совместимо» .

Как не любить Советскую власть

Была и другая причина, по которой Павлов в конце жизни крестился на все церковные купола: хотел позлить большевиков.

Несмотря на свой глубокий патриотизм, он критически относился к любой власти и не считал нужным этого скрывать. В 1905-м говорил коллегам-профессорам: «На троне сидит вырожденец. Только революция может спасти Россию!» В 1917-м так же сурово отзывался о премьер-министре Александре Керенском: «Паршивый адвокатишка! Такая сопля во главе государства - он же загубит всё!»

Советская власть не стала исключением - и ей от Павлова досталось, и досталось поболе прочих. Один из его друзей вспоминал: «Он говорил постоянно о гибели родины, враждебно и недоверчиво относился к большевикам, открыто выражая своё неудовольствие к различным их мероприятиям» .

Гражданская война коснулась и его семьи. Младший сын академика Всеволод, филолог-пушкинист, в годы Первой мировой стал офицером, потом вступил в белую армию и оказался в итоге в эмиграции. Другой сын, Виктор, тоже бежал к белым, но в пути умер от тифа. У самого Ивана Петровича с новой властью тоже отношения не заладились: его дважды арестовывала ЧК, но за него заступался нарком просвещения Луначарский; он же спас учёного от квартирного «уплотнения».

Впрочем, печальный опыт Павлова не «образумил», и он продолжал в публичных лекциях резать правду-матку - обличать большевистский режим, «ведущий страну к одичанию». Можно не сомневаться, что именно Иван Петрович стал главным прототипом булгаковского профессора Филиппа Филипповича Преображенского.

Эмиграция как шантаж

Принято считать, что в те трудные годы Павлова настойчиво звали то в Швецию, то в Англию, то в Америку, обещая предоставить ему лабораторию и чуть ли не собственный институт. Это отражено и в фильме 1949 года «Академик Иван Павлов», где учёный (изображённый почти что святым) в ответ гордо отвечает: «Никуда я из России не уеду!» Нетрудно заметить, что в такую ситуацию легенды ставили каждого русского гения, начиная с Ломоносова. На самом деле никакой институт Павлову никто не обещал, сам же он одно время действительно настойчиво просил отпустить его за рубеж.

В июне 1920 года в письме в Совнарком он жаловался на невыносимые условия жизни и работы: «Я принуждён исполнять в соответствующий сезон работу огородника, в мои годы не всегда лёгкую, и постоянно действовать дома в роли прислуги, помощника жены по кухне и содержанию квартиры в чистоте, что всё вместе отнимает у меня большое и лучшее время дня. Несмотря на это, мне и жене приходится питаться плохо и годами не видеть белого хлеба, неделями и месяцами не иметь ни молока, ни мяса» .

Навестивший академика в том же 1920-м Герберт Уэллс пришёл в ужас: в кабинете нобелевского лауреата лежала в углу грязная куча картошки и репы - пропитание на зиму, выращенное самим Павловым во дворе института.

Но похоже, что своими письмами академик пытался не добиться отъезда за рубеж - легко ли в 70 лет начинать жизнь заново? - а улучшить своё положение на родине. Этому помогло и письмо шведского Красного Креста, который в ноябре 1920 года предложил обменять Павлова на лекарства для петроградских больниц.

После этого Ленин распорядился «создать выдающемуся учёному И. Павлову все условия для работы». В январе 1921-го Совнарком издал уникальное постановление, которое гарантировало Ивану Петровичу особое место в советской науке. Оно предписывало издать его труды в России и за границей, выделить его семье двойной академический паёк, обставить его квартиру и лаборатории «максимальными удобствами».

Спецпаёк Павлова был по тем временам роскошным: в месяц он составлял 70 фунтов муки, 25 фунтов мяса, 12 фунтов рыбы, 750 штук папирос и так далее. Приставленный к нему в качестве секретаря товарищ Алейников заботливо наставлял: «Напишите вашим зарубежным коллегам, что ни в чем не нуждаетесь».

Но Павлов - неслыханное дело! - отказался от царского, то есть ленинского подарка: «Мы с женой находим для себя неприемлемым быть в привилегированном положении сравнительно с нашими ближайшими товарищами» . Власть верно поняла сигнал: вскоре учёные Петрограда, лишённые карточек как «нетрудовые элементы», тоже были обеспечены пайками, хоть и менее обильными.

Как ругаться с Советской властью и… благословить её

А в 1925 году специально «под Павлова» был основан Институт физиологии АН СССР, который он возглавил. Под Ленинградом, в Колтушах, появилась биологическая станция - настоящий город науки - на которую правительство выделило 12 млн рублей. Ежегодно там работали десятки советских и зарубежных физиологов - стажироваться у Павлова считалось почётным во всём научном мире.

В те годы он ставил опыты не только на собаках, но и на людях - прежде всего душевнобольных (конечно, без разрезания пищевода). Он пытался выяснить причины психических заболеваний, и не только: его очень интересовала загадка сновидений, которые он трактовал как результат процесса торможения, возникающего в коре головного мозга во время сна. Перейдя в своих изысканиях от физиологии людей к их психологии, он вывел закономерности второй сигнальной системы рефлексов, добавившейся у человека к первой, существующей у животных.

Однако отношения академика к Советской власти как к явлению всё это не улучшило. В 1929 году, выступая в медицинском институте, он во всеуслышание заявил: «Параграф, что вся работа должна вестись на платформе учения Маркса и Энгельса - разве это не величайшее насилие над научной мыслью? Чем это отличается от средневековой инквизиции?.. Мы живём в обществе, где государство - всё, а человек - ничто, а такое общество не имеет будущего, несмотря ни на какие Волховстрои и Днепрогэсы» .

В 1934 году в письме председателю Совнаркома Вячеславу Молотову академик даже обвинил власть в насаждении фашизма, заключив: « Тем, которые злобно приговаривают к смерти массы себе подобных и с удовлетворением приводят это в исполнение, едва ли возможно остаться существами, чувствующими и думающими человечно» . Молотов сухо ответил, что уважаемый академик, как видно, совершенно не разбирается в политике, в отличие от физиологии.

Но Павлов продолжал перечить «генеральной линии», заступаясь за арестованных и высланных из Ленинграда учёных (некоторых благодаря ему вернули). Что ему за это было? А ничего. Так же, как и многим сотням и тысячам других нормальных и просто порядочных людей, которые не сочли возможным смириться с репрессивным безумием 30-х. И ведь не все эти нормальные и порядочные были вдобавок мировыми знаменитостями или, на худой конец, «безобидными эксцентричными старичками».

И ведь в конце концов в этом своеобразном диалоге великий учёный и Советская власть пришли-таки к общему знаменателю.

В 1935 году в Ленинграде состоялся XIV конгресс физиологов, где Павлова - первого и до сих пор единственного среди учёных - увенчали званием «старейшины физиологов мира». Там он выступил с докладом, где изложил выводы своих последних изысканий. А заодно нашёл наконец-то добрые слова и для Советской власти - не удержавшись, конечно, от иронии: «Наука занимает в моём Отечестве исключительно благоприятное положение… Вся моя жизнь состояла из экспериментов. Наше правительство - тоже экспериментатор, только несравненно более высокой категории...»


Существует легенда, что смерть Ивана Петровича, до конца жизни сохранявшего богатырское здоровье, не обошлась без вмешательства «органов». Но на самом деле винить стоит не НКВД, а подхваченную зимой пневмонию и нервное потрясение от внезапной смерти сына Всеволода, недавно вернувшегося из эмиграции. Ещё одна, последняя легенда гласит, что перед концом академик собрал у своей постели учеников и диктовал им свои ощущения. Приходящим посетителям говорили: «Академик Павлов занят - он умирает…»

Великого физиолога не стало 27 февраля 1936 года. Его отпели в маленькой церкви в Колтушах, что заставляет сомневаться в его упорно провозглашаемом при жизни неверии. Впрочем, возможно, решающее слово здесь сказала Серафима Васильевна - уж она-то точно была верующей. Через 11 лет, пережив блокаду, она упокоилась рядом с супругом на «Литераторских мостках» Волкова кладбища.

"Хочется долго жить,- говорил Павлов,- потому что небывало расцветают мои лаборатории. Советская власть дала миллионы на мои научные работы, на строительство лабораторий. Хочу верить, что меры поощрения работников физиологии, а я все же остаюсь физиологом, достигнут цели, и моя наука особенно расцветет на родной почве".

Гениальному натуралисту шел 87-й год, когда прервалась его жизнь. Смерть Павлова явилась полной неожиданностью для всех. Несмотря на преклонный возраст, он был физически очень крепок, горел кипучей энергией, неослабно творил, с энтузиазмом строил планы дальнейших работ II, конечно, меньше всего думал о смерти... В письме к И.М. Майскому (послу СССР в Англии) в октябре 1935 г., спустя несколько месяцев после заболевания гриппом с осложнениями, Павлов писал: "Проклятый грипп! Сбил-таки мою уверенность дожить до ста лет. До сих пop остается хвост от него, хотя до сих пор я не допускаю изменений в распределении и размере моих занятий".

Прежде чем рассказать о печальных обстоятельствах смерти И.П. Павлова, отметим, что он вообще обладал очень хорошим здоровьем и хворал редко. Правда, Иван Петрович был несколько подвержен простудным заболеваниям и несколько раз в жизни болел воспалением легких. Возможно, в этом известную роль играло то обстоятельство, что ходил Павлов очень быстро и при этом сильно потел. По свидетельству Серафимы Васильевны, ученый, видя в этом причину частых простуд, начиная с 1925 г. после очередного заболевания воспалением легких перестал носить зимнее пальто и ходил всю зиму в осеннем. И, действительно, после этого простуды надолго прекратились. В 1935 г. он вновь простудился и заболел воспалением легких. По своему обыкновению Павлов и на этот раз обратился к врачам не сразу, болезнь приняла весьма опасный характер; потребовались чрезмерные усилия, чтобы спасти жизнь ученого. После болезни он поправился настолько, что поехал в Англию, руководил организацией и проведением XV Международного конгресса физиологов, посетил родную Рязань и повидал после длительной разлуки дорогие сердцу места, родных и сверстников. Однако здоровье Ивана Петровича уже было не таким, как прежде: он имел нездоровый вид, быстро уставал и чувствовал себя неважно. Тяжелым ударом для Павлова оказались болезнь и быстрая смерть его младшего сына Всеволода (осень 1935 г.). Как пишет Серафима Васильевна, после этого несчастья у Ивана Петровича стали отекать ноги. В ответ на ее беспокойство по этому поводу Павлов лишь посмеивался и говорил: "Это тебе надо беречь свое плохое сердце, а мое сердце работает молодцом. Ты не думай, я хочу жить подольше, побольше и слежу за своим здоровьем. Меня часто осматривают в лаборатории и находят, что мой организм до сих пор работает, как у молодого человека". А между тем общая слабость его организма усиливалась. 22 февраля 1936 г. во время очередной поездки в научный городок Колтуши, любимую "столицу условных рефлексов", Иван Петрович вновь простудился и заболел воспалением легких. Опытный ленинградский врач М.М. Бок в первый же день болезни установил наличие воспаления крупных и средних бронхиальных путей. Вскоре на лечение Павлова были мобилизованы крупные медицинские силы страны: ленинградский профессор М.К. Черноруцкий и известный московский терапевт Д.Д. Плетнев. До ночи с 25 на 26 февраля ход болезни Павлова не вызывал особой тревоги, были даже какие-то признаки улучшения состояния здоровья. Однако эту ночь он провел неспокойно, пульс больного участился, начало развиваться двустороннее воспаление легких, охватившее целиком нижние доли обоих легких, появились икота и экстрасистолы. Частота пульса неуклонно росла. Иван Петрович находился в полусознательном состоянии. Вызванный на консультацию известный невропатолог М.П. Никитин не обнаружил изменений со стороны деятельности нервной системы. К вечеру 26 февраля врачи констатировали дальнейшее распространение пневмонии, падение температуры, ослабление сердечной деятельности. Около 22 часов Павлов впал в состояние коллапса, из которого врачи вывели его с большим трудом. Повторный коллапс в 2 часа 45 мин. 27 февраля оказался роковым.

При современных эффективных лекарственных средствах - антибиотиках и сульфамидных препаратах, наверное, удалось бы вылечить ученого. Тогдашние же средства борьбы с воспалением легких, примененные к тому же не сразу после начала заболевания, оказались бессильными спасти столь дорогую всему человечеству жизнь И.П. Павлова. 27 февраля она погасла навеки. "Сам Иван Петрович,- вспоминала Серафима Васильевна,- не ожидал такого быстрого конца. Он все эти дни шутил с внучками и весело разговаривал с окружающими". Павлов мечтал, а иногда и говорил своим сотрудникам, что будет жить не меньше ста лот, причем лишь в последние годы жизни оставит лаборатории, чтобы написать мемуары о виденном на своем долгом жизненном пути. Незадолго до смерти Иван Петрович начал беспокоиться в связи с тем, что порой забывает нужные слова и произносит другие, совершает некоторые движения непроизвольно. Проницательный ум гениального исследователя блеснул в последний раз: "Позвольте, но ведь это кора, это кора, это отек коры!"- произносил он возбужденно. Вскрытие подтвердило правильность и этой, увы, последней догадки ученого о мозге - наличие отека коры его же собственного могучего мозга. Кстати, при этом также выяснилось, что сосуды мозга Павлова почти не были задеты склерозом. Смерть И.П. Павлова явилась большим горем не только советского народа, по всего прогрессивного человечества. Не стало большого человека и великого ученого, создавшего целую эпоху в развитии физиологической науки. Гроб с телом ученого был выставлен в большом зале Дворца Урицкого. Проститься с прославленным сыном России пришли не только ленинградцы, но и многочисленные посланцы других городов страны. В почетном карауле у гроба Павлова стояли его осиротевшие ученики и последователи. В сопровождении тысяч человек гроб с телом Павлова на орудийном лафете был доставлен на Волковское кладбище, И.П. Павлова похоронили недалеко от могилы выдающегося русского ученого Д.И. Менделеева. Наша партия, советское правительство и народ сделали все, чтобы дела и имя Ивана Петровича Павлова жили века. Именем великого физиолога названы многие научные институты и высшие учебные заведения, ему воздвигнуты памятники, изданы полное собрание его сочинений и отдельные труды на русском и иностранных языках, опубликованы ценные научные материалы из его рукописного фонда, сборники воспоминаний советских и иностранных ученых о нем, сборник его переписки с видными отечественными и зарубежными деятелями науки и культуры, летопись его жизни и деятельности, большое количество отдельных брошюр и книг, посвященных его жизни и научному творчеству, организованы новые научные учреждения для дальнейшего развития богатейшего научного наследия И.П. Павлова, в том числе крупнейший московский Институт высшей нервной деятельности и нейрофизиологии АН СССР, учреждены премия и золотая медаль его имени, создано специальное периодическое издание "Журнал высшей нервной деятельности им. акад. И.П. Павлова", регулярно созываются специальные всесоюзные совещания по высшей нервной деятельности.

Иван Петрович Павлов - лауреат Нобелевской премии и признанный во всём мире научный авторитет. Будучи талантливым учёным, внёс существенный вклад в развитие психологии и физиологии. Именно его считают основателем такого научного направления, как Сделал ряд крупнейших открытий в сфере регуляции пищеварения, а также основал в России физиологическую школу.

Родители

Биография Павлова Ивана Петровича начинается в 1849 году. Именно тогда будущий академик появился на свет в городе Рязань. Его Дмитриевич, был выходцем из крестьянской семьи и работал священником в одном из маленьких приходов. Самостоятельный и правдивый, он постоянно конфликтовал с начальством, поэтому и жил небогато. Пётр Дмитриевич любил жизнь, обладал крепким здоровьем и обожал работать в огороде и саду.

Варвара Ивановна, мать Ивана, происходила из духовной семьи. В молодые годы она была жизнерадостной, весёлой и здоровой. Но частые роды (в семье было 10 детей) сильно подорвали её самочувствие. У Варвары Ивановны не было никакого образования, но трудолюбие и природный ум превратили её в умелую воспитательницу собственных детей.

Детство

Будущий академик Павлов Иван был в семье первенцем. Детские годы оставили в его памяти неизгладимый след. В зрелые годы он вспоминал: «Я очень ясно помню свой первый визит в дом. Удивительно то, что мне был всего год, и няня несла меня на руках. За то, что я рано себя помню, говорит и другое яркое воспоминание. Когда хоронили брата матери, меня вынесли на руках проститься с ним. Эта сцена до сих пор стоит у меня перед глазами».

Иван рос задорным и здоровым. Он охотно играл с сёстрами и младшими братьями. Также помогал матери (в домашних делах) и отцу (при постройке дома и в огороде). Его сестра Л. П. Андреева рассказывала об этом периоде жизни так: «Иван всегда вспоминал папу с благодарностью. Он смог привить ему привычку к труду, аккуратности, точности и порядку во всём. У нашей матери были квартиранты. Будучи большой труженицей, она старалась всё делать сама. Но все дети её боготворили и старались помочь: принести воды, истопить печь, наколоть дров. Всем этим приходилось заниматься маленькому Ивану».

Школа и травма

Грамоту он начал изучать с 8 лет, но в школу попал лишь в 11. Всему виной случай: однажды мальчик раскладывал для просушки яблоки на помосте. Оступившись, он сорвался с лестницы и упал прямо на каменный пол. Ушиб был довольно сильный, и Иван заболел. Мальчик побледнел, похудел, потерял аппетит и стал плохо спать. Родители пытались вылечить его дома, но ничего не помогало. Как-то в гости к Павловым приехал игумен Троицкого монастыря. Увидев болезненного мальчика, он забрал его к себе. Усиленное питание, чистый воздух и регулярные занятия гимнастикой вернули Ивану силу и здоровье. Опекун оказался умным, добрым и весьма образованным человеком. Он вёл и много читал. Эти качества произвели на мальчика сильное впечатление. Первой книгой, которую академик Павлов получил в юности от игумена, стали басни И. А. Крылова. Мальчик выучил её наизусть и пронёс любовь к баснописцу через всю жизнь. Эта книга всегда лежала на столе учёного.

Обучение в семинарии

В 1864 году под влиянием опекуна Иван поступил в духовную семинарию. Там он сразу стал лучшим учеником, и даже помогал своим товарищам как репетитор. Годы обучения познакомили Ивана с трудами таких русских мыслителей, как Д. И. Писарев, Н. А. Добролюбов, В. Г. Белинский, А. И. Герцен, Н. Г. Чернышевский и т. д. Юноше нравилось их желание бороться за свободу и прогрессивные перемены в обществе. Но со временем его интересы переключились на естествознание. И здесь огромное влияние на формирование научных интересов Павлова оказала монография И. М. Сеченова «Рефлексы головного мозга». После окончания шестого класса семинарии юноша понял, что не хочет делать духовную карьеру, и начал подготовку к вступительным экзаменам в университет.

Учёба в университете

В 1870 году Павлов переехал в Петербург с желанием поступить на физико-математический факультет. Но пройти получилось на юридический. Причиной этому - ограничение семинаристов в плане выбора профессий. Иван обратился с прошением к ректору, и через две недели его перевели на физико-математическое отделение. Юноша учился весьма успешно и получал самую высокую стипендию (императорскую).

Со временем Иван всё больше увлекался физиологией и с третьего курса полностью посвятил себя этой науке. Окончательный выбор он сделал под влиянием профессора И. Ф. Циона - талантливого учёного, блестящего лектора и искусного экспериментатора. Вот как вспоминал тот период своей биографии сам академик Павлов: «В качестве главной специальности я выбрал физиологию животных, а добавочной - химию. В то время огромное впечатление на всех произвёл Илья Фадеевич. Нас поражало его мастерски простое изложение сложнейших физиологических вопросов и артистический талант при проведении опытов. Этого учителя я буду помнить всю жизнь».

Исследовательская деятельность

Первые Павлова датируются 1873 годом. Тогда под руководством Ф. В. Овсянникова Иван исследовал нервы в лёгких лягушки. В том же году вместе с однокурсником он написал первую Руководителем, естественно, был И. Ф. Цион. В этом труде студенты изучили влияние гортанных нервов на кровообращение. В конце 1874 года результаты обсуждались на заседании общества естествоиспытателей. Павлов регулярно посещал эти собрания и общался с Тархановым, Овсянниковым и Сеченовым.

Вскоре студенты М. М. Афанасьев и И. П. Павлов начали изучение нервов поджелудочной железы. Совет университета присудил этой работе золотую медаль. Правда, Иван тратил на исследование много времени и не сдал выпускные экзамены, лишившись стипендии. Это вынудило его остаться в университете ещё на год. И в 1875 году он блестяще его окончил. Ему было всего 26 (фото Ивана Петровича Павлова в этом возрасте, к сожалению, не сохранилось), и будущее виделось весьма перспективным.

Физиология кровообращения

В 1876 году молодой человек устроился ассистентом к профессору К. Н. Устимовичу, заведующему лабораторией в Медико-хирургической академии. В последующие два года Иван провёл ряд исследований по физиологии кровообращения. Труды Павлова высоко оценил профессор С. П. Боткин и пригласил его к себе в клинику. Формально Иван занял должность лаборанта, но на самом деле стал руководителем лаборатории. Несмотря на плохое помещение, нехватку оборудования и мизерное финансирование, Павлов достиг серьёзных результатов в сфере изучения физиологии пищеварения и кровообращения. В научных кругах его имя приобретало всё большую известность.

Первая любовь

В конце семидесятых он познакомился с Серафимой Карчевской - студенткой педагогического отделения. Молодых объединяла близость взглядов, общность интересов, верность идеалам служения обществу и борьбы за прогресс. В общем, они друг друга полюбили. А сохранившееся фото Ивана Петровича Павлова и Серафимы Васильевны Карчевской показывает, что они были очень красивой парой. Именно поддержка супруги позволила достичь молодому человеку таких успехов на научном поприще.

Поиски новой работы

За 12 лет работы в клинике С. П. Боткина биография Павлова Ивана Петровича пополнилась множеством событий научного характера, и он стал известным как на родине, так и за границей. Улучшение условий работы и жизни талантливого учёного стало необходимостью не только ради его личных интересов, но и ради развития российской науки.

Но во времена царской России добиться каких-либо изменений простому, честному, демократично настроенному, непрактичному, застенчивому и бесхитростному человеку, каким и был Павлов, оказалось крайне непростым делом. Помимо этого, жизнь учёного осложняли видные физиологи, с которыми Иван Петрович, будучи ещё молодым, публично вступал в острые дискуссии и часто выходил победителем. Так, благодаря отрицательному отзыву профессора И. Р. Тарханова о работе Павлова по кровообращению последнему не присудили премию.

Иван Петрович никак не мог найти хорошей лаборатории для продолжения своих исследований. В 1887 году он обратился в письме к министру просвещения, в котором просил места на кафедре какого-нибудь экспериментального университета. Затем он разослал ещё несколько писем в разные институты и отовсюду получил отказ. Но вскоре удача улыбнулась учёному.

Нобелевская премия

В апреле 1890 года Павлова избрали профессором фармакологии сразу в два и Томский. А в 1891-м его пригласили для организации отдела физиологии в только что открывшемся Университете экспериментальной медицины. Павлов возглавлял его до конца своих дней. Именно здесь он выполнил несколько классических работ по физиологии пищеварительных желез, которые были отмечены Нобелевской премией в 1904 году. Всё научное сообщество помнит речь, которую произнёс академик Павлов «О русском уме» на церемонии вручения. Надо отметить, что это была первая премия, присуждённая за эксперименты в сфере медицины.

Несмотря на голод и разруху во времена становления Советской власти, В. И. Ленин издал специальное постановление, в котором высоко оценивались работы Павлова, что свидетельствовало об исключительно тёплом и заботливом отношении большевиков. В кратчайшие сроки академику и его сотрудникам были созданы наиболее благоприятные условия для проведения научной работы. Лабораторию Ивана Петровича реорганизовали в Физиологический институт. А к 80-летию академика под Ленинградом открыли научный институт-городок.

Осуществились многие мечты, которые долгое время вынашивал академик Павлов Иван Петрович. Научные труды профессора регулярно издавались. При его институтах появлялись клиники психических и нервных заболеваний. Во все возглавляемые им научные учреждения поступило новое оборудование. В десятки раз выросло количество сотрудников. Кроме бюджетных средств, учёный каждый месяц получал суммы для расходования по собственному усмотрению.

Иван Петрович был взволнован и тронут таким внимательным и тёплым отношением большевиков к его научной деятельности. Ведь при царском режиме он постоянно нуждался в деньгах. А теперь академик даже беспокоился о том, сможет ли он оправдать доверие и заботу правительства. Он не раз об этом высказывался как в своём окружении, так и публично.

Смерть

Академик Павлов скончался на 87-м году жизни. Ничто не предвещало смерти учёного, ведь Иван Петрович имел отменное здоровье и редко хворал. Правда, он был подвержен простудным заболеваниям и болел воспалением лёгких несколько раз. Пневмония и стала причиной смерти. 27 февраля 1936 года учёный покинул этот мир.

Весь советский народ скорбил, когда умер академик Павлов (описание смерти Ивана Петровича сразу появилось в газетах). Ушёл большой человек и великий учёный, внесший огромный вклад в развитие физиологической науки. Похоронили Ивана Петровича на неподалёку от могилы Д. И. Менделеева.

Материал из Википедии - свободной энциклопедии

Иван Петрович Павлов (14 (26) сентября 1849, Рязань - 27 февраля 1936, Ленинград) - русский учёный, первый русский нобелевский лауреат, физиолог, создатель науки о высшей нервной деятельности и представлений о процессах регуляции пищеварения; основатель крупнейшей российской физиологической школы; лауреат Нобелевской премии в области медицины и физиологии 1904 года «за работу по физиологии пищеварения». Всю совокупность рефлексов разделил на две группы: условные и безусловные.

Иван Петрович родился 14 (26) сентября 1849 года в городе Рязани. Предки Павлова по отцовской и материнской линиям были священнослужителями в Русской православной церкви. Отец Пётр Дмитриевич Павлов (1823-1899), мать - Варвара Ивановна (урождённая Успенская) (1826-1890).[* 1]

Окончив в 1864 году рязанское духовное училище, Павлов поступил в рязанскую духовную семинарию, о которой впоследствии вспоминал с большой теплотой. На последнем курсе семинарии он прочитал небольшую книгу «Рефлексы головного мозга» профессора И. М. Сеченова, которая перевернула всю его жизнь. В 1870 году поступил на юридический факультет (семинаристы были ограничены в выборе университетских специальностей), но через 17 дней после поступления перешёл на естественное отделение физико-математического факультета Петербургского университета (специализировался по физиологии животных у И. Ф. Циона и Ф. В. Овсянникова). Павлов, как последователь Сеченова, много занимался нервной регуляцией. Сеченову из-за интриг пришлось переехать из Петербурга в Одессу, где он некоторое время работал в университете. Его кафедру в Медико-хирургической академии занял Илья Фаддеевич Цион, и Павлов перенял у Циона виртуозную оперативную технику. Павлов более 10 лет посвятил тому, чтобы получить фистулу (отверстие) желудочно-кишечного тракта. Сделать такую операцию было чрезвычайно трудно, так как изливавшийся из кишечника сок переваривал кишечник и брюшную стенку. И. П. Павлов так сшивал кожу и слизистую, вставлял металлические трубки и закрывал их пробками, что никаких эрозий не было, и он мог получать чистый пищеварительный сок на протяжении всего желудочно-кишечного тракта - от слюнной железы до толстого кишечника, что и было сделано им на сотнях экспериментальных животных. Проводил опыты с мнимым кормлением (перерезание пищевода так, чтобы пища не попадала в желудок), таким образом, сделав ряд открытий в области рефлексов выделения желудочного сока. За 10 лет Павлов, по существу, заново создал современную физиологию пищеварения. В 1903 году 54-летний Павлов сделал доклад на XIV Международном медицинском конгрессе в Мадриде. И в следующем, 1904 году, Нобелевская премия за исследование функций главных пищеварительных желез была вручена И. П. Павлову, - он стал первым российским Нобелевским лауреатом.

В Мадридском докладе, сделанном на русском языке, И. П. Павлов впервые сформулировал принципы физиологии высшей нервной деятельности, которой он и посвятил последующие 35 лет своей жизни. Такие понятия как подкрепление (reinforcement), безусловный и условный рефлексы (не совсем удачно переведённые на английский язык как unconditioned and conditioned reflexes, вместо conditional) стали основными понятиями науки о поведении, см. также classical conditioning (англ.)русск..

Существует устойчивое мнение, что в годы Гражданской войны и военного коммунизма Павлов, терпя нищету, отсутствие финансирования научных исследований, отказался от приглашения Шведской Академии наук переехать в Швецию, где ему обещали создать самые благоприятные условия для жизни и научных исследований, причём в окрестностях Стокгольма планировалось построить по желанию Павлова такой институт, какой он захочет. Павлов ответил, что из России он никуда не уедет.

Это опроверг историк В. Д. Есаков, который нашёл и обнародовал переписку Павлова с властями, где он описывает то, как он отчаянно борется за существование в голодном Петрограде 1920 года. Он крайне негативно оценивает развитие ситуации в новой России и просит отпустить его и его сотрудников за рубеж. В ответ советское правительство пытается предпринять меры, которые должны изменить ситуацию, но они не являются полностью успешными.

Затем последовало соответствующее постановление Советского правительства, и Павлову построили институт в Колтушах, под Ленинградом, где он и проработал до 1936 года.

Академик Иван Петрович Павлов скончался 27 февраля 1936 года в городе Ленинград. В качестве причины смерти указывается пневмония или яд.

Этапы жизни

В 1875 году Павлов поступает на 3-й курс Медико-хирургической академии (ныне Военно-медицинская академия, ВМА), одновременно (1876-1878) работает в физиологической лаборатории К. Н. Устимовича; по окончании ВМА (1879) был оставлен заведующим физиологической лабораторией при клинике С. П. Боткина. Павлов очень мало думал о материальном благополучии и до женитьбы не обращал на житейские проблемы никакого внимания. Бедность начала угнетать его только после того, как в 1881 г. он женился на ростовчанке Серафиме Васильевне Карчевской. Познакомились они в Петербурге в конце 70-х годов. Родители Павлова не одобрили этот брак, во-первых, в связи с еврейским происхождением Серафимы Васильевны, во-вторых, к тому времени они уже подобрали для сына невесту - дочь богатого петербургского чиновника. Но Иван настоял на своём и, не получив родительского согласия, с Серафимой отправился венчаться в Ростов-на-Дону, где жила её сестра. Деньги на их свадьбу дали родственники жены. Следующие десять лет Павловы прожили очень стеснённо. Младший брат Ивана Петровича, Дмитрий, работавший ассистентом у Менделеева и имевший казённую квартиру, пустил молодожёнов к себе.

В Ростове-на-Дону Павлов бывал и несколько лет жил дважды: в 1881 году после свадьбы и, вместе с женой и сыном в 1887 году. Оба раза Павлов останавливался в одном и том же доме, по адресу: ул. Большая Садовая,97. Дом сохранился до настоящего времени. На фасаде установлена памятная доска.

1883 - Павлов защитил докторскую диссертацию «О центробежных нервах сердца».
1884-1886 - был командирован для совершенствования знаний за границу в Бреслау и Лейпциг, где работал в лабораториях у В. Вундта, Р. Гейденгайна и К. Людвига.
1890 - избран профессором фармакологии в Томске и заведующим кафедрой фармакологии Военно-медицинской академии, а в 1896 - заведующим кафедрой физиологии, которой руководил до 1924. Одновременно (с 1890) Павлов - заведующий физиологической лабораторией при организованном тогда Институте экспериментальной медицины.
1901 - Павлов был избран членом-корреспондентом, а в 1907 действительным членом Петербургской Академии наук.
1904 - Павлову присуждается Нобелевская премия за многолетние исследования механизмов пищеварения.
1925 - до конца жизни Павлов руководил Институтом физиологии АН СССР.
1935 - на 14 Международном конгрессе физиологов Иван Петрович был увенчан почётным званием «старейшины физиологов мира». Ни до, ни после него, ни один биолог не удостаивался такой чести.
1936 - 27 февраля Павлов умирает от пневмонии. Похоронен на «Литераторских мостках» Волкова кладбища в Санкт-Петербурге.

Медаль Котениуса (1903)
Нобелевская премия (1904)
Медаль Копли (1915)
Croonian Lecture (1928)

Коллекционирование

И. П. Павлов коллекционировал жуков и бабочек, растения, книги, марки и произведения русской живописи. И. С. Розенталь вспоминал рассказ Павлова, случившийся 31 марта 1928 года:

Первое моё коллекционирование началось с бабочек и растений. Следующим было коллекционирование марок и картин. И наконец вся страсть перешла к науке… И теперь я не могу равнодушно пройти мимо растения или бабочки, в особенности, мне хорошо знакомых, чтобы не подержать в руках, не рассмотреть со всех сторон, не погладить, не полюбоваться. И всё это вызывает у меня приятное впечатление.

В середине 1890-х годов в его столовой можно было видеть несколько полок, вывешенных на стене, с образцами пойманных им бабочек. Приезжая в Рязань к отцу, он много времени уделял охоте на насекомых. Кроме того, по его просьбе из различных врачебных экспедиций ему привозились различные туземные бабочки.
Подаренную на его день рождения бабочку с Мадагаскара, он поместил в центре своей коллекции. Не довольствуясь этими способами пополнения коллекции, он сам выращивал бабочек из собранных с помощью мальчишек гусениц.

Если коллекционировать бабочек и растения Павлов начал ещё в юности, то начало собирания марок неизвестно. Однако филателия стала не меньшей страстью; однажды, ещё в дореволюционное время, во время посещения Института экспериментальной медицины сиамским принцем, он посетовал, что в его марочной коллекции не хватает сиамских марок и через несколько дней коллекцию И. П. Павлова уже украшала серия марок сиамского государства. Для пополнения коллекции были задействованы все знакомые, получавшие корреспонденцию из-за границы.

Своеобразным было коллекционирование книг: в день рождения каждого из шести членов семьи ему в подарок покупалось собрание сочинений какого-либо писателя.

Коллекция картин И. П. Павлова началась в 1898 году, когда он купил у вдовы Н. А. Ярошенко написанный тем портрет пятилетнего сына, Володи Павлова; когда-то художник был поражён лицом мальчика и уговорил родителей разрешить ему позировать. Вторая картина, написанная Н. Н. Дубовским, изображавшая вечернее море в Силламягах с горящим костром, была подарена автором. И благодаря ей у Павлова появился большой интерес к живописи. Однако коллекция долгое время не пополнялась; только в революционные времена 1917 года, когда некоторые коллекционеры стали продавать имевшиеся у них картины, Павлов собрал превосходную коллекцию. В ней были картины И. Е. Репина, Сурикова, Левитана, Виктора Васнецова, Семирадского и других. По рассказу М. В. Нестерова, с которым Павлов сошёлся в 1931 году, в собрании картин Павлова были Лебедев, Маковский, Берггольц, Сергеев. В настоящее время частично коллекция представлена в музее-квартире Павлова в Санкт-Петербурге, на Васильевском острове. Живопись Павлов понимал по-своему, наделяя автора картины мыслями и замыслами, которых тот, может быть, и не имел; часто, увлёкшись, он начинал уже говорить о том, что он сам вложил бы в неё, а не о том, что он сам в действительности видел.

Награды имени И. П. Павлова

Первой наградой имени великого учёного стала премия имени И. П. Павлова, учреждённая АН СССР в 1934 году и присуждавшаяся за лучшую научную работу в области физиологии. Первым её лауреатом в 1937 году стал Леон Абгарович Орбели, один из лучших учеников Ивана Петровича, его единомышленник и сподвижник.

В 1949 году в связи со 100-летием со дня рождения учёного АН СССР была учреждена золотая медаль имени И. П. Павлова, которая присуждается за совокупность работ по развитию учения Ивана Петровича Павлова. Её особенность в том, что работы, ранее удостоенные государственной премии, а также именных государственных премий, на соискание золотой медали имени И. П. Павлова не принимаются. То есть выполненная работа должна быть действительно новой и выдающейся. Впервые этой награды был удостоен в 1950 году Быков Константин Михайлович за успешное, плодотворное развитие наследия И. П. Павлова.

В 1974 году к 125-летию со дня рождения великого учёного была изготовлена Памятная медаль.

Существует медаль И. П. Павлова Ленинградского физиологического общества.

В 1998 году в преддверии 150-летия со дня рождения И. П. Павлова Российская академия естественных наук учредила серебряную медаль имени И. П. Павлова «За развитие медицины и здравоохранения».

В память об академике Павлове в Ленинграде проводились Павловские чтения.

Гениальному натуралисту шёл 87-й год, когда прервалась его жизнь. Смерть Павлова явилась полной неожиданностью для всех. Несмотря на преклонный возраст, он был физически очень крепок, горел кипучей энергией, неослабно творил, с энтузиазмом строил планы дальнейших работ II, конечно, меньше всего думал о смерти...
В письме к И. М. Майскому (послу СССР в Англии) в октябре 1935 г., спустя несколько месяцев после заболевания гриппом с осложнениями, Павлов писал:
"Проклятый грипп! Сбил-таки мою уверенность дожить до ста лет. До сих пop остается хвост от него, хотя до сих пор я не допускаю изменений в распределении и размере моих занятий"

MedicInform.net›История медицины›Биографии›Иван Петрович Павлов

Жить надо 150 лет

Павлов отличался крепким здоровьем и никогда не болел. Мало того, он был убежден, что человеческий организм рассчитан на очень долгую жизнь. «Не расстраивайте сердце огорчением, не отравляйте себя табачным зельем, и вы проживете столько, сколько Тициан (99 лет)», – говорил академик. Он вообще предлагал считать смерть человека до 150 лет «насильственной».

Однако сам он умер в возрасте 87 лет, и весьма загадочной смертью. Однажды он почувствовал недомогание, которое посчитал «гриппозным», и значения болезни не придал. Однако, поддавшись уговорам родственников, врача все-таки пригласил, и тот сделал ему какой-то укол. Через некоторое время Павлов понял, что умирает.
Кстати, лечил его доктор Д. Плетнёв, расстрелянный в 1941 году за «неправильное» лечение Горького.

Его отравил НКВД?

Неожиданная смерть, хотя и старого, но ещё вполне крепкого академика, вызвала волну слухов о том, что его кончину могли «ускорить». Заметим, что это произошло в 1936 году, накануне начала «Большой чистки». Уже тогда бывшим фармацевтом Ягодой была создана знаменитая «лаборатория ядов» для ликвидации политических противников.

Кроме того, всем были хорошо известны публичные высказывания Павлова против советской власти. Говорили, что он был тогда чуть ли не единственным в СССР человеком, который не боялся делать это открыто, активно выступал в защиту невинно репрессированных. В Петрограде сторонники правившего там Зиновьева открыто угрожали смелому учёному: «Ведь можем и зашибить, г-н профессор! » – обещали они. Однако арестовать всемирно знаменитого лауреата Нобелевской премии коммунисты не решались.

Внешне смерть Павлова сильно напоминает такую же странную кончину другого великого петербуржца, академика Бехтерева, который обнаружил у Сталина паранойю.
Тот тоже был вполне крепок и здоров, хотя и стар, но так же быстро умер после посещения его «кремлёвскими» докторами. Историк физиологии Ярошевский писал:
«Вполне возможно, что органы НКВД “облегчили” страдания Павлова».

Источник(http://www.spbdnevnik.ru/?show=article&id=1499)
justsay.ru›zagadka-smerti-akademika-1293

Пожалуй, любому русскому человеку прекрасно знакома фамилия Павлов. Великий академик известен как своей жизнью, так и смертью. Многим знакома история его смерти – в последние часы жизни он призвал своих лучших учеников и на примере своего тела пояснял процессы, происходящие в умирающем теле. Однако существует такая версия, что он был отравлен в 1936 году за свои политические взгляды.

Многие специалисты считают, что Иван Петрович Павлов был величайшим ученым Санкт-Петербурга, уступая разве что Ломоносову. Он был выпускником Петербургского Университета. В 1904 году получил Нобелевскую премию за работу по физиологии пищеварения и кровообращения. Именно он был первым россиянином, ставшим лауреатом этой премии.

Его труды, посвященные физиологии нервной системы, и теория «условных рефлексов» стали известными во всём мире. Внешне он был суров – окладистая борода белого цвета, твёрдое лицо и довольно смелые высказывания, как в политике, так и в науке. На многие десятилетия именно по его облику многие представляли себе истинного русского учёного. За свою жизнь он получил немало приглашений в наиболее престижные мировые университеты, однако он не захотел уезжать из родной страны.

Даже после того, как отгремела Революция, когда ему, как и многим представителям интеллигенции, жилось довольно сложно, он не согласился покинуть Россию. Его жилище неоднократно подвергалось обыскам, шесть золотых медалей были отобраны, как и Нобелевская премия, которая хранилась в российском банке. Но больше всего оскорбило учёного не это, а наглое высказывание Бухарина, в котором он называл профессоров разбойниками. Павлов возмутился: «Это я-то разбойник?»

Были и такие моменты, когда Павлов чуть не умер от голода. Именно в это время великого академика посетил его знакомый писатель-фантаст из Англии – Герберт Уэллс. И увидев быт академика, он был просто в ужасе. Угол кабинета гения, получившего Нобелевскую премию, был завален репой и картошкой, которую он выращивал вместе с учениками, чтобы не умереть от голода.

Однако со временем ситуация изменилась. Ленин лично раздал указания, по которым Павлов стал получать усиленный академический паёк. Кроме того, для него были созданы нормальные коммунальные условия.

Но даже после всех тягот, Павлов не захотел бросать своей страны! Хотя такая возможность у него была – ему разрешалось бывать за границей. Так он побывал в Англии, Франции, Финляндии, США.

Tainy.net›24726-strannaya…akademika-pavlova.html

Задача данной статьи - выяснить причину смерти русского учёного, первого русского Нобелевского лауреата, физиолога ИВАНА ПЕТРОВИЧА ПАВЛОВА по его коду ПОЛНОГО ИМЕНИ.

Смотреть предварительно "Логикология - о судьбе человека".

Рассмотрим таблицы кода ПОЛНОГО ИМЕНИ. \Если на Вашем экране будет смещение цифр и букв, приведите в соответствие масштаб изображения\.

16 17 20 32 47 50 60 63 64 78 94 100 119 136 151 154 164 188
П А В Л О В И В А Н П Е Т Р О В И Ч
188 172 171 168 156 141 138 128 125 124 110 94 88 69 52 37 34 24

10 13 14 28 44 50 69 86 101 104 114 138 154 155 158 170 185 188
И В А Н П Е Т Р О В И Ч П А В Л О В
188 178 175 174 160 144 138 119 102 87 84 74 50 34 33 30 18 3

ПАВЛОВ ИВАН ПЕТРОВИЧ = 188.

188 = 86-УМИРАЕТ + 102-ОТ БОЛЕЗНИ.

101 = УМИРАЕТ О*(т)
____________________
102 = О*Т БОЛЕЗНИ

188 = 138-УМИРАЮЩИЙ + 50-ОТ П(невмонии).

188 = 172-УМИРАЮЩИЙ ОТ + 16-П(невмонии).

16 = П*(невмонии)
___________________________________
188 = УМИРАЮЩИЙ ОТ П*(невмонии)

Звёздочкой помечены (опорные буквы кода ИМЕНИ).

Справка:

Med-kurator.com›organy-dyhaniya/pnevmoniya…
Турбо
Пневмония, или воспаление лёгких – вирусное заболевание, которое... повышение температуры до любых цифр – это может быть сильная лихорадка (39-40 градусов) или длительная субфебрильная температура (37-37,5 градусов)...

50 = ЛЁГКИЕ*
____________________________
144 = БОЛЕЛ ПНЕВМОНИЕ*(й)

154 = П*НЕВМОНИЕЙ БОЛЕЛ
____________________________
50 = ОТ П*(невмонии)

Код ДАТЫ СМЕРТИ: 27.02.1936. Это = 27 + 02 + 19 + 36 = 29-(27 + 2)-...ПАЛ + 55-(19 + 36)-...ЕНИЕ ЛЁ(гких) = 84.

84 = (вос)ПАЛЕНИЕ ЛЁ(гких).

5 8 9 14 37 38 57 86 104 110 115 144 157 172 178 199 205 208 225 226 238 270
Д В А Д Ц А Т Ь С Е Д Ь М О Е Ф Е В Р А Л Я
270 265 262 261 256 233 232 213 184 166 160 155 126 113 98 92 71 65 62 45 44 32

Д(ыхание) (прер)В(ано) + (остановк)А (сер)ДЦА + (смер)ТЬ + СЕ(р)Д(це) (остановилос)Ь + (пнев)МО(ния) + (умирани)Е + (катастро)Ф(а) + (пн)ЕВ(мония) + (закупо)Р(к)А Л(ёгких) + (скончалс)Я

270 = Д,В, + ,А,ДЦА + ,ТЬ + СЕ,Д,Ь + ,МО, + ,Е + ,Ф, + ,ЕВ, + ,Р,А Л, + ,Я.

101 = (с)ЕДЬМОЕ ФЕ(враля)
__________________________
102 = (дв)АДЦАТЬ СЕ(дьмое)

101 = УМИРАЕТ О*(т)
____________________
102 = О*Т БОЛЕЗНИ

Код числа полных ЛЕТ ЖИЗНИ: 164-ВОСЕМЬДЕСЯТ + 97-ШЕСТЬ = 261.

3 18 36 42 55 84 89 95 113 145 164 189 195 213 232 261
В О С Е М Ь Д Е С Я Т Ш Е С Т Ь
261 258 243 225 219 206 177 172 166 148 116 97 72 66 48 29

145 = СКОНЧАЛСЯ
__________________
148 = ЗАДОХНУЛСЯ

"Глубинная" дешифровка предлагает следующий вариант, в котором совпадают все столбцы:

ВОС(паление) (лёгочно)Е + (с)М(ерт)Ь + Д(ыхани)Е (прерывает)СЯ + (смер)Т(ь) + (умер)Ш(ий) + (остановл)Е(но) + С(ердце) + (смер)ТЬ

261 = ВОС,Е + ,М,Ь + Д,Е,СЯ + ,Т, + ,Ш, + ,Е, + С, + ,ТЬ.

Справка:

Лёгочное воспаление - статьи, проверенные врачами
Яндекс.Здоровье
Термин «пневмония» относится к специальной лексике, «воспаление лёгких» – к общеупотребимой, однако оба они сегодня широко известны и звучат, к сожалению, часто. Речь идет об инфекционном воспалительном процессе в лёгких…

Смотрим столбец в нижней таблице кода ПОЛНОГО ИМЕНИ:

86 = (в)ОСЕМЬД(есят)
__________________________
119 = (восемьдес)ЯТ ШЕСТ(ь)

86 = ОТ ВОСП(аления лёгких)
______________________________
119 = (от восп)АЛЕНИЯ ЛЁГКИ(х)

© Н.А.Григорьян

Н.А.Григорьян,

доктор медицинских наук,
Институт истории естествознания и техники им.С.И.Вавилова РАН, Москва

В последние годы неоднократно устно и письменно высказывается точка зрения, согласно которой Иван Петрович Павлов умер насильственной смертью. При этом, не имея никаких фактических подтверждений, авторы подобной версии пытаются обосновать ее ссылками на то, что кто-то когда-то кому-то что-то сказал.

Известный историк психологии, недавно эмигрировавший в США, М.Г.Ярошевский пишет:

“Существует версия, что его [Павлова] убрали. Известный физиолог И.А.Аршавский свидетельствует: “Я знаю, что от начала до конца болезни Павлова при нем находился В.Галкин, который считал себя как учеником Павлова, так и учеником Сперанского. В 1937 или 1938 г. Сперанский рассказывал мне, ссылаясь на Галкина, о том, что при лечении Павлова, который, хотя и был болен, но уже выздоравливал (вообще он был “скроен” не менее, чем на сто лет), были заменены все врачи”.

Зная “методики” восточных деспотий, насаждавшиеся в России в эту эпоху, это свидетельство представляется заслуживающим доверия, тем более что было высказано Галкиным... Впереди был 1937 г. и существование Павлова, единственного во всей многомиллионной империи человека, который неизменно открыто критиковал сталинские злодеяния, явно было нежелательным феноменом. <...>

Вполне возможно, что органы НКВД “облегчили” страдания Павлова” .

Для таких заявлений нет никаких оснований. Уместно напомнить, что крупозным воспалением легких Павлов болел и в 1927 г., после удаления ему желчного камня. Лечащие терапевты были М.К.Петрова и М.А.Горшков.

А теперь обратимся к фактам. “Факты - это воздух ученого... Без них ваши “теории” - пустые потуги”, - завещал Павлов.

Всю весну 1935 г. - с 27 марта по 7 июня - почти два с половиной месяца Павлов тяжело болел. 27 марта простудился из-за неблагоприятной погоды. 29 марта - t=38°С. Консилиум врачей 1 апреля: профессора М.В.Черноруцкий, М.М.Бок, М.К.Петрова, М.А.Горшков. Диагноз: сильный бронхит, воспалительный процесс в обоих легких, обширный правосторонний сухой плеврит, двустороннее гнойное воспаление среднего уха, проявления общей токсикоинфекции. Кровяное давление 140/60, пульс 100.

2 апреля был приглашен Д.Д.Плетнев, уехал в Москву 4 апреля. 6 апреля больного осмотрели профессора-хирурги В.А.Шаак, Э.В.Буш. 10 апреля больного консультировал известный отоларинголог профессор кафедры болезней уха, горла и носа Военно-медицинской академии В.И.Воячек. Он и доктор В.Ф.Ундриц ранее лечили Павлова по поводу тяжелейшего гнойного воспаления ушей. В своем благодарственном письме Воячеку Павлов писал: “Глубокоуважаемый и дорогой Владимир Игнатьевич! Прошу Вас принять посылку на память как знак моей сердечной благодарности Вам за чрезвычайную истинную товарищескую помощь во время моей тяжелой и продолжительной болезни” . Павлов подарил Воячеку картину (масло) известного художника Н.Н. Дубовского (Воячек картину как дорогую реликвию повесил в своем кабинете в ВМА).

Плетнев консультировал больного повторно 10, 21 и 22 апреля. Лечение состояло в следующем: банки, горчичники, камфора, отхаркивающие микстуры, дигиталис, хинидин, карболен, клизмы. Дежурные врачи: Савченко, Куракин, лекарский помощник Форель.

7 июня стал выходить на улицу. 11 июня с 14 по 16 часов находился в лаборатории в ВИЭМ, а 12 июня выехал в Колтуши.

В связи с выздоровлением И.П.Павлова 9 июня 1935 г. был издан приказ №469 по Народному комиссариату здравоохранения РСФСР, в котором говорилось:

“Отмечено исключительно внимательное отношение профессоров, дежурных врачей и лекарских помощников, принимавших участие в марте-мае месяцах сего года в лечении академика И.П.Павлова.

В связи с этим:

1. Выражаю благодарность профессорам Горшкову М.А., Бок М.М., Черноруцкому М.В., Воячеку В.И., Плетневу Д.Д., Буш Э.В., Шаак В.А., доктору Ундриц В.Ф. и директору Ленинградского филиала ВИЭМ тов.Никитину Н.Н.

2. Наградить за счет средств Наркомздрава:

а) дежурных врачей: Савченко В.А. в размере 1000 руб.

Куракина С.В. в размере 1000 руб.

Сидоренкова Н.А. в размере 1000 руб.

б) дежурных лекарских помощников:

Форель Р.А. в размере 1000 руб.

Иванова В.П. в размере 500 руб.

Уместно привести следующее свидетельство М.К.Петровой о настроении Павлова сразу после выздоровления. “Среди разговора Ив [ан] П [етрович] воскликнул: “А большевички желали меня уже хоронить, а я вот взял да и выздоровел”. И он назвал лиц, желающих его похоронить. Это А.Д.С [перанский], Л.Н.Ф [едоров], Н.Н.Н [икитин] и др. А.Д.С [перанского] он тоже считал большевиком. Я вся закипела от негодования и в запальчивости ему сказала: не большевички, Ив [ан] П [етрович], вас хоронили! Столько внимания, любви и заботливости было проявлено к вам во время вашей болезни. Они любят вас и очень желали вашего выздоровления, несмотря на то, что вы ругатель их, но честно и открыто признающий все их положительные стороны” .

После выздоровления Павлов принимал участие в работе II Международного конгресса невропатологов в Лондоне (июль 1935 г.). На общем собрании Конгресса 30 июля 1935 г. он выступил с докладом “Типы высшей нервной деятельности в связи с неврозами и психозами и физиологический механизм невротических и психотических симптомов”.

По возвращении из Лондона Павлов как президент XV Международного физиологического конгресса блестяще провел его. Художник М.В.Нестеров следующим образом вспоминал свою встречу с Павловым в это время. “Был Иван Петрович с семьей и у меня на Сивцевом Вражке. Я рад был его вновь видеть бодрым, как бы помолодевшим - и это после тяжелой болезни и двух конгрессов” .

И вместе с тем именно тяжелая и продолжительная болезнь весной 1935 г. зародила у Павлова сомнение относительно своего долголетия. Спустя почти полгода после болезни, в письме тогдашнему послу СССР в Англии И.М.Майскому 20 октября 1935 г. Павлов писал: “Проклятый грипп! Сбил-таки мою уверенность дожить до ста лет. До сих пор остается хвост от него, хотя до сих пор я не допускаю изменений в распределении и размере моих занятий” .

Через восемь месяцев Павлов снова заболел. Лечащие врачи были те же: М.М.Бок, М.В.Черноруцкий и Д.Д.Плетнев.

В бюллетене №1 от 23 февраля сказано, что И.П.Павлов заболел в ночь на 22 февраля гриппозным явлением, с 23-го присоединился бронхит.

24-го утром - температура 38.10, пульс 80, явления разлитого бронхита с мелкими воспалительными гнездами в легких преимущественно справа. Мокрота выделяется в большом количестве. Сердце работает вполне удовлетворительно при малом количестве сердечных средств. Состояние в данный момент не внушает опасений, однако дать определенное заключение о будущем не представляется возможным. Подписи Д.Д.Плетнева и М.М.Бока .

24 февраля в 23 часа: t°=38.6, пульс 76, удовлетворительный. Состояние удовлетворительное, психика живая. В легких - разлитой бронхит. Назначение: кофеин, камфора, аспирин. Д.Д.Плетнев и М.М.Бок. 25 февраля в состоянии больного изменений не было.

Ухудшение наступило 26 февраля. В 11 30: t°=37.7, пульс 130, ритмичный, дыхание жесткое, сзади в нижних частях приглушенно мимпанический звук и бронхиальное дыхание, больше слева. Катаральные явления выражены больше справа. Язык сухой, обложен. Живот вздут, напряжен.

Симптомов органических поражений нервной системы нет. Плетнев, Бок, Никитин.

Несколько позднее, 26 февраля, состояние больного резко ухудшилось: сознание помрачнено, двустороннее воспаление разрастается, пульс 120, дыхание - 40 (последнее делается угрожающим). Удалось вывести из наступившего коллапса внутривенной терапией. Сознание несколько прояснилось, но состояние больного оставалось крайне серьезным. Бок, Плетнев, Черноруцкий.

В тот же день в 9 часов вечера: пульс 130-140, с перебоями, часто ослабевающий. В 10 часов вечера - холодный пот. Дыхание - 46 с хрипами. Пульс 148, нитевидный. В легких, в обеих нижних долях, грубое притупление и резкое бронхиальное дыхание. Явление разлитого бронхита выражено усиленно. Больного удалось вывести из состояния коллапса внутривенной терапией.

В 11 30 пульс 120. Дыхание несколько чаще и глубже. Сознание несколько яснее. Глотает воду и вино. Общее состояние по сравнению с 10 часами вечера несколько лучше, но продолжает оставаться крайне серьезным. Назначения: строфантин, дигален, кофеин, камфора, подкожные вливания физиологического раствора, 40%-я глюкоза.

27 февраля в 2 часа ночи: затрудненное дыхание, полусознание. Пульс аритмичен, вновь начало коллапса. Холодный пот. Падение сердечной деятельности. Внутривенным вливанием строфантина и стрихнина удалось ликвидировать второй коллапс.

В течение последующего получаса несколько кратковременных приступов возбуждения: больной вскакивает, вскрикивает: “Вставать, одеваться!”

2 45 - внезапное резкое затруднение дыхания и мгновенное падение пульса. Кислород. Без эффекта.

2 47 - пульса нет, тоны сердца не слышны. В течение нескольких минут очень редкие вдохи через неправильные интервалы.

2 52 - остановилось дыхание. Больной умер.

Подписи: Бок, А.Д.Сперанский, В.А.Савченко (дежурный врач), профессор В.С.Галкин, доктор Лебедев, И.С.Розенталь .

Сперанский и Розенталь - ученики Павлова, Галкин - невропатолог и нейрохирург.

Сперанский, находившийся рядом с больным Павловым в его последний день, писал:

“Небольшое недомогание гриппозного характера, с которым ему почти уже удалось справиться, внезапно осложнилось. Утро последнего дня застало его взволнованным и беспокойным. Пришедшим к нему врачам он озабоченно заявил, что чувствует себя необычно, как никогда раньше, что он забывает слова и произносит другие, ненужные, что он совершает некоторые движения непроизвольно: “Позвольте, но ведь это кора, это кора, это отек коры”.

Попытки разубедить его со стороны присутствующих здесь терапевтов не имели успеха. Иван Петрович попросту заявил, что не интересуется их мнением, и потребовал невропатолога. Проявленную им в период ожидания крайнюю нетерпеливость проще всего, казалось бы, объяснить общим болезненным состоянием. Однако это было не совсем так.

После приезда профессора М.П.Никитина, подробно обсудившего вместе с Иваном Петровичем тревожившую его нервную симптоматику, больной успокоился и вскоре уснул.

Потом уже выяснилось, что и здесь, в этом последнем своем наблюдении, Иван Петрович был прав. Вскрытие действительно показало наличие у него отека коры.

Когда спустя два часа больной проснулся, для всех стало ясным, что мы его потеряли” .

Известный невропатолог, профессор 1-го Ленинградского медицинского института М.П.Никитин консультировал Павлова 26 февраля в 1130, как свидетельствуют архивные документы. Его заключение: симптомов органических поражений нервной системы нет.

Что касается “небольшого недомогания гриппозного характера”, о котором писал Сперанский, то следует уточнить: уже в первом бюллетене 23 февраля отмечалось, что к гриппозным явлениям сразу присоединились явления бронхита, которые, как следует из дальнейшего течения болезни, все более и более нарастали. Сверх того к разлитому бронхиту присоединилось двустороннее воспаление легких. Температура все недолгие дни болезни (всего шесть дней) оставалась высокой. Антибиотиков в то время не было. Если учесть к тому же возраст больного - 86 лет, а также то, что всю весну 1935 г. он болел в тяжелой форме воспалением легких, версия о насильственной смерти остается ничем не обоснованной.

Внезапная “замена всех врачей” - также чистый вымысел: основные лечащие врачи Павлова - выдающиеся клиницисты-терапевты Бок, Черноруцкий и Плетнев - лечили больного в 1935 г., они же - в феврале 1936 г. Дежурные врачи и лекарские помощники также оставались те же, что и в 1935 г., а именно: Савченко, Форель.

Когда речь идет о Павлове, тем более о таком серьезном вопросе, как последние дни и смерть великого ученого и гражданина, каждое слово должно быть выверено и строго обосновано. За каждое слово надо отвечать. Не следует, увлекаясь модой, “духом времени”, писать о том, чего не было. С легкой руки некоторых авторов, незнакомых с истинным положением дела, легенда о насильственной смерти становится достоянием общества.

Лечащий врач, ближайшая ученица и сотрудница М.К.Петрова оставила подробное описание болезней Павлова в 1935-1936 гг.

Павлов скончался 27 февраля 1936 г. в 2 часа 52 минут, похоронен в Ленинграде, на Волковом кладбище.

Литература

1 Ярошевский М.Г. Наука о поведении: русский путь. М., 1996. С.367.

2 Переписка И.П.Павлова. М., 1970. С.186-187.

3 История болезни Павлова // СПФ АРАН. Ф.259. Оп.4. Д.56. Л.118.

4 РЦХИДНИ. Ф.17. Оп.132. Д.175. Л.114.

5 И.П.Павлов в воспоминаниях современников. Л., 1967. С.344.

6 Там же. С.366.

7 См.: СПФ АРАН. Ф.259. Оп.4. Д.59. Л.10.

8 Там же. Л.26.

9 И.П.Павлов в воспоминаниях современников. С.223-224.

10 См.: РЦХИДНИ. Ф.17. Оп.132. Д.175. Л.83.